Голос пугающей пустоты (СИ) - Дичковский Андрей

Не успела Джейл убедить саму себя, что приняла единственно верное решение, как что-то вылезло поперек дороги, вынудив ее споткнуться и потерять равновесие. Уже падая, она поняла, что именно: это был лежащий в луже крови труп капитана. Маленькое, досадное препятствие, которое она же и создала — и о котором успешно забыла. Возможно, если бы не этот гребаный дым, ухудшивший видимость, она бы и успела вовремя среагировать...

Она уже успела смириться, что обстоятельства были такими, какими были.

Ни больше, ни меньше.

«Блядь», — успела подумать Джейл, прежде чем приложилась челюстью о холодную твердую землю.

Землю, что имела очень неплохие шансы в самое ближайшее время стать ее могилой.

* * *

Время для него как будто растянулось.

Может, даже без «как будто» — Теолрину действительно казалось, что течение времени замедлилось в несколько раз. Что за одно мгновение он успевает понять, что происходит. Успевает осознать грядущую неизбежность.

Он успел разглядеть не только заостренный наконечник копья, поблескивающий алым золотом заката, но и его носителя, кряжистого, сосредоточенного мужчину лет сорока. Его темно-серый мундир с до блеска начищенными пуговицами, его густую, немного растрепанную шевелюру, его усы соломенного цвета, плавно перерастающие в неаккуратную кустистую бородку, и даже его решительный, бескомпромиссный взгляд чуть прищуренных темно-синих глаз.

В сознании Теолрина успели пронестись тысячи мыслей, но ни одна из них ему не помогала найти выход. Он знал, что никак не успевает увернуться от приближающегося копья. Знал, что Джейл занята своим поединком и что никак не успеет ему помочь. Знал, что этот наконечник стеклянного копья вот-вот вонзится ему в грудь и, скорее всего, пронзит насквозь, и что не найдется еще одного измельченного Призмой алого осколка, чтобы вновь вытащить его из неизбежной и пугающей пропасти безграничной пустоты...

Стоп.

Теолрин заставил себя вернуться к последней мысли. Что-то в ней было. Что-то, на что он не обратил внимание, хотя должен был... И дело было не в пропасти пустоты, куда он не хотел возвращаться, и не в Призме, расщепляющей осколки. Тогда...

Стеклянное копье.

Да, конечно же.

Не только наконечник копья противника был отлит из синего стекла (возможно, с легкими примесями зеленого или даже голубого), но и само древко было по большей части стеклянным. А раз так...

Луч надежды проскользнул в его сознании. При этом Теолрин понимал: шанса на ошибку у него нет. Или все, или ничего. Никаких полумер.

Наконечник копья находился уже примерно в полуярде от его тела, когда Теолрин резким вдохом собрал внутрь себя все накопившиеся эмоции: жалость, усталость, отчаяние и, конечно же, злость. Он словно забросил их в бурлящий котел где-то глубоко внутри себя — туда, где его эмоции соприкасались со средоточением новообретенных сил.

А затем, представив, что всему виной это злосчастное копье, выплеснул сгусток эмоций в него.

Внутри Теолрина что-то произошло: как будто какая-то его часть вспыхнула.

Он ожидал, что, как в проулке или храме, ему удастся отправить предмет, состоящий из стекла, в полет... Но этого не случилось.

Глаза Теолрина начали с ужасом расширяться, когда он убедился, что копье в руке патрульного не сдвинулось ни на дюйм в сторону.

Похоже, на этот раз силы Летающего подвели его.

* * *

Обычно Джейл всегда находила время, чтобы хорошенько выругаться. Если не выругаться, то хотя бы ругнуться. Если не ругнуться, то... ругнуться хотя бы мысленно.

Однако сейчас был тот редкий случай, когда у нее не хватало времени даже для последнего.

Стараясь игнорировать вспышки искр перед глазами и острую боль в руке и челюсти, Джейл перекатилась через плечо на спину. Открывшаяся ее взору картина не была утешительной. Инквизитор, следовавший за ней, перепрыгнул через труп капитана и, встав рядом с ее ногами, уже замахивался мечом. Джейл была почти готова поклясться, что за его непроницаемо-оранжевой маской по лицу разошлась победная улыбка. Скорее всего, даже ухмылка.

Положение казалось безвыходным. Теолрину явно было не до нее, лошади гарцевали где-то в стороне, а два идиота-стеклосборщика, собственно, заварившие всю эту кашу, так и вовсе словно растворились в воздухе. Кроме того, Джейл была безоружной — и в радиусе взмаха руки не было ничего, чем она могла бы воспользоваться. Ни меча, ни копья, ни даже чертовой лопаты: лишь холодная и твердая земля, колючая от стеклянной пыли. И ладно бы оружие — у нее не было ничего, чем она могла бы защититься от сверкающего над головой меча.

Вдобавок ко всему, ее тело будто бы потяжелело. Особенно ноги: то ли просто из-за усталости, то ли из-за долбаных ботинок, утяжеленных в подошве для хождения по стеклу...

Джейл уже собралась было готовится к тому, чтобы перекатиться через плечо во время удара — пусть и понимала, что такой трюк едва ли сработает против инквизитора — когда что-то щелкнуло в ее голове. Ну конечно! Утяжеленная подошва... И почему она не сообразила раньше?..

Затея выглядела рискованной, но альтернативы Джейл не видела. Когда инквизитор отвел меч за плечо, чтобы рубануть сверху, она подтянула согнутые ноги к себе — настолько близко, словно хотела дотянуться коленями до собственного подбородка. Мышцы растянулись до предела, вызывая острые вспышки боли, но Джейл проигнорировала их все. Удар последовал незамедлительно: припав на правую ногу, противник принялся опускать меч. Джейл постаралась проложить невидимую траекторию удара, предугадать ближайшее будущее...

А затем, выгадав момент, выбросила ноги вверх.

Лезвие меча со звоном врезалось между каблуком и утяжеленными пластом зеленого стекла подметками ее правого ботинка.

Джейл показалось, что на ее ногу обрушился удар кувалды — настолько мощным оказался удар. Волна дрожи прошлась по ноге.

И все же стеклянная подошва выдержала, приняв на себя удар, словно щит.

Пока инквизитор недоуменно глядел вниз, Джейл дернула левой ногой, приставляя подошву к подошве. Оранжевый меч оказался зажат между ее ботинками. Стиснув зубы, Джейл как можно резче дернула ногами на себя, вырывая оружие из рук инквизитора. Тот попытался удержать меч за рукоять, но вместо этого невольно шагнул вперед и потерял равновесие.

Меч улетел куда-то за пределы видимости Джейл, и она не стала тратить время, чтобы обернуться и посмотреть, куда именно он упал. Вместо этого она перенесла вес тела на руки и, приподнявшись на них, вновь дернула ногой — только уже не как щитом, но как дубинкой. Инквизитор выбросил руки вперед, отчаянно сохраняя равновесие, но его голова опустилась достаточно низко для того, чтобы Джейл двинула по ней ботинком правой ноги.

Каблук проехался по инквизиторской маске, сдвигая ее набок. Что-то хрустнуло — возможно, нос противника. Инквизитора отбросило в сторону. Морщась от напряжения по всему телу, Джейл вернула ноги на землю и рывком заставила себя подняться. Голова резко закружилась, а перед глазами замаячили вспышки темноты. Джейл пришлось потратить секунду-другую, чтобы уговорить свой организм не падать в обморок. За это время инквизитор отскочил еще на шаг от Джейл, очутившись на краю пятачка, и, матерясь почем было свет, принялся не то поправлять маску, не то снимать ее.

Джейл покосилась через плечо на оранжевый меч, что приземлился рядом с телом копейщика, чьи ноги придавило плавильней; оттуда валил дым и исходил запах горелой плоти. Инквизитор тем временем содрал с лица маску и с шипением бросил ее в сторону, после чего, нагнувшись, потянулся рукой к голенищу. Должно быть, там у него был припрятан кинжал или что-то в этом роде.

На долю мгновения Джейл заколебалась. А потом, сделав вдох, бросилась прямиком на инквизитора — как таран на крепостные ворота.