Переиграть войну! В «котле» времени - Артем Рыбаков

— На фига? Нам сейчас отсюда уходить надо. Мы, по моим ощущениям, сильно наследили. Немцев, что в селе завалили, точно хватятся — они из полевой жандармерии.

— Твои предложения?

Я посмотрел на лежащую на столе карту:

— В порядке бреда хотел предложить рвануть завтра с утра или даже прямо сейчас на машинах на север. Можно через Колоницы, а затем — на северо-восток. Можно вслед за ребятами к шоссе выйти. Я так понимаю, что они где-то здесь? — И я пальцем показал район на карте.

— Да, как я понял, в этом леске у Новинки.

— И по шоссе, под видом саперов, к мосту у Боублей и рвануть его, — продолжил я. — А потом уходить северо-восточнее.

— Не очень нагло?

— А я фельджандармов на бляхи обул. Останавливать колонну саперов в сопровождении фельджандармерии вряд ли будут. Окруженцев просто бросать не хочется. Хотя ты командир, ты решаешь.

— Да, одни мы бы ушли пешком. А что за обозначения тут на карте?

— Так, Рогово — «отдельный охранный батальон». Ну, это понятно — «узел» на шоссе. Лумшино — «запасный пехотный полк». Радошковичи — целый букет частей. Саш, обстановка быстро меняется, они войска к Березине гонят.

— Ладно, иди отдыхай. А я тут покумекаю, что к чему.

Перед тем как идти спать, я заглянул в «хозяйство» Дока — проведать Алика. Наш медикус сидел на чурбаке и задумчиво копался в своем «чемодане».

— Серега, привет!

— Здорово!

— Как Алик?

— Нормально. Пулю я вытащил. Она всего в трех сантиметрах в мякоти засела. Издалека стреляли?

— Нет, в упор практически. Она приклад винтовки сначала пробила, а потом только в ногу попала.

— Тогда понятно… Выпить хочешь?

— Давай, а лучше — закусить.

— А нету… Хотя, постой. — И он протянул мне пук соломы. Да, Док в своем репертуаре!

— Спасибо, я по овсяному полю сегодня гулял.

— Тогда на — гематогеном закуси. — И он действительно протянул мне ломтик гематогена.

Выпив глоток коньяку из его фляжки, я с удовольствием закусил «медикаментом», после чего сел рядом с Доком и с наслаждением закурил. По жилам растекалось тепло от коньяка, табачный дым был ароматен. От всей этой нехитрой военно-полевой роскоши я расслабился и незаметно для себя заснул.

— …му?

— А? Что? — Я проснулся.

— Я спросил: «Почему это случилось с нами»? — повторил Док.

— Если бы я знал, Серега, если бы я знал… И ведь ни минуты сегодня не было — сесть и подумать.

— Везет тебя, Тоха. А я целый день только про это и думаю. Как с утра постреляли немцев, так и думаю. Они ведь настоящие…

— Кто?

— Немцы. Я специально трупы осматривал. Это не муляжи, не электронная симуляция. Запах не подделаешь…

— Серег, не кисни, а? Образуется все.

— Ты вот чего мне скажи… Вот ты и вчера, и сегодня людей убивал, так? И что, нигде ничего не шелохнулось? Фибры души не затрепетали? — Несмотря на шутливость оборотов, голос Дока был абсолютно серьезен.

— Честно говоря — нет. Серег, я не маньяк и не извращенец, но ситуация такая, что либо мы — их, либо они — нас. Другого не дано.

— Но ты же знаешь, что мы все равно победим! За карму свою не боишься?

— Не боюсь. А ты книжки с фотографиями из Бухенвальда или Хатыни почаще вспоминай и тоже за карму бояться перестанешь…

— Ладно, вояка, не буду. Э, да ты носом клюешь. Давай иди, там, в углу, мой спальник лежит.

— А ты? — заплетающимся языком спросил я.

— А мне — еще перевязку Алику делать, да и остальных посмотреть надо. Завтра же выдвигаемся.

— Может, и сегодня.

Ответа Дока я уже не слышал, провалившись в глубокий и вязкий сон.

«Начальнику сектора IVE5 штурмбаннфюреру СС и криминальдиректору Вальтеру Кубицки.

Несмотря на быстрое наступление нашей армии и фактически разгром основных сил Советов, в оперативных тылах Группы армий „Центр“ нами зафиксировано несколько случаев диверсионно-подрывной деятельности противника.

Кроме весьма частых столкновений с остатками разбитых частей Советов, органами полиции безопасности зафиксированы также случаи целенаправленной подрывной деятельности.

Так, в районе Минск — Заславль, согласно анализу, проведенному нашей оперативной группой, с начала июля действует хорошо подготовленная диверсионная группа или группы противника.

10 июля была осуществлена удачная диверсия против штабной колонны XXX пехотного полка. В результате подрыва огневого фугаса (Feuer Bomb) тяжело ранен начальник штаба полка и два оперативных офицера, еще три офицера и два нижних чина получили легкие ранения.

В тот же день в указанном районе пропало отделение 173-го отдельного саперного батальона, выехавшее на рекогносцировку и заготовку местных материалов.

Вечером этого же дня в том же районе уничтожен мобильный патруль фельджандармерии. Тела членов патруля обнаружены на территории усадьбы местного жителя, активно сотрудничавшего с германскими вооруженными силами. Тело местного жителя со следами пыток найдено там же. Одновременно с этими событиями пропал один из агентов зипо, некто Саукстас, который находился в том же населенном пункте на подготовке перед операцией. Не исключено, что Саукстас вступил в контакт с членами диверсионной группы противника.

Рано утром 11-го числа группа неизвестных атаковала и разрушила мост у н/п Боубли, имеющий важное оперативное значение. Нападавшие использовали автотранспорт с маркировкой 173 PiAbt и форму и знаки различия фельджандармерии. В результате уничтожения моста на рокадном шоссе Рогово — Минск сильно осложнилась ситуация со снабжением войск ГА „Центр“, действующих на южном участке.

По показаниям рядового охранного полка Вальде, участвовавшего в охране моста и в момент нападения отошедшего для отправления естественных надобностей, уничтожение охраны объекта, состоявшей из охранного отделения и двух пулеметов, заняло у нападавших около двух минут. Минирование моста — 5 минут. Сбор трофеев и бой с подошедшим из поселка подкреплением в составе двух отделений того же охранного полка — еще 7 минут.

Судя по почерку, предполагаемая группа находится под командованием инициативного начальника, а личный состав группы хорошо подготовлен.

Моей оперативной группой в настоящий момент планируется операция по уничтожению этой группы.

ГЛАВА 22

— Тоха, вставай! Да вставай же ты! — Кто-то тряс меня за плечо.

— А? Что? Сколько времени? — Я проснулся с ощущением, что безнадежно проспал на работу и жена возмущенно будит меня.

Попытавшись вскочить с кровати, я запутался в спальном мешке и чуть не грохнулся оземь.

— Тох, ты что? Приснилось что? — Голос Дока вернул меня к действительности.

Я мгновенно вспомнил: я — на войне! Не на игрушечной, «страйкбольной», а на самой настоящей — Великой Отечественной. Вот уже второй день.

— Серег, я в поряде! Просто со сна попутал мальца… Думал, на работу пора. Чуть Машей тебя не назвал.

— А, понятно… — протянул друг. — Там тебя командир зовет. Сказал — скоро выступаем. Велел раненых к транспортировке готовить.

Выбежав из «госпитального» сарая, в котором меня сморил сон, я торопливо умылся у бочки с дождевой водой и пошел в «штаб».

— А, проснулся? — поприветствовал меня Фермер.

— Ага.

— На, перекуси. Ребята приготовили, пока ты спал. — С этими словами он пододвинул ко мне миску, в которой лежало несколько кусков сала, три вареных картофелины и кусок домашней колбасы.

— Ну, и чай, конечно, — добавил Саша, доставая откуда-то из-под стола закопченный железный чайник. — А пока ты кишки массируешь, мы поговорим.

— Угум. В смысле «Так точно, товарищ командир»! — ответил я с набитым ртом. — За такое угощенье — я вся ваша!

— Антон, кончай паясничать! Или у тебя пара гвоздей все-таки вывалилась и шифер заскользил к карнизу? — Лицо командира выражало нешуточную озабоченность.

— Не, командир, я — в полном порядке! Просто характер такой! Сам же знаешь.

— А, я и забыл за всеми этими скачками, думал, ты действительно «того». Такое случается… Сам видел неоднократно. А штатного мозгоправа у нас, к сожалению, нет. Ладно, лирику — побоку. Помнишь, о чем мы разговаривали?

Я немного поморщил лоб и утвердительно кивнул.

— В голову что-нибудь пришло по поводу того моста?

— Даже если и пришло, то варианта, по большому счету, у нас всего два: работать тихо или громко.

— Поясни?

— А что пояснять-то? Или налет, или тихий подход к объекту. А поскольку мы систему обороны объекта все одно не знаем, то планы сейчас строить — это то же, что пердеть в газопровод с целью увеличения валютной выручки государства…