Самый умный, или Новые бойцы невидимого фронта - Роман Масленников

Всегда есть толпа и есть хозяин. Хозяином может быть только аристократ. Так, ну я отвлекся. Есть вопросы?

– А расскажите про качества хозяев и рабов? – Вера Марковна, впрочем, не возражала против своей рабской сущности, но все – таки, надо же знать, как отличать хозяев жизни – для личных отношений, для поиска клиентов.

– Верочка, спасибо за вопрос. Отлично. Как раз хотел рассказать. Например, жестикуляция. Жесты у хозяина идут из внешней зоны во внутреннюю, у раба – из внутренней – во внешнюю. Представьте, революционер на броневике рубит правду матку, приглашает вступить в партию, как бы загребает к себе сторонников. И с другой стороны, оправдывающийся мудачила: «Я не знаю, кто виноват. Не я. Это не в моих силах, не моя зона ответственности. И прочая лабуда». И руками, как китайский болванчик, разводит. Понятно, да?

Хозяин никогда не бьет прямо. У хозяина плечи развернуты. Удар наносится сбоку, с хорошего размаху – тут надо смотреть, у кого насколько плечевой пояс раскрепощен. И обычно хороший боковой удар бывает смертельным – в основание черепа. В воинской тактике это называется – зайти с фланга. Знаменитый стратег Германии, забыл как его – Шлиффен, что ли, – всегда наносил победные удары с флангов, и даже книжку об этом написал. А что может сделать раб? Прямой удар? Да кому он нужен с такими куцыми плечами? Получится интеллигентский тычок, и в следующую секунду его автор будет лежать на земле.

– Традиционный вопрос, Фридрих Иванович. Посоветуйте, что почитать по этой теме? Вопрос – то обширный. – Задал вопрос Геннадий Петрович.

– Пластика в целом управляется внутренним состоянием. По пластике, по раскрепощению почитайте «Пластику чувств» Гиппиуса. Это набор тренингов по фактической системе Станиславского. Помните, он говорил, что жест должен быть эмоционально окрашен? А как окрашивать – это Гиппиус.

– Спасибо.

– Пикник пора начинать! Стемнело.

– А можно на утро что – то типа круглого стола? Не хотим Вас отпускать, Фридрих Иванович!

Фридрих стал им наподобие отца, и отлучаться от него было сложно. Фридрих и сам понимал свою роль – уже больше пятнадцати лет он вел различные тренинги. Причем сам решил для своей же, именно своей пользы – а что вы хотели от очень актуализированной личности? – проводить не менее чем двухдневные мероприятия. Оптимально для него – две недели. И все привыкали, и смотрели ему в рот, и вопросы задавали детские – привыкли, в общем. Причина такого стяжательства душ проста – Фридрих не имел детей и всех семинаристов воспринимал как родных, что, конечно, и не скрывал. Актуализатор, короче – открытое навязывание своей воли.

– Насчет круглого стола решим. Ну, в самом деле, какой тут круглый стол? Поляна будет нам ковром.

Однажды утром

Слушать лекции с похмельной головой и спорить с коллегами все одно приятнее и легче, чем ехать в даль с похмельной же головой и спорить с бодрыми нездоровыми психологами – гаишниками.

Утром собрались на поляне в полном составе.

Утро. Здоровья всем.

– Здравствуйте.

На поляне стоял недопитый коньяк. У Геннадия Петровича немного побаливала голова. «Все, что сделано наполовину, губит целое», – вспомнил он слова Заратустры. И это не зависело от стоимости коньяка.

– Приступим. Какие вопросы будут, друзья? – Фридрих Иванович еще не натянул очки и спрашивал вслепую. Отсутствие очков делало его лицо более глупым и доброжелательным. Такой, в общем, и должен быть добрый папа, а точнее даже дедушка.

Начал серию вопросов и ответов Игорь:

– У меня часто появляется обида на мир. Почему люди такие тупые, глупые и вдобавок идиоты? Почему они не хотят слышать ничего нового, почему не дают хода молодым, всегда врут. Вот, правда, накипело и надоело.

– Дорогой мой, ты живешь в мире иллюзий. Живи в реальном мире и воспринимай все как исходные условия. Не будет иллюзий, не будет и обиды. А если говорить про трудовой коллектив, то надо лишить иллюзий трудовой коллектив, тогда будет нормальная рабочая обстановка: «расслабишься – выебут». Люди не любят неопределенности. Навяжите им Вашу определенность. – Фридрих Иванович, наконец, надел очки и поумнел. Перехода никто не заметил. Очкарик Вера Марковна отметила практичность очков Фридриха – они были роговые, литые, без носовых поддержек, которые постоянно загрязняются зеленым салом. «Почему зеленным? Я нос зеленкой не мажу», – недоуменно гадала Вера Марковна, и тоже подумывала о литых, но модных очках.

– Это – вот про иллюзии в трудовом коллективе – ко всем относится? И к мужчинам, и к женщинам? По – моему, женский коллектив – ему комфорт важен, он вообще более доброжелательный. – Спросила Вера Марковна.

– Женский коллектив – прямой путь к склокам. Важно не упускать мелочей с женщинами. Мужчины, слышите? Как минимум, всегда интересуйтесь их здоровьем и семьей. – Фридрих Иванович ответил, как всегда, глубже, чем его спрашивали.

– А что Вы можете сказать про всякие миссии компаний? Это просто бесполезное маркетинговое фуфло? – Поинтересовался Игорь.

– Ну и вопросики у Вас с утра. Не утренние, и не на природе о таком спрашивают – а где – нибудь на курсах типа Эм – Бