Все хотят любить - Лора Тэксин

— А почему вы решили, что я способен на такое? — спросил он, растягивая слова.

— Мне Эннис все о вас рассказала! — заявила Марта. — Она сказала, что вы влюбляете в себя женщин, а потом бросаете их!

Кевин и не думал оправдываться. Он просто пожал плечами, как будто все это не имело значения. Его невозмутимость разъярила Марту.

— Вас ведь женщины серьезно не интересуют, не так ли?! — страстно воскликнула она. — Вы ухаживаете за ними, очаровываете их, но на самом деле они вас не волнуют. Вы никогда не берете в расчет чувства других людей и не привыкли отдавать хотя бы частичку своей души!

Он молчал, не сводя с разбушевавшейся гостьи пристального взгляда сверкающих глаз, в которых она ничего не могла прочесть. Эмоции захлестнули ее: на смену вожделению пришел гнев, за которым последовало отчаяние. Но все было напрасно! Кевин Берн оставался холодным и бесстрастным, как гранитный утес. Она же вся кипела бурными страстями, уподобляясь штормовому морю.

— Чего вы боитесь? — спросил наконец Кевин. — Кто предостережен, тот вооружен, не так ли? Если я дам вам честное слово, что не буду прибегать к запрещенным приемам, чтобы вынудить вас поступить так, как мне хочется, вы будете довольны? В таком случае остается только одна опасность — ваши собственные чувства, но они находятся под вашим контролем, а не моим.

Нет, не существует никакого моего контроля, в отчаянии подумала Марта. Мои чувства вышли из-под контроля еще тогда, когда я впервые встретила вас. Но вслух она, разумеется, ничего этого не сказала.

— Замечательно, — ответила она холодно. — И как же вы рекомендуете мне поступить?

— Никак. Оставайтесь и посмотрите, что будет дальше, — предложил Кевин. — Вы ведь не забыли о своей пылкой речи? Вы тогда защищали необходимость идти на риск в любви! Помните? Или же вы в тот раз были Натали, а не Мартой?

— Не знаю, кем я тогда была! — взорвалась Марта. — С самого начала этого дурацкого маскарада я совершала поступки, совершенно мне не свойственные. У меня такое впечатление, что я больше не знаю, кто я такая… — растерянно прошептала она.

— Тогда оставайтесь и выясните это! Снимите с себя смирительную рубашку, которую вы носили многие годы, выполняя свой долг. Я понимаю, что это, возможно, пугает вас, но позвольте этому случиться! Пойдите на риск и попытайтесь осмыслить свое влечение ко мне.

— Хотела бы я знать, что у вас на уме, — с горечью ответила Марта.

— Все очень просто, — пояснил Кевин. — Я всего лишь хочу, чтобы мы получше узнали друг друга. Но вам придется довериться мне. Я не собираюсь оскорблять ваше достоинство, поклявшись, что между мной и Келли Рид ничего нет, но одно я могу обещать твердо. Я не буду ускорять ход событий в наших отношениях. Я не стану делать ничего, с чем вы будете несогласны и чего не будете желать так же страстно, как и я.

Марта вздохнула, сжала пальцами ноющие виски и в растерянности уставилась в пол.

— Звучит заманчиво, — скептически пробормотала она.

— Ну так что? — вкрадчиво осведомился он. — Что вы предпочитаете? Проявить смелость и остаться или бежать с поля боя, потому что у вас не хватает мужества пойти на риск, положившись на свои чувства?

Она подняла голову и взглянула ему прямо в глаза.

— У вас прямо-таки дар убеждения! Я думаю, что фермерство не ваше призвание. Вам больше подходит работа в отделе сбыта какой-нибудь компании.

— Что вы решаете, Марта? На этот раз никакого давления, никаких уговоров. Простая констатация факта. Я хочу, чтобы вы остались.

И Марта сдалась.

— Хорошо, Кевин, я остаюсь!

На следующее утро Кевин уже был в кухне и читал финансовую газету, когда Марта спустилась к завтраку. Он оторвался от газеты, подвинул к ней кофейник и тарелку с еще теплыми булочками с черникой, затем снова погрузился в чтение. Марта с трудом подавила усмешку, когда Кевин начал что-то подсчитывать на клочке бумаги, тихо бормоча себе под нос. Приятно встретить наконец коллегу — нарушителя условностей. Она тихо рассмеялась.

— Над чем вы смеетесь? — подозрительно спросил Кевин, поднимая голову.

— Над вами, — ответила она, наливая себе кофе и беря булочку. — Я думала, что только я одна бормочу себе под нос, занимаясь подсчетами во время завтрака.

— Гм, — проворчал Кевин, откладывая в сторону газету. — Беда в том, что я слишком привык к одиночеству. Скажите мне, Марта, как долго вы могли бы оставаться здесь?

Марта растерялась.

— А как долго вы сами готовы принимать меня? — ответила она вопросом на вопрос.

— Как можно дольше!

— Да будет вам известно, что у меня в запасе еще семь недель, так как я не брала отпуск в прошлом году.

— Отлично, — довольно произнес он. — В таком случае я надеюсь, что вы останетесь у меня на весь этот срок.

При этих словах Марта почувствовала себя на седьмом небе от счастья. Предложение Кевина показалось ей многообещающим знаком.

— А вы не пожалеете?..

— Нет, — просто ответил он. — А сейчас не хотите ли съездить в Каслтаун, чтобы купить кое-что из одежды?

Его предложение прозвучало совершенно прозаически, как будто муж и жена обсуждали планы на начинающийся день. Приятное ощущение возникшей между ними близости нельзя было не почувствовать. Правда, кое-что Марту все-таки смущало. Глубоко задумавшись, она нахмурила брови. Затем, почувствовав на себе его пристальный взгляд, поняла, что Кевин все еще ожидает от нее ответа на заданный им вопрос.

— Что?.. Извините, пожалуйста! Да, да, я хотела бы съездить в Каслтаун и пройтись по магазинам. Мне и вправду нужно было бы пополнить свой гардероб.

— У меня есть кредитные счета в нескольких магазинах. Я был бы счастлив…

— Нет, я не хочу! — резко возразила она. Одно дело — пользоваться его гостеприимством, и совсем другое — разрешить ему покупать ей одежду. Его лицо выразило легкое изумление, и Марта задала сама себе вопрос, не переигрывает ли она. И уже более спокойным голосом сказала: — Я просто не могу вам этого позволить! Это было бы неприлично!

— Прилично! — поправил ее Кевин. Он весело фыркнул и, протянув руку, ласково взъерошил ее волосы. — Вы, Марта, настоящая жемчужина. Оставайтесь всегда такой же.

Но этот снисходительный тон Марте не понравился. В ответ она лишь холодно взглянула на него.

— Не надо обижаться, — мягко произнес он. — Вы мне нравитесь, Марта. А сейчас заканчивайте завтрак, одевайтесь и поедем. Мне еще надо до двенадцати попасть на прядильную фабрику, у меня там дела. После этого я предлагаю пообедать в городе. Потом мы расстанемся на несколько часов. Вы можете отправиться по магазинам, пока я буду совещаться со своими адвокатами. Затем мы пьем чай и едем домой. Как вам мой план?