Рождественский поцелуй - Барбара Дэйли

Картер ощущал себя комком оголенных нервов, когда вернулся в офис Фиби. Раздосадованный и потрясенный — так бы охарактеризовала его Мэллори. Кроме того, он опоздал.

— С тобой все в порядке? — спросила она, поймав себя на том, что смотрит на часы. Да уж, указать ему на опоздание — не лучшее начало акции по соблазнению.

— Можно ли быть в порядке, если тебе удаляют нерв? — рыкнул Картер.

— Прости, — повинилась Мэллори, впрочем, не совсем искренне. Она не поверила ему. Картер ни разу не пожаловался на зубную боль, не было заметно никакой припухлости. На завтрак он с аппетитом съел кусок поджаренного бекона с хрустящей корочкой. Разве что зуб разболелся внезапно или…

Или он лжет. Чем дальше, тем сильнее крепла ее уверенность во втором. Закончив беседу с мамашей Росс ровно в половине шестого, Картер снова куда-то сбежал.

Терзаемая подозрениями, Мэллори вернулась в отель. До встречи с Мэйбл оставался час, и она решила заглянуть в свой электронный почтовый ящик. Увидев, что пришло послание от Мейкона, Мэллори первым делом открыла его.

«Мэллори как ты думаешь может ли человек воспитанный так как мы с тобой влюбиться Мейкон»

Мейкон говорит о любви?! Что случилось на белом свете — исчезла луна с небосклона? Грядет конец света?

«Не знаю. Чтобы понять, нужно попробовать. Не по этой ли причине ты застрял в Пенсильвании?» — быстро напечатала она ответ.

Выключив компьютер, Мэллори обошла номер.

Без Картера он был пустым, как была и снова станет ее жизнь.

— Сегодня покупаем нижнее белье, — решительно сказала она, когда они встретились с Мэйбл в ювелирном отделе универмага «Бергдорфс».

— Милочка, ты делаешь успехи, — одобрительно протянула Мэйбл. — Ты что-то задумала?

На эскалаторе они поднялись в отдел белья.

— У Картера свидание с кем-то, — уныло сообщила Мэллори. — Но не с Фиби, и, похоже, не с Афиной, и не с Бри. Днем он встречался с ней во время ленча и сейчас снова ушел. Сказал, что ходил к зубному врачу. Он наверняка солгал, но по возвращении действительно выглядел ужасно.

— Вот так совпадение! Сегодня один мужчина заявил, что общение со мной хуже, чем удаление нерва из больного зуба.

— Мужчины не любят открывать душу.

— Точно. Они как устрицы. Во всяком случае, этот мужчина. Мне, похоже, понадобятся щипцы, чтобы вытащить его из раковины. Представляешь, я была вынуждена назначить ему две встречи в один день.

Мэллори почувствовала сострадание и неожиданную симпатию к бедняге.

— В чем его проблема? Вы же можете сказать, если не называть имен?

— Да история достаточно обычная, — небрежно отмахнулась Мэйбл. — Женщины всегда липли к нему, как мухи, но в последнее время его это стало утомлять и захотелось чего-то другого, более глубокого, настоящего. Мне кажется, он влюблен, хотя еще сам не осознает это. Впрочем, когда осознает, испугается и не будет знать, что с этим делать.

В этот момент они дошли до отдела белья.

Мэйбл немедленно углубилась куда-то в пену кружев и шелка пастельных, черных и леопардовых расцветок, а Мэллори замерла у манекена, одетого в розовый комплект — коротенькую ночную рубашку на тонких бретелях и такой же короткий халат-кимоно с длинными рукавами и широким поясом.

— Я хочу это, — указала она продавщице.

— Дайте ей все, что она пожелает, — распорядилась Мэйбл. — Пойди примерь, милочка.

Интуиция не подвела ее. Шелк касался ее обнаженного тела, как будто ласкал. Дрожь удовольствия прошла по телу Мэллори, и низ живота привычно отяжелел. Если бы Картер был с ней сейчас в примерочной…

— Ты в порядке там, милочка? — прокричала Мэйбл откуда-то издалека.

— Да, — прошептала в ответ Мэллори.

— Что? — голос раздался совсем рядом. Видимо, Мэйбл подошла к примерочной кабинке.

— Теперь я поняла, что вы имели в виду. Сейчас я чувствую себя сексуальной.

— Что бы она там ни примеряла, мы это покупаем, — прошипела Мэйбл продавщице. — И что ты теперь намерена с этим делать, милочка?

Как на исповеди, подумала Мэллори и через дверь поведала Мэйбл все, что хотела бы сделать.

Только добравшись до своего номера с пакетами, полными богатств — кружевных трусиков, бюстгальтеров и других соблазнительных вещиц, включая розовый пеньюар, Мэллори вспомнила, что так и не спросила Мэйбл, начала ли она читать книгу ее матери.

Картер никуда не ушел. В этом можно было не сомневаться, поскольку на одном стуле в гостиной валялось его пальто, на другом — галстук, на столике, где стояла елочка, валялся раскрытый портфель и бумаги. Но самого Картера не было — он был в своей спальне. Слава богу, не было слышно ни женского голоса, ни жеманного хихиканья, не видно никаких туфель на шпильках, пальто или сумочки.

Похоже, Картер был один.

Она на цыпочках прокралась в свою комнату, затем обратно — повесить пальто. Мама, ты снова тут со своими незыблемыми правилами, невесело подумала Мэллори. Не справившись с собой, она повесила в шкаф и пальто Картера, после чего свернуть галстук и сложить бумаги было и вовсе естественным делом.

Почувствовав голод, Мэллори позвонила и заказала ужин в номер.

— Ваш заказ и заказ мистера Комптона доставить одновременно?

— Нет, по мере готовности.

Все это немного походило на фарс. Прильнув ухом к двери, Мэллори услышала, как Картер пересек гостиную, чтобы открыть дверь официанту, а затем прошел обратно в спальню. На второй звонок тридцать минут спустя открыла Мэллори и жестом указала официанту на свою комнату. Приступив к ужину, она вдруг услышала, как Картер прокрался через гостиную, чтобы выставить за дверь грязную посуду.

Пробегая на цыпочках мимо двери Картера, чтобы выставить свой поднос с грязной посудой за дверь, она услышала приглушенные звуки — бах, бам! — Картер явно смотрел какой-то боевик. Мэллори приняла ароматную пенную ванну, вымыла и высушила волосы, подновила макияж. Включив по телевизору бизнес-канал, она выслушала последние биржевые новости, но потом переключилась на мелодраму.

Наконец, не выдержав, она подкралась к двери Картера и прислушалась. Уловив характерное посапывание, она поняла, что тот уснул.

Пора!

Как будто разворачивая военную кампанию, Мэллори тщательно проверила амуницию. Лицо, волосы, маникюр, педикюр, наряд… В бой! Стоп!

Она забыла о духах. Так, пару капель с запахом пачули — насыщенных, мускусных… Теперь готова!

Не рано ли?

Мэллори снова подкралась к двери, сделала глубокий вдох…

Бумаги! Бумаги, которыми она собиралась потрясти перед лицом Картера в качестве демонстрации своих исключительно деловых намерений.