Паутина "кровных" уз - Ева Николская

На глаза прозрачной пеленой навернулись слезы.

Парень пытался остановить меня, удержать, но я лишь отбивалась от его рук и зло шипела, умываясь соленым дождем собственного горя и не желая слушать его уговоры. Да и какой от них толк, если все равно ничего не понятно. Такой знакомый язык, как будто слышишь что-то давно известное, что когда-то знал наизусть, а потом забыл.

Надежда, которая слабым огоньком теплилась в самой глубине моей души, погасла, оставив после себя холод разочарования, замешанный на чувстве безвозвратной потери. Красотка была мертва. Еще теплая, но уже недвижимая. Ни стука сердца, ни едва уловимого дыхания… а через всю грудную клетку до живота красовался глубокий порез, сквозь который проглядывали переломанные ребра и темного цвета плоть. Это сколько же силы надо было вложить в удар, чтобы сотворить такое с животным, по размерам напоминающим теленка?

К моим душевным страданиям добавился еще и страх. Примитивный и слепой… тот страх, что искажает окружение, добавляя в обычный пейзаж зловещие тени, делает звуки более резкими, тревожными, а тишину звенящей. И все вокруг начинает восприниматься иначе. Этот страх не позволяет думать логически, не дает времени на то, чтобы разобраться в ситуации, он диктует в твоей голове только одну знакомую ему команду: бойся!

И я… испугалась.

Скорей всего, Эван убрал свой клинок в ножны, во всяком случае, оттаскивал он меня от бездыханной Красотки обеими руками. Сначала я сжалась, как перепуганный котенок, но чем крепче становились объятия парня, чем громче звучал его недовольный голос, тем сильнее была моя паника. Никаких мыслей в голове уже не наблюдалось, один лишь всепоглощающий ужас и стремление сбежать. Не важно куда, не имеет значения зачем, и плевать на то, к чему все это приведет.

Я начала вырываться из рук принца так яростно, что парень растерялся от моего отчаянного сопротивления. Кажется, я кричала, обзывала его безжалостным убийцей и кем-то еще, он пытался меня удержать и при этом что-то объяснял на повышенных тонах, стараясь перекрыть своим голосом мои вопли. Он указывал мне на собачье тело и отрицательно мотал головой, рычал и ругался, поминая их любимых злыдней "аше-аров", пытался встряхнуть меня и даже попробовал приласкать, за что получил звонкую пощечина по склонившемуся ко мне лицу. Этот хлопок послужил мне своеобразной командой к действию. Как выстрел на старте, он открыл мой забег. Затрещина ввергла принца в легкий шок, чем я не преминула воспользоваться. Вырвавшись из его рук, понеслась прочь. Босые ступни почти не чувствовали земли, промокший в некоторых местах плащ тяжелым флагом развивался позади меня, а растрепанная коса больно била по спине, словно плеть погонщика. Пролетев метров двадцать, я чудом успела затормозить на краю покрытого травой берега, от которого к озеру спускался каменистый склон. Тяжело дыша, растерянно взглянула на серебристую полосу водопада и попыталась понять, что делать дальше? Вернуться в ледяную воду меня не мог заставить даже самый сильный приступ глупого страха. Мысль о нежелательном купании отрезвляла не хуже самого процесса. Я несколько раз моргнула, постепенно приходя в себя.

Мужские ладони легли на плечи так бережно, так осторожно, что губы непроизвольно дернулись, отразив слабую улыбку. А ведь я даже не услышала, как он подошел. Быстро, бесшумно, незаметно. Он встал рядом и, мягко повернув меня, заключил в кольцо своих сильных рук. Я прикрыла опухшие от недавних слез глаза и с готовностью уткнулась носом в его грудь. Тренированный воин, охотник… я воспринимала его, как ровесника, а ведь он был раз в десять старше меня, и опытней, и… умней. Так почему же я не могла просто довериться этому человеку? Если он убил Красотку, значит… нет! Ни черта это не значит!

Меня буквально захлестнула ударная волна ярости. Вернее, ударной она оказалась для принца, который не почувствовав сопротивления с моей стороны, слегка утратил осторожность. Отшатнувшись, с силой толкнула его в грудь, намереваясь освободиться от этих ласково-утешительных объятий и высказать ему все, что накипело. Но либо я перестаралась, и удар получился слишком сильным (что вряд ли), либо Эван банальным образом обо что-то споткнулся и, не удержав равновесие, начал падать (а вот это уже ближе к правде). Я так и застыла с открытым от неожиданности ртом на краю невысокого склона, с которого, ругаясь и рыча, скатился вниз убийца невинных собак. Негромкий всплеск разбудил во мне злорадное удовольствие.

Так тебе и надо, прЫнц! Остуди свой пыл, герой!

Очутившийся в воде парень, выдал целую тираду, с пятикратным повторением слова "аше-ар" и восьмикратным упоминанием "мирда". Проклятья звучали, как иностранная песня, и я невольно заслушалась переливами мужского голоса, произносящего то протяжные, то шипящие вереницы слов из языка Тайлаари. Увлеченная этим занятием, даже не заметила странные клокочущие звуки за спиной. Мой слух был сосредоточен на ругани Эвана и аккомпанементе к ней в виде шума падающей в озеро воды с высоты метров в пятнадцать, не менее.

Как ни грустно было признавать, что Красотка погибла от руки человека, который мне очень симпатичен, изменить этот факт я уже не могла. А жить мне хотелось, и вовсе не в золотом "склепе" без окон и дверей. Перспектива остаться здесь одной пугала гораздо больше, чем возможность простить парню его поступок, ну или хотя бы смириться с этим, оправдав его действия… перестраховкой, к примеру. Все-таки красноглазая псина с оскалом покруче, чем у волков, не особо тянула на положительный персонаж, к тому же цеплялась она к принцу постоянно. Ну да, спровоцировала собака его на драку, но… зачем же он так жестоко с ней? Зачем?!

Разумные рассуждения вступили в физически ощутимую конфронтацию с моими чувствами. Сердце заныло, а к горлу подкатился ком. Я перевела тоскливый взгляд на выбирающегося из воды Эвана. Он отчаянно жестикулировал, крича на меня. Или мне? Когда я, наконец, поняла смысл его странного поведения, было уже поздно. Медленно повернувшись на внезапно одеревеневших ногах, увидела, как со скалы спикировала огромная крылатая тень.

"Мама дорогая, роди меня обратно!" — вспыхнуло в голове прежде, чем мой оглушительный вопль перекрыл все посторонние звуки. С проворством бывалого хищника огромная летающая зверюга сцапала мою застывшую столбиком фигурку поперек туловища и взмыла вверх. Я слышала крики спешащего на помощь парня и прекрасно понимала, что ему не успеть. Земля быстро удалялась, а над головой в завораживающем ритме двигалось большое перепончатое крыло серебристого цвета.

— Я. Ее. Упустил! — Эвана трясло мелкой дрожью, когда он садился на мягкий ковер из примятой травы. И причина такого состояния крылась вовсе не в купании, и уж точно не в ночной прохладе. Все дело было в том, что каких-то пять минут назад Зою умыкнул внезапно появившийся киприн. Прямо у него из-под носа! — Болван неуклюжий, идиот нер-р-р-растор-р-ропный, — рычал принц, стягивая с себя мокрую одежду и отжимая ее с такой силой, что та жалобно трещала и поскрипывала. А ведь все так хорошо складывалось. Девушке каким-то чудом удалось переместиться из нижнего города сюда именно в тот момент, когда он находился поблизости. Она могла бы пожить в пещере, пока не утихнет скандал и не появится новая сейлин. Там безопасно и тепло, а уж провизией парень бы обеспечил малышку с лихвой. — Все бы получилось, если б не эта полосатая тварь с ее душещипательными розыгрыш-ш-шами! — прошипел расстроенный Эван.