Двойной соблазн - Карен Бут

– Спасибо, Сэнди. Хорошего вам уик‑энда.

Сэнди отправилась домой, а Тэра принялась за работу, параллельно делая заметки о том, какие прилегающие участки могут иметь наибольший потенциал для своего дальнейшего развития. Ей хотелось прийти к Гранту с самым лучшим проектом, который, как она надеялась, убедит его, что у нее есть все, что нужно, чтобы преуспеть в ее работе. Закрыв папку, она посмотрела на часы. Было уже почти шесть. Она подняла руки над головой и потянулась. Пора заканчивать и ехать домой. Будет приятно постоять на балконе, полюбоваться океаном и выпить бокал вина. Единственная проблема была в том, что дома ее никто не ждал.

– Так, еще разок, – пробормотала Тэра и снова открыла папку. Да, она была пристрастна, но она гордилась проделанной работой. Это был по‑настоящему инновационный проект. Наверняка они с легкостью преодолеют первый раунд, чтобы выйти в финал, где количество разработчиков будет сокращено до трех. Перед этим они получат ответ от города, внесут изменения и представят окончательный вариант.

Она уже собиралась закрыть папку, когда что‑то привлекло ее внимание – ориентация зданий на участке. Внизу, у воды, всегда было ветрено, и город был весьма категоричен в своих пожеланиях.

Тэра могла поклясться, что в первоначальной спецификации говорилось, что им нужны здания, выходящие на северо‑запад. Но в этой – что на юго‑запад. Она перелистала страницы с рисунками Клэя – все здания были обращены на северо‑запад, в неправильном направлении.

Тэра выскочила из‑за стола, схватила телефон и зашагала по коридору. Она беспокоилась, что в любой момент что‑то могло пойти не так с этим проектом, но никак не ожидала, что это случится сейчас, когда до дня презентации оставалась всего неделя. В офисе стояла мертвая тишина. Почти все сотрудники уже разошлись по домам. Она направилась в кабинет Клэя, надеясь, что, возможно, это ошибка. Что рисунки в папке были старыми. Но только в этом не было никакого смысла. Все здания всегда смотрели на северо‑запад. Ее первоначальная концепция была именно такой. Неужели это ее вина?

Она постучала в дверь Клэя, но ответа не последовало. Она повернула дверную ручку, но дверь оказалась заперта. Ее сердце стучало так быстро, что она с трудом соображала. Сэнди. Она набрала номер своей ассистентки, но попала на голосовую почту.

– Черт!

Тэра посмотрела направо, потом налево. В кабинете Гранта все еще горел свет. Он был ее единственной надеждой.

Она глубоко вздохнула, пытаясь приготовить себя к его реакции. Ей так хотелось, чтобы этот проект прошел идеально. Чтобы Грант увидел в ней достойную коллегу, а не женщину с солидным куском компании на коленях. Месяц назад, когда они еще наслаждались теплом своей дружбы, этот разговор был бы гораздо легче. Но все остыло, и все из‑за секса.

Тэра влетела в кабинет Гранта словно торнадо.

– У нас проблема.

Определенно. Грант едва не произнес это вслух. Ему никак не удавалось привыкнуть к мысли, что они всего лишь коллеги. Это продолжалось уже три недели, и ему казалось, что он переживает самую мучительную смерть из всех возможных.

– Я как раз собирался уходить. Может, отложим до понедельника? – спросил он, даже не взглянув на нее. Он почти достиг совершенства в этом искусстве, черт возьми. На встречах, где она присутствовала, он не отрывал глаз от документов, а когда она заходила в его кабинет, – от экрана компьютера. Лишь бы не смотреть на то, чего он не мог иметь.

Он едва не подпрыгнул, когда на стол с глухим стуком упала тяжелая папка. Это было совершенно не в ее стиле.

– Грант. Я серьезно. У нас проблема. Мы должны поговорить. Сейчас. И мне нужно, чтобы ты посмотрел на меня.

Он медленно поднял на нее глаза. Точеные руки. Приподнятая грудь. Длинная шея. Губы, которые даже сейчас, когда их уголки опущены, были желанны для него.

– Ну вот. У тебя есть мое полное и безраздельное внимание. – Даже если это и убивает меня.

– Я сделала ошибку в проекте набережной, – выпалила она. – Ужасную ошибку.

– Ну так исправь ее. У тебя есть еще неделя. Такое часто бывает. Это всегда аврал, когда ты выходишь на финишную прямую.

Она покачала головой:

– Ты не понимаешь. Я ошиблась в ориентации. Весь наш план нуждается в повороте на девяносто градусов.

И тут Грант понял, почему она так взвинчена. Это был действительно крупный ляп.

– Да… – протянул он, – это уже серьезно. Вам придется переработать весь проект. – Он подумал о фасадах и инженерных коммуникациях. О размещении наружных дверей и потоков людей.

– Нет никакой возможности сделать это за такой короткий срок. Клэй уехал на выходные, и я не могу его вызвать. Он отвез свою дочь в Анахайм, чтобы подготовить тематический парк ко дню ее рождения. Я обещала, что не буду беспокоить его даже сообщениями.

Тэра тяжело опустилась на стул.

– Я все испортила. – Ее голос дрогнул.

– Не понимаю, как это могло случиться.

– Я тоже не понимаю. Клянусь, я миллион раз перечитывала требования города. И Сэнди тоже.

Грант не хотел говорить, что предупреждал ее, что работа с городом может быть еще той болью в заднице.

– Возможно, это судьба, Тэра.

– Но я не могу так просто сдаться. Я вложила в это столько труда. И Клэй. И Астрид тоже.

– Так бывает. Иногда мы вкладываем очень много усилий во что‑то и остаемся ни с чем. – Это было подходящее описание его отношений с Тэрой. Он пытался дать ей понять, что хочет большего, но она каждый раз отталкивала его.

– Не обращайся со мной как с первоклассницей. Это не школьный проект. Это миллионы долларов. Это я доказываю свою профпригодность. – Ее голос снова дрогнул. Она встала и отошла к окну. Где она могла бы отвернуться от него. Где могла бы от него спрятаться. Снова.

– Послушай, это вполне нормально, что ты расстроена. Можешь поплакать, если тебе от этого будет легче.

– Я не собираюсь плакать. – Она шмыгнула носом. – Это только доказывает, что Джонатан был прав. Ты слишком мягок со мной из‑за нашей дружбы. Вернее, из‑за того, что от нее осталось.

– Не говори так. – Грант встал из‑за стола и медленно приблизился к ней.

Это было так похоже на их встречу несколько недель назад, что казалось дежавю. И снова она делала все, чтобы держать его на расстоянии, в то время как какая‑то ее часть была готова признать, что она нуждается в нем. В его помощи.

– Что я могу сделать?

Тэра отвернулась от окна