Зелёный Стрелок - Эдгар Уоллес

Юлиусу было теперь безразлично, выгонит его старик или нет Он открыл источник дохода, которого ему хватит до конца жизни.

Прогуливаясь в парке, секретарь посматривал на "Леди Мэнор" с видом собственника и лелеял мечты о колоссальных деньгах.

Вдруг он увидел Джима Федерстона.

- Черт возьми! Что вы тут делаете, Федерстон?

Розовые мечты Юлиуса были внезапно развеяны в прах.

- Я пользуюсь случаем; мне сказали, что старика нет дома.

- Вам нельзя идти в замок, комиссар! - взволнованно сказал Савини. - Я и так, можно сказать, потерял место.

- Я слышал...

- Слышали?! - пробормотал Юлиус.

Федерстон кивнул.

- Когда такой человек, как вы, Савини, - сказал он, - начинает наводить справки о пароходных компаниях и узнавать про немецкие пароходы из Виго в Рио, это значит, что ему угрожает серьезная опасность быть уволенным, и что он подумывает о перемене места.

Юлиус на шаг отступил от комиссара.

- Со своей стороны, я могу вам сказать только одно: если бы Абель Беллами был даже и самым чертом - мое дело охранять его от воров. И я предупреждаю вас, Савини! Вы будете тщательно обысканы, если попробуете покинуть Лондон - будь то при помощи прозаической железной дороги или более романтичным путем - на аэроплане.

Секретарь чуть не упал в обморок. Счастливо же он отделался!

- Не знаю, как вам приходят в голову такие мысли, комиссар! - обиженно произнес он. - Я стараюсь встать на честный путь, а вы, полиция, не даете человеку возможности исправиться.

Джим рассмеялся.

- К чему этот мученический тон? А теперь, Юлиус, вы поможете мне... Я ищу кое-что здесь, в саду!

- Что же именно?

Любопытство Савини взяло верх над его страхом.

- На днях я воткнул здесь в землю несколько палок. Это было вот тут!.. Я нашел их все, кроме одной. Это было в ту самую ночь, когда собаки гнались за Зеленым Стрелком.

- По-моему, где-то здесь я сломал палку.

- Где же это случилось?

Поиски оказались недолгими. Через несколько минут Джим увидел блестящий металлический кончик. Он вытащил его из земли.

- Что это такое? - спросил Юлиус.

- Градусник. Он показывает сорок градусов - я могу вам сказать это заранее!

Он стер с градусника мокрую землю и посмотрел. Его лицо выразило удивление.

- Восемьдесят градусов! - вырвалось у него.

Сомнений быть не могло. Красная линия доходила до уровня восьмидесяти.

- Восемьдесят градусов! - повторил Джим. Он подумал с минутку, потом сказал:

- Почва здесь вдвое горячее, чем в остальной части парка, Савини. - Это объясняет, мне кажется, завышенный газовый счет!

- Но что все это значит? - спросил Юлиус. - При чем тут газовый счет? Не думаете же вы, что Беллами отапливает почву?

- Именно это я и думаю.

Федерстон снова посмотрел на градусник.

Он показывал теперь пятьдесят пять градусов, но, очевидно, был момент, когда температура поднималась и до восьмидесяти.

- Я не понимаю, что все это значит, Федерстон! - сердито сказал секретарь. - Что мне сказать старику, когда он вернется?

- Ничего. Молчите и все.

Однако Юлиус на этот раз был избавлен от необходимости лгать. Едва Федерстон успел повернуться, чтобы уйти, как в ворота въехал автомобиль Беллами. Старик выскочил с него.

- Получили новый приказ? - резко спросил он. - Рад вас видеть, комиссар Федерстон. Что мне нравится в Англии, так это то, что люди приходят в гости без приглашения.

Джим передал ему длинную стальную палку, и Беллами нахмурился.

- Незадолго до того, как я оставил службу у вас, мистер Беллами, я позволил себе вставить в землю в вашем парке несколько таких же инструментов. Встроенный в них градусник во всех случаях показал температуру почвы в сорок градусов. А этот термометр показывает на своей шкале все восемьдесят.

Беллами стоял неподвижно. Лицо его было спокойно.

- Может быть, вы напали на вулкан? - спросил он. - Или на теплый источник? Не собираетесь же вы засадить меня в тюрьму из-за того, что почва в парке горячая?

- Я только обращаю внимание на то, что это странно.

Беллами хрипло расхохотался.

- Мне неприятно разочаровывать вас, Федерстон, но если вы справитесь у привратника, то узнаете, что как настоящий американец я провел горячую воду в привратницкую. Вы попали на горячую трубу - вот и все. Но все-таки мне бы хотелось знать, что вы думаете о своем открытии.

- Я, конечно, не ожидал, что здесь горячая труба! - ответил Джим.

Объяснение старика было вполне логично.

