Золото: деньги прошлого и будущего - Льюис Нейтан

несчастью, инфляционный «перегрев» часто принимают за подлинный экономический подъем, что неизбежно приводит к плачевным результатам: правительства пытаются скорректировать мнимую инфляцию, калеча экономику повышением налогов и очередными чудачествами в денежной политике. Инфляция может создать ложное впечатление экономического роста, однако подлинный подъем экономики не вызывает инфляции. Говоря языком классической экономики, не стоит всерьез принимать утверждение, что «рост ВВП ведет к снижению стоимости валюты». Никто не знает, насколько быстро способна расти экономика при стабильной валюте. В 1960-е годы при золотом стандарте (иначе говоря, когда номинальный рост равен реальному) номинальный рост японской экономики превышал 20 % в год. Если столь стремительный рост был возможен при всех недостатках тогдашней политической системы, то почему не предположить, что в оптимальных условиях экономика способна расширяться на 30 % в год.

Воздействие на налоговую систему является одним из наиболее коварных последствий девальвации. В случае прогрессивного подоходного налога (то есть при более высоких налоговых ставках для получающих большие доходы) девальвация переводит людей на более высокую ступень налоговой шкалы. Налоги, рассчитанные на сверхбогатых людей, вынуждены выплачивать врачи и юристы; ставки, рассчитанные на врачей, достаются менеджерам среднего звена; ставки, предназначенные для менеджеров среднего звена, ложатся тяжким бременем на плечи школьных учителей и работников торговли. Номинальный прирост капитала облагается налогом, даже если стоимость активов в реальном выражении уменьшается. Так, $1 должен превратиться в $2 только для того, чтобы угнаться за снижением стоимости валюты. Однако подобный «прирост капитала» подлежит обложению налогом, что уничтожает не только приращенную сумму в реальных цифрах, но и основной капитал. Амортизация корпоративного имущества, основанная на принятых до девальвации ценах, не отражает того факта, что новое оборудование будет стоить вдвое дороже. В результате происходит повышение корпоративных налогов.

Повышение налогов часто влечет за собой дальнейшее снижение стоимости валюты по двум причинам. Во-первых, из-за спада в экономике спрос на деньги снижается. Во-вторых, правительство опасается проиграть на выборах из-за рецессии, вызванной повышением налогов вслед за девальвацией, и видит выход в инфляционном буме, который надеется вызвать очередным витком обесценивания денег. Правительство может решить, что вызванные девальвацией экономические проблемы требуют дополнительных вливаний в систему социального обеспечения. Правительство увеличивает расходы, сталкивается с дефицитом бюджета, повышает налоги и вызывает дальнейшее падение валюты. Девальвационная спираль — рост расходов на социальные нужды, повышение налогов и повторное снижение валюты — может подорвать даже самые крепкие экономики. В 1970-е годы буквально все страны испытали это на собственном опыте.

Одним из последствий инфляции является облегчение налогового бремени. Поскольку причиной банкротства, как правило, становится неспособность выплатить долги, до банкротства во время инфляции дело обычно не доходит. Снижение количества банкротств маскирует тот вред, который инфляция наносит экономике; оно является очередным привлекательным моментом в глазах сторонников девальвации.

Кредиторов и держателей облигаций не слишком радует перспектива получить деньги, стоящие вдвое меньше одолженных. Рост процентных ставок — естественная реакция на девальвацию и последовавший рост цен. Ненадежность валюты мешает заемщикам наладить эффективное сотрудничество с кредиторами, и финансовая система вянет па глазах. В странах, не раз допускавших девальвацию национальной валюты, финансовая система практически отсутствует, за исключением крупных компаний, способных брать кредиты в иностранной валюте. Кредитные карты, потребительские кредиты, ипотека и займы для малого бизнеса становятся недоступной роскошью, вернее, доступной только под ростовщические проценты. Неудивительно, что владельцы крупных компаний порой считают, что девальвация им на руку: она устраняет мелких конкурентов, позволяет меньше платить наемным работникам и дает возможность покупать физические активы по бросовым ценам. Так рождаются олигархи. Нередко такие капиталисты являются злейшими врагами капитализма, поскольку им выгодно, чтобы экономика вечно находилась в состоянии полукризиса, который каждые 5-10 лет будет перерастать в настоящий кризис.

Девальвация может сильно ударить по фондовому рынку, однако из-за роста котировок спад будет заметен не сразу. В 1929 году индекс Dow Jones Industrial Average (DJIA) вырос до $381, что составляло 19 унций золота: доллар тогда стоил $20,67 за унцию. В 1932 году индекс DJIA упал до 41 пункта, или двух унций золота. В 1966 году DJIA достиг 1000 пунктов, или 29 унций золота, стоившего в то время $35 за унцию. В 1980 году индекс DJIA держался близ 800 пунктов, что соответствовало одной унции золота, притом что доллар скатился до минимума в $800 за тройскую унцию, пережив 96-процентное снижение в пересчете на золото и потеряв половину стоимости в сравнении с уровнем депрессивного 1932 года! Большинство по-прежнему верит, что в 1970-е годы «фондовый рынок не рос, но и не снижался». Бум на фондовой бирже на протяжении 1980-1990-х годов вернул индекс DJIA туда, где он был в 1966 году, то есть приравнял его приблизительно к 29 унциям золота: значение индекса составило 1000 пунктов, а доллар держался около $350 за унцию (рис. 4.1). 

Рис. 4.1. S&P 500 в тройских унциях золота, 1870-2005

Последствия девальвации в США также повлияли на такой показатель, как доход на душу населения. В 1970 году, незадолго до катастрофического падения доллара в 1970-е годы, доход на душу населения в Америке составлял $3587, или 102 унции золота при стоимости доллара $35 за унцию. По сравнению с $2022 (58 унций) в 1960 году и $1385 (40 унций) в 1950-м показатель вырос. В 2004 году доход на душу населения составлял $29 416, или 73,5 унции золота, стоившего $400 за унцию, или в лучшем случае 84 унции при стоимости золота на уровне $350 за унцию, что приблизительно соответствовало равновесной стоимости валюты в то время. Несмотря на развитие новых технологий, доход на душу населения в Соединенных Штатах больше никогда не поднимался выше максимума, отмеченного в 1970 году. Даже улучшения, имевшие место с 1982 года, во многом объяснялись повсеместным распространением домашних хозяйств с двумя источниками дохода. Средняя недельная зарплата в пересчете на золото так и не смогла дорасти даже до половины уровня 1960-х годов (рис. 4.2 и 4.3).