Растрёпанные чувства - Анна Скуратова

- Хорошо, привози. Только жить она будет в твоей комнате, а ты поселишься на этом диване. Ладно? - бескомпромиссно зазвучал нежный голосок.

- По рукам, - улыбнулся отец.

Ночь прошла в беспрестанном волнении. Игорь переворачивался на живот, с живота на спину, со спины набок, лежал поперек кровати, по диагонали. Перепробовав все вариации на тему 'удобной для сна позы', он обнял вторую подушку, но та быстро нагрелась от жара его тела, неприятно продавилась, не оказывая сопротивления и за это быстро отправилась на пол.

Сон не шел к разгоряченному желанием тела. Он стыдил себя последними словами, пытаясь образумить своё тело. Одна часть его сознания твердила: как можно хотеть девушку в тот момент, когда на ней нет живого места и она страдает горемычная в одиночной палате, в белом штампованном халатике, на белой застиранной простыне, укутав худенькое тельце прохудившимся одеялом. Как? Близость с ним не принесла бы ей ничего кроме боли и разочарования. Но другая часть сознания медленно пульсировала внизу живота со словами: ты не никуда не торопишься. Пока ты можешь просто любоваться ею, каждый день, каждый час, кормить с ложечки, поить из чашечки, помогать переодеваться, купать. А вот потом...в один прекрасный день, она сама вспыхнет подобно пламени на ветру, пламени способному поглотить акры леса, пламени раздуваемым ветром - этим ветром будешь ТЫ.

Заснув, Игорь часто вздрагивал от невыносимых сновидений.

Утро оказалось счастливым предвестником интригующего дня. Дня, который возможно повернет течение жизни по иному руслу.

Глава 15

Утро началось со звонка Илье. Игорь предупредил его об утренних лекциях, которые он, как зав. кафедры отменить не в состоянии, поэтому подъехать сможет не ранее двенадцати часов. Он не забыл с дрожью в голосе поинтересоваться состоянием подопечной, на что Илья беззаботно ответил:

- Жива и почти здорова.

- Почему 'почти'? - заволновался Игорь.

- Потому что ждет тебя у окна всю ночь напролет. Мне доложили, она проснулась посреди ночи и наотрез отказалась принимать снотворное. Уселась у окна и высматривает вдали принца. Я позволил себе вольность предположить, что этим принцем являешься ты.

- Ну, вообщем-то мы с ней не...

- Не надо объяснений. Во-первых я не папа Римский, во-вторых я не твой отец, а в третьих у меня пока нет детей, а если судьба мне улыбнется и они появятся на свет, то даже они не должны передо мной отчитываться. Короче, я хочу сказать ты взрослый мальчик.

Игорь улыбнулся этой порции монолога. Илья всегда был самым разговорчивым, если не сказать болтливым в их компании. Дружба связывала несколько мужских сердец ещё со школьной скамьи. Игорь стал учителем, Илья врачем, Саша гражданским пилотом, а Сергей директором частной фирмы. У кого-то до сих пор нет детей, у кого-то жены, кто-то до сих пор живет с родителями, но они всегда были готовы отбросить все условности и не задавая вопросов прийти на помощь.

Когда от Игоря ушла жена, он отослал дочь к матери, а сам заперся в четырех стенах. Не брился, толком не ел, не спал, ни с кем не общался. Он мечтал прекратить свое жалкое существование. Прекратить, чтобы доказать Наташе, как сильно он её любил, чтобы она приехав на его похороны, бросила горсть сырой земли в могилу и осознала ошибку, умываясь слезами.

Илья и Сергей примчались первыми. Он не хотел открывать, но они долго, нудно стучались. В конце концов объявили из солидарности бойкот и уселись на коврик у двери. Игорь крепился, но через час друзья принялись верещать о своей несчастной смерти от голода, которая настигнет их на лестничной площадке по его вине. Ещё через час Игорь сдался, открыв дверь.

Красные воспаленные глаза, трехдневная жесткая щетина, всклоченные грязные волосы и мятые трусы привели обоих друзей в негодование. Не спрашивая согласия, они обрядили хозяина в первое попавшееся на глаза и под ручки вывели из дома. Только в сауне наслаждаясь тайским массажем, Игорь потихоньку медленно стал возвращаться к реальности. Сергей распластавшись справа и размякнув под умелыми руками, ни на секунду не прекращал твердить об Алинке, которой приходиться гораздо сложнее и труднее, в силу её юных лет. Развалившийся слева Илья, строчил словами, как автоматной очередью. Да, кто такая Наташа? Дамочка без стыда и вкуса ибо нормальная женщина просто не в состоянии не заметить его (Игоря), весьма внушительного мужского достоинства, накаченного тела и богатого внутреннего мира. Причем мужское достоинство котировалось выше внутреннего мира.

На следующий день с утра, эта дружная парочка вломилась в квартиру и увлекла Игоря на тренировку. Они наняли для этого дела персонального тренера по боксу. Три часа к ряду Игорь в свое удовольствие долбил по боксерской груше. Результат не заставил себя ждать, ему стало заметно лучше. Понемногу отпускала жалость к себе, обида к ней и ко всему миру вокруг.

Он приехал за дочерью через неделю. Едва затормозив у небольшого домика, принадлежавшего его матери, из дверей с дикими криками восторга выбежала Алина, цепляясь за отца руками и ногами. Это теплое, родное существо нуждалось в нем, в его опеке, любви. 'Жизнь приходится начинать заново, но начинать это не заканчивать, а значит все должно получиться' - подумал тогда Игорь.

Только любовь к несбыточной месте не становилась слабее. Каждую ночь, ложась в постель, он перебирал яркие, нежные моменты совместной жизни с Наташей. Он лелея их, боясь, что через год другой забудет, как лучились её глаза, во время смеха, а на щечках появлялись очаровательные ямочки.

Лена сидела в приемной, часто выглядывая в коридор. Игорь опаздывал. Она боялась, что он не придет.

- В самом деле, зачем ему приходить за мной? Я для него значу не больше, остальных сокурсников. Он куратор, я бедная студентка, он сильный, я нуждаюсь в помощи. Вчера им двигала жалость у него не было времени на раздумья. Но прошла ночь, он расставил по полочкам приоритеты, эмоции и понял, что меня надо сплавить родителям.

Сифонил кондиционер, белый тоненький халатик не спасал от леденящего сквозняка, Лена зябко подрагивая, втянула шею в плечи. Сидеть здесь было самоубийством, но она не могла позволить пропустить появление Игоря.

И тут из-за угла показался он в излюбленных голубых джинсах. Фалды вельветового пиджака распахнулись и трепыхали от его стремительных шагов. Волосы развивались, иногда спадая на лоб. Будто очутившись в кинозале, она смотрела на его движения в замедленной прокрутке. Вот он замечает её голову вытянувшуюся из-за дверного косяка и весело подмигивает, одаривая широкой улыбкой все вокруг.