Федерстон почувствовал, что и на этот раз победа была на стороне Беллами. Привратник подтвердил слова миллионера.

Глава 34. СЕРАЯ ЖЕНЩИНА

В тот вечер, в восемь часов, горничная вкатила в кабинет хозяина столик на колесах. На нем был накрыт обильный ужин. Поставив столик позади письменного стола и подвинув к нему стул, горничная робко сказала: "Кушать подано, сэр!" и поспешно удалилась.

Беллами, который, казалось, даже не заметил прислугу, вздрогнул при звуке ее голоса и пробурчал что-то про себя. Оставшись один, он медленно поднялся, подошел к двери и запер ее. Потом, не садясь к столу, принялся раскладывать еду по тарелкам. Покончив с этим, старик отодвинул письменный стол в сторону, тщательно скатал ковер, затем вынул из одного из ящиков стола маленькую чашечку с разреженным воздухом, над назначением которой не раз задумывался Юлиус. Он приложил ее к одному из квадратиков паркета, и тот приподнялся. Показалась крохотная замочная скважина. Беллами вставил в нее ключ и нажал ногой камень. Закрепленный на стальной оси, он наполовину повернулся. Показались каменные ступеньки. Беллами снова прошел к столу, взял с него тарелку и спустился с ней вниз по лестнице.

Несмотря на темноту, он отыскал скамейку, поставил на нее тарелку и зажег газ. В дальнем конце подвала была дверь. Старик отпер ее. За ней оказалось другое просторное помещение. Оно располагалось уже за пределами замка и освещалось шестью газовыми лампочками в матовых колпачках.

Эта комната с ее массивными колоннами и сводчатым потолком была самой замечательной в замке. Обставлена она была богато, великолепные ковры покрывали каменный пол, стены украшали драгоценные гобелены. Всюду были расставлены мягкие кресла и диваны. На маленьком столике стояла серебряная ваза с цветами. Все эти вещи хозяин собственноручно перенес сюда постепенно, одну за другой.

Поставив тарелку на стол, Беллами осмотрелся. В помещении никого не было. Подойдя к одной из дверей, он толкнул ее и очутился в маленькой комнатке, превращенной в кухню. Через открытую дверь виднелась ванна. Проворчав что-то, Беллами вернулся в первую комнату.

- Элаина! - позвал он громко.

Из глубины этих таинственных покоев медленной поступью вышла женщина в бесформенном сером платье. Она передвигалась, как заведенная.

- Вот твой обед! - пролаял Беллами. - Скажи, тебе никогда не приходило в голову, что я могу о тебе забыть? Предположим, что я умру, внезапно, а? старик залился смехом при одной мысли об этом. - Кто бы тебя стал кормить? Ты бы умерла с голоду!.. А через сто лет тебя, может быть, отроют и положат рядом с останками какой-нибудь древней королевы. Что ты на это скажешь, Элаина?

Несчастная так часто слыхала эти речи, что не обратила на них ни малейшего внимания. Придвинув к столу стул, узница села. Он смотрел, как она медленными, машинальными, почти сонными движениями подносила ко рту пищу. Прозрачная бледность ее лица говорила о долгих годах, проведенных в заключении.

И несмотря на это, женщина, сидевшая перед Беллами, сохранила свою красоту. Мучения, перенесенные ею за эти ужасные восемь лет, и глумления Беллами, не сломали ее характера и не оставили на моложавом лице ни одной морщины. На вид ей было лет тридцать, и только седые, как лунь, волосы выдавали настоящие года.

- Я сегодня видел Валерию, Элаина! - проговорил он. - Если бы она знала о твоем присутствии тут, прислала бы привет. Через месяц она пойдет под венец... Ты помнишь Кольдхарбора Смита?

Женщина ничего не ответила, но рука, подносившая ко рту стакан с водой, дрогнула.

- Вспомни-ка! - сказал Беллами, угрожающе повышая голос. - Мне сдается, что ты скоро увидишь его... Кстати, недавно тут околачивался длинноносый сыщик! Ты, как всегда, подняла тут крик, и он, этот сыщик, услыхал тебя. Да, сударыня, он стоял над этим самым помещением и слышал твой голос!.. - старик рассмеялся, и смех его раскатился под сводами подземной тюрьмы. - Молодец, он измерял температуру земли в саду и наткнулся на твою кухню. Но я обманул его и теперь, надеюсь, окончательно спровадил отсюда.

Она опять ничего не сказала, а он спокойно продолжал:

- Валерия удивительно красива... Да, сударыня, она - ваш портрет. Второй экземпляр Элаины Хельд, можно сказать. Те же глаза, те же волосы и, должен признать, - та же гордость и глупое упрямство. Через месяц она выйдет замуж!

Женщина медленно поднялась со стула и, выпрямившись, смерила Беллами высокомерным взглядом.