Рыбалка на живца - Александр Преображенский

— Да уж проходили, — ответил за всех Игорь. — Остальные молчали, и было не ясно, знают ли они действительно что-нибудь про этот период русской истории с туманным и тревожным названием.

— Ну тогда вы должны знать, что грабеж в это время был нормой. Вся страна была разграблена, то поляками и литовцами, то казаками, то просто разбойниками. Царя не было. Воля казацкая. Вот тогда и мог кто-нибудь укрыть в Ильинском добро, или от грабежа, или, наоборот, награбленное.

После Смутного времени Романовы передали село Морозовым, а затем его получили Стрешневы, все это были бояре именитые, богатые, основатели знатнейших дворянских родов. Стрешневы владели Ильинским долго и очень много сделали там построек. В том числе они перестроили старую деревянную церковь Ильи Пророка, это с тех пор она стала каменной. Где-то к концу XVIII века имение в Ильинском получил граф Остерман, который приходился Стрешневу племянником. Это был очень богатый и влиятельный человек в Российском государстве, одно время он был даже государственным канцлером. Жил Остерман во времена дворцовых переворотов, когда царицы то и дело сменяли одна другую, а их ближайшие подданные зачастую отправлялись в тюрьму. Это было время тайных интриг и неожиданных поворотов фортуны, поэтому что-то могло быть спрятано в Ильинском и в те годы. Но Остерман держался очень стойко и попал в настоящую опалу лишь при Екатерине II. Детей у графа не было, и он усыновил внучатого племянника Александра Ивановича Толстого, который с тех пор стал графом Остерманом-Толстым, О, это была личность так личность. С детства, как и многие дворяне, он служил в гвардии, брал Измаил вместе с Суворовым и Кутузовым, воевал во всех войнах с Наполеоном, герой 1812 года, участник Бородинского сражения и многих других. Когда его полк сдерживал превосходящие силы французов и адьютант спросил, что делать, ведь полк гибнет, он получил ответ: «Стоять и умирать!» А в те времена генералы гибли вместе с солдатами на поле боя. В сражении под Кульмом, это в Чехии, ему оторвало руку, он привез ее с собой в Россию и похоронил в другом своем имении, в Красном, — родовом имении Толстых.

После войны с Наполеоном Остерман — Толстой пожил в Ильинском. Он развернул там бурное строительство: перестроил главный дом, соорудил павильоны, оранжереи, галерею, беседки по всему парку, правда, сейчас от этого почти ничего не осталось.

У Остермана в Ильинском гостили известные писатели и поэты: Вяземский, Тютчев, Лажечников, Полежаев и многие другие.

При этом сам Остерман был большим оригиналом, в его обеденном зале жили орлы, а во время обеда у стола стояли медведи с алебардами. Но детей у него не было. И имение после смерти Остермана унаследовал его племянник князь Голицын. А уж в шестидесятых годах прошлого века Ильинское купила императрица. Имение опять вернулось в царскую семью. Кстати, им одно время владел Великий князь Сергей Александрович, убитый в 1905 году террористом-народовольцем. А его вдова, Великая княгиня Елизавета Федоровна, кстати, сестра последней нашей царицы, посвятила себя благотворительной деятельности и очень много сделала для больных и несчастных людей. Погибла она в 1918 году, а вот не так уж и давно Елизавета Федоровна причислена Русской Православной Церковью к лику святых.

Все эти дворяне и члены царской фамилии были неплохими хозяевами в Ильинском. Они не только развлекались в столовых с медведями и принимали у себя писателей и поэтов, не только возводили строения в усадьбе, но и открывали в селе и окрестных деревнях мастерские, устраивали фермерские хозяйства, открыли почту, телеграф, больницу и школу для крестьянских детей.

Ну а после революции в Ильинском, в бывшем дворце Романовых, был дом отдыха сначала для рабочих, потом для партийцев из Московского комитета. Но в 1929 году дворец сгорел, и от остальных строений усадьбы мало что осталось. Вот так, — закончил Сема свою маленькую лекцию по ликвидации нашей безграмотности.

— Сема, — спросила Наташка, — откуда ты все это знаешь, и зачем тебе это нужно?

— Ну, узнать не трудно, читай себе… А нужно для работы. Да и просто интересно.

— А про Звенигород расскажешь, — спросил Игорь.

— Лучше про Горки.

— Про Петрово-Дальнее. Предложения от слушателей поступили самые разные.

— Расскажу, — сделал успокоительный жест рукой Сема, — расскажу. И про Воскресенское могу рассказать, еще и про Узорово добавить, чего вы и не подозреваете. А уж где копать, сами решайте, вон Игорь у вас специалистом будет, он у меня книжку взял про клады. Только все это уже не сегодня. Расходитесь по домам, мне работать надо.

Как Сема «работал», в тот день для меня так и осталось загадкой. Но домой я ушел в большой растерянности. Не вязалось никак все, что я узнал за этот день о Семе и от Семы, с моими подозрениями. И все ж я не стал исключать его из списка подозреваемых. Время покажет, том более что других кандидатов на тот момент у меня больше не было.

Не было у меня и иных методов вести следствие, как только ходить к Семе, да наблюдать и еще рассматривать в мокрую погоду следы от сапог на дорогах Узорова в надежде найти тот самый с места преступления. Но погода опять наладилась, и сапог никто не носил.

Я стал посещать Сему регулярно. Впрочем, ходить туда мне было интересно. Я скоро привык к занятиям физкультурой и стал даже дома подкачиваться отцовскими гантелями. Занятия карате, вернее, тем, что Сема называл этим словом, тоже пришлись мне по вкусу. Я все ждал момента, когда наконец Сема поставит меня в спарринг. Особенно хотелось подраться с Лыкой. Все-таки между нами продолжалось соперничество, хотя теперь все было уже по-другому. Злости мы больше друг к другу не испытывали, но все равно каждый хотел быть лучше и сильнее.

А на вечерние посиделки я стал приводить с собой и Светку. Мама ее со мной отпускала. Правда, ходить на тренировки Светка не захотела, но у Семы ей тоже понравилось, и ее очень быстро признали за свою в узоровской компании. Теперь и Тамерлан уже не скучал в одиночестве, привязанным к забору, а весело проводил время в компании Ксюши.

Мне же очень хотелось побывать во всех помещениях Семиных владений и проинспектировать их на предмет наличия Женькиного горного велосипеда. В жилых помещениях дома я уже побывал, и неоднократно, но оставались еще чердак, погреб и сарай во дворе, куда никто еще из ребят не заглядывал. Только вот как это сделать?

Если долго думать об одном и том же, то в конце концов обязательно что-нибудь да придумается, я это давно заметил. Так случилось и в этот раз. После двух дней усиленных размышлений у меня созрел план, как посетить хотя бы сарай. И помогла мне, как ни странно, страсть моих приятелей к кладоискательству. Я решил тоже прикинуться искателем сокровищ.

Глава III

РАСКОПКИ В САРАЕ

Дел в долгий ящик я обычно не откладываю, так и теперь, когда у меня появился новый план, я уже на следующий день приступил к его осуществлению.

Сидели мы, как обычно, после утренней зарядки у Семы за самоваром и болтали о раз-ных разностях. Тут я и говорю вроде бы невзначай:

— А что, Игорек, нашли вы с Наташкой клад?

Игорек в это время чай наливал, он повернул ко мне голову и только усмехнулся:

— Издеваешься?

— Скоро только сказочки сказываются, — сердито вмешалась Наташка.

— А вообще-то вы хоть искать пробовали? — продолжал я гнуть свою линию.

— Да нет, — ответил Игорек, — не знаем пока, где искать. Я все думаю где, что-то ничего не приходит в голову подходящего. Наверное, и вправду, надо попробовать в Ильинском, только ведь днем на виду у людей ты этого не сделаешь, сразу пристанут, что вы тут роете. Так что ночью надо. А как ночью? Наташку не отпустят, да и вообще Ильинское не так уж и близко.

— С палаткой вам надо пойти, туристами прикинуться, — посоветовал Лыка. — Встаньте там где-нибудь рядышком на берегу реки, а ночью уж с фонариком и в Ильинское.

— Страшновато, — заметила Наташка.

— Хотите, вместе пойдем? — предложил вдруг Лыка.

Все задумались.

— А что искать за тридевять земель, — : я использовал подходящий момент, так неплохо созданный мною, — уж лучше сначала поискать в Узорове, вдруг клад под ногами лежит?

— Здесь негде, — мотнул головой Игорь.

— Сема, — обратился я к нашему старшему, — ты ведь говорил, что твой сарай стоит на старом фундаменте. Может, поищем там? Сема обеспокоенно поднял на меня глаза.

— Ну да, сарай я ломать не дам.

— Зачем ломать, давай просто все оттуда вынесем и копнем? Или у тебя там пол настелен?

— Нет, пола там нет… — Сема задумался.

— Ну так давай, а?

Все ребята смотрели на Сему, ему явно было неловко, не хотелось, видимо, отказывать.

— Ну ладно, — пожал он плечом, — копайте. Но с условием. Я в этом сарае и сам разобраться хотел, так вот, чтобы после вашего копания все вещи и дрова были аккуратно уложены.