Эхо первой любви - Наташа Окли

Кейт быстро порылась в комоде в поисках светлых льняных брюк и коричневого свитера, потом, захватив чистое белье, бросилась в ванную. Было приятно наслаждаться прохладой воды, но Кейт не могла терять время — когда Гидеон поднимется наверх, она хотела предстать перед ним одетой, причесанной и готовой к серьезному разговору.

Она надевала свитер, когда дверь ее комнаты приоткрылась.

— Кейт, ты здесь?

Быстро обернув мокрые волосы полотенцем, Кейт юркнула в ванную, чувствуя, что пока еще не в силах посмотреть ему в глаза. Одного взгляда будет достаточно, чтобы понять свой приговор!

— Это Эмили звонила? — спросила она из ванной.

— Нет, Майк.

— Майк? — Тысяча разнообразных предположений пронеслась в ее голове, пока Гидеон ответил:

— У Дебби родилась девочка. Пять фунтов весом, мама и малышка чувствуют себя отлично.

— Слава богу!

Выйдя из ванной, Кейт опустилась на постель.

Гидеон шагнул к ней с чашкой чая в руках; выглядел он немного смущенным, что мало проясняло суть их отношений.

— Она хотела бы с тобой увидеться. Прием посетителей после двух часов дня.

После того как чувство облегчения от доброй новости прошло, сердце Кейт снова тревожно забилось — ей предстояло навестить Дебби в роддоме, увидеть ее с крошечной новорожденной малышкой. Будет больно, Кейт знала, как бы она ни любила Дебби… Однако она справится. Справится и будет гордиться собой!

— Хочешь спуститься на кухню? — спросил Гидеон. — Я принес тебе чай, потому что думал, что ты все еще в постели.

— Я решила принять душ.

Он протянул руку и обнял ее за талию:

— Я позвонил Эмили. Она посидит с девочками еще немного, так что я мог бы поехать к Дебби вместе с тобой. Давай съездим в Ньюпорт, пообедаем, что-нибудь купим для новорожденной и цветы для Дебби.

Кейт погладила обнаженную грудь Гидеона, теплую, гладкую и загорелую. Ричард всегда упрекал ее в том, что она слишком увлекается планированием жизни и всегда все хочет держать под контролем, так что на этот раз она поведет себя иначе — просто примет все, что бы ни предлагал ей Гидеон. И спасибо ему за каждый день, который они смогут провести вместе.

— А в Ньюпорте хоть что-нибудь работает по воскресеньям?

Он улыбнулся:

— Честно говоря, понятия не имею. Давай съездам и посмотрим.

Побыть еще немного с Гидеоном, наедине, только с ним одним. Чем больше времени она проведет с ним, тем сильнее и мучительнее будут ее чувства! Что ж, она готова рискнуть.

Два часа настали скорее, чем Кейт могла вообразить. Она взглянула на Гидеона, который парковал машину возле больницы. Она так и не рассказала ему о своей проблеме — подходящий момент не представился, а теперь было слишком поздно, через несколько минут ей предстояло увидеть младенца Дебби. Ее сердце сжималось от страха и тоски.

В здании больницы царил обычный больничный запах, живо напомнивший ей о собственных мытарствах, и Кейт судорожно вцепилась в розового плюшевого медвежонка, которого они купили вместе с Гидеоном. Ее сердце оглушительно колотилось, но, к счастью, он был рядом — сильный и надежный, а то бы она, наверное, развернулась и бросилась бежать прочь.

Медсестра направила их к последней палате вдоль по коридору, и Кейт просто позволила Гидеону вести себя вперед. Что ж, пусть это случится, самый настоящий подвиг для женщины в ее положении. Одна кровать возле окна оказалась пустой, вокруг второй были спущены занавеси, ну а на третьей лежала Дебби, которая улыбнулась Кейт:

— Так ты все-таки пришла!

— Конечно. Я же обещала. — Теперь Кейт не оставалось ничего иного, кроме как храбро шагнуть в палату. — Мы… Я и Гидеон принесли тебе… То есть не тебе, а ребенку…

Она протянула сестре медвежонка с ярким розовым бантом.

— Какой милый!

Кейт чувствовала себя ужасно неловко, передавая Дебби игрушку. Ее глаза не отрывались от пластиковой бирки на запястье сестры, она уже заметила и прозрачную колыбель справа от постели Дебби, но не отваживалась смотреть в том направлении. Дебби наклонилась над детской кроваткой, потом обернулась к Кейт, сияя улыбкой. Какой удивительный контраст, подумалось Кейт, ведь в предыдущие посещения она видела сестру подавленной, тоскующей и рвущёйся домой. Гидеон шагнул вперед, протягивая Дебби букет.

— Поздравляю! Как малышка? Стоило дожидаться ее так долго?

— Еще бы!

Звучавшая в голосе сестры гордость снова заставила болезненно сжаться сердце Кейт — ей никогда не будет дано почувствовать такоё. Теперь даже присутствие Гидеона не помогало, она была близка к тому, чтобы просто немедленно убежать отсюда! Однако Дебби похлопала ладонью по краю своей постели, приглашая Кейт:

— Иди сюда! Хочешь с ней познакомиться? Она как раз проснулась, чтобы поесть.

И Кейт вдруг услышала тихое подавленное сопение и замерла, охваченная странным оцепенением.

— Гидеон, дай мне ее, пожалуйста.

Гидеон ловко достал из колыбельки маленький белый сверток и прижал его к своей груди. Господи, какая крошечная… Маленькие пальчики новорожденной отчетливо белели на фоне серого свитера Гидеона, скрюченные, как лягушачьи лапки. Потом личико девочки скривилось, и она быстро засунула в рот большой палец.

— Сейчас я тебя покормлю, — проговорила Дебби. — Повезло, что она в хорошем настроении и может с вами познакомиться.

— Я схожу за вазой для цветов, — сказал Гидеон и вышел из палаты, а Кейт продолжала смотреть на сестру е новорожденной дочкой.

Когда малышка удовлетворенно зачмокала, Дебби подняла голову и пристально посмотрела на Кейт:

— Как ты? Извини, я не подумала… После родов чувствуешь себя такой тупой.

Кейт боялась, как бы Дебби не начала ее жалеть, не стала благодарить за этот визит — ее самообладание и так держалось на волоске, но тут вернулся Гидеон, и Дебби начала расспрашивать его о дочерях. Когда кормление закончилось, мать подняла новорожденную и погладила ее по спинке.

— Хочешь подержать ее, Кент?

— Я? Я… Я никогда не держала на руках новорожденного, — пробормотала она.

— Это не сложно. Можешь подложить подушку, так будет удобнее. И не волнуйся, она не стеклянная!

Наверное, Гидеон сейчас считает ее полной идиоткой! Зря она так и не рассказала ему о своей проблеме…

Приняв из рук Дебби новорожденную, Кейт поразилась, каким мягким и теплым был этот крошечный сверток. Какое чудо, что Дебби дала жизнь новому человеческому существу!

— Вы уже придумали, как ее назовете? — быстро спросила она, пытаясь скрыть свою неловкость.