Полет дракона - Энн Маккефри

Лесса представила эту кипящую, наполненную событиями жизнь и в возбуждении соскочила с кресла — сейчас она была сильнее всех!

Время, время, время. Время Р'гула. Что ж, Лесса больше не собирается жить в его времени. Она была просто глупышкой. Теперь она превратится в Повелительницу Вейра — такую, какой мечтала стать, увлечённая уговорами Ф'лара.

Ф'лар… Её мысль постоянно возвращалась к бронзовому всаднику. Придётся остерегаться его. Особенно когда она начнёт действовать по-своему. Но у неё есть преимущество, о котором Ф'лар пока не подозревает — она умеет разговаривать не только с Рамотой. Она может общаться с любым драконом Вейра. Даже с его Мнементом.

Лесса запрокинула голову и рассмеялась: в огромной пустой комнате Совета звуки раскатились гулким эхом. Она снова громко и с наслаждением расхохоталась. Переполнявшее её веселье разбудило Рамоту. И радость, порождённая принятым решением, сменилась другой радостью — её золотой дракон проснулся!

Рамота вздрогнула и потянулась: голод делал её сон беспокойным. Лесса легко пробежала по коридору, с детским нетерпением торопясь окунуться в глубину восхитительных глаз и раствориться в этом океане любви и нежности.

Громадная золотистая голова поворачивалась из стороны в сторону: Рамота, ещё не совсем проснувшись, уже искала свою подругу. Лесса коснулась рукой огромного подбородка. Животное замерло, веки, прикрывавшие фасеточные глаза, медленно поднялись… Лесса вряд ли смогла бы словами передать радость, охватывавшую её всякий раз в миг пробуждения Рамоты.

«Мне снова привиделись те сны, — вздрагивая, передала золотая королева, — там так холодно!»

Лесса ласково гладила её тёплую гибкую шею, пытаясь успокоить и ободрить. Её связь с Рамотой была настолько тесной, что она остро ощущала тревогу, вызванную странными видениями.

Рамота пожаловалась на зуд возле левого спинного гребня.

— Снова треснула кожа, — сказала ей Лесса, втирая целительное масло в повреждённое место. — Ты так быстро растёшь! — с притворным испугом добавила она.

Рамота повторила, что место по-прежнему ужасно чешется.

— Меньше ешь, тогда будешь не так много спать и прекратишь во время сна вырастать из собственной шкуры.

Лесса размазывала густую ароматную жидкость, монотонно декламируя:

— Молодых драконов необходимо ежедневно натирать маслом, так как быстрый рост в юном возрасте чрезмерно растягивает их кожу. «Чешется, чешется!» — извиваясь, раздражённо бубнила Рамота.

— Помолчи. Я лишь повторяю то, чему меня учили.

Рамота фыркнула, и поток тёплого воздуха плотно прижал одежду Лессы к телу.

— Тише. Необходимо также ежедневное купание, после чего следует тщательно втирать масло. При плохом уходе шкура взрослого дракона будет недостаточно прочной. Это приводит к многочисленным разрывам кожного покрова, что может оказаться для летающего зверя смертельным. «Три, не останавливайся!» — настаивала Рамота, как маленький капризный ребёнок.

— Вот уж, действительно, зверь!

Рамота пожаловалась, что ужасно голодна. Нельзя ли отложить купание и натирание?

— Как только эта пещера, которую ты называешь желудком, наполняется, ты становишься такой сонной, что едва можешь ползти. И ты уже слишком большая, чтобы таскать тебя на руках…

Возражения Рамоты прервал негромкий мужской смех Едва сдерживая раздражение, девушка резко обернулась. Под высокой аркой ведущего к карнизу коридора стоял Ф'лар.

Очевидно, бронзовый всадник только что вернулся с патрулирования и ещё не успел снять кожаный плащ, подчёркивающий его широкие плечи и могучий торс. Красивое лицо с широкими скулами раскраснелось, обожжённое мгновенным леденящим дыханием Промежутка. Его удивительные янтарные глаза излучали веселье. «И самодовольство», — добавила про себя Лесса.

— Какая она холёная, — заметил Ф'лар, приближаясь к ложу Рамоты и учтиво склоняя голову перед молодой королевой.

Лесса услышала, как усевшийся на карнизе Мнемент послал приветствие Рамоте. Та, кокетничая, скосила огромный сверкающий глаз на бронзового всадника. Его улыбка, в которой, как показалось Лессе, промелькнула тщеславная гордыня, удвоила раздражение девушки.

— Итак, подданные прибыли, чтобы пожелать королеве доброго дня, — насмешливо сказала она.

— Добрый день, Рамота, — послушно поприветствовал юную королеву Ф'лар. Он выпрямился и, стоя теперь в небрежной позе, похлопывал себя по бедру толстыми перчатками.

— Ты так спешил с приветствием, что не успел переодеться и отдохнуть после полёта? — спросила Лесса мягким извиняющимся голосом.

— Ничего, я не устал. Обычный патрульный вылет, — миролюбиво ответил Ф'лар. Всадник отступил назад и внимательно посмотрел на Рамоту. — Она уже крупнее, чем большинство коричневых самцов. — Он повернулся к Лессе и сообщил новости: — Море в Телгаре поднялось, там наводнение. А на болотах Айгена, которые питает прилив, вода стоит по шею дракону. Он усмехнулся, словно бедствие чем-то обрадовало его.

Лесса постаралась запомнить его слова, чтобы обдумать их позже, По собственному опыту она знала, что Ф'лар ничего не говорит зря. Временами Ф'лар сильно задевал её самолюбие, однако она предпочитала его компанию обществу других всадников. Рамота прервала размышления девушки, язвительно напомнив: если драконам необходимо купаться перед едой, то не могли бы они приступить к этому — прежде, чем она, Рамота, умрёт от голода? Лесса услышала, как снаружи, на карнизе, Мнемент одобрительно фыркнул.

— Мнемент говорит, что нам лучше не спорить с ней, — снисходительно заметил Ф'лар.

Лесса прекрасно слышала, что передал Мнемент, и с трудом подавила желание сообщить об этом Ф'лару. Когда-нибудь всадник узнает, что она может свободно общаться с любым драконом в Вейре, и вот тогда будет интересно взглянуть на его ошеломлённую физиономию. Теперь же она пробормотала с притворным раскаянием в голосе:

— Я так мало забочусь о ней…

Ей показалось, что Ф'лар хочет что-то сказать. Он помедлил, его янтарные глаза на мгновение сощурились. Потом, вежливо улыбнувшись, он жестом предложил ей первой войти в коридор.

С упорством, достойным лучшего применения, Лесса не упускала возможности подразнить Ф'лара. Когда-нибудь она пробьётся через его невозмутимое спокойствие и заденет за живое. Но это потребует усилий — всадник обладал острым умом и завидным терпением.

Они взобрались на Мнемента, который поджидал их на карнизе. Бронзовый дракон парил над Рамотой, прикрывая королеву, пока та неуклюже планировала вниз, к дальнему краю вытянутой овальной чаши Вейра. Туман, поднимавшийся над тёплой водой небольшого озерца, колыхался под судорожными взмахами крыльев Рамоты. Она росла слишком быстро и никак не могла правильно скоординировать мышечные усилия со своим весом. Лесса с шеи Мнемента с волнением наблюдала за неуверенным полётом своей подопечной.

«Королевы не летают, потому что не могут», — подумала Лесса с горечью, сравнивая неуклюжие движения Рамоты с плавным скольжением Мнемента.

— Мнемент говорит, что она будет летать увереннее, когда повзрослеет, — раздался над её ухом весёлый голос Ф'лара.

— Молодые самцы растут почти так же быстро, но они совсем не… — Лесса резко оборвала фразу. Да, полет самцов не походил на неуклюжие движения Рамоты, но она никогда не признается в этом Ф'лару.

— Самцы не вырастают такими большими… И к тому же, они постоянно тренируются.

— В полётах! — Лесса даже подпрыгнула на шее Мнемента, но, заметив, как у Ф'лара блеснули глаза, крепко сжала губы. Бронзовый всадник тоже был скор на насмешки.

Рамота плюхнулась в воду и теперь нетерпеливо ждала, когда её потрут песком. Левый спинной гребень ужасно чесался. Лесса зачерпнула горсть песка и добросовестно принялась за работу.

Нет, её жизнь в Вейре не отличалась от той, которую она вела в Руате. Она по-прежнему скребла и чистила. «И с каждым днём мне придётся скрести все больше и больше», — подумала Лесса, посылая золотистого зверя ополоснуться. Рамота погрузилась в воду до кончика носа; её глаза, прикрытые прозрачным внутренним веком, светились под поверхностью воды, словно огромные драгоценные камни. Рамота перевернулась, и у ног Лессы заплескались маленькие волны.

Когда королева покинула озеро, все дела в Вейре приостановились. У входа в Нижние Пещеры Лесса заметила женщин, их глаза были широко раскрыты от восхищения. Драконы восседали на своих карнизах или лениво кружили в небе. Со стороны тренировочной площадки, где располагались помещения для молодняка, приближались мальчики со своими зверями. Неожиданно дракон, сидящий на возвышенности у Звёздной Скалы, издал глубокий трубный звук. В следующий момент голубой зверь уже мчался вниз по широкой спирали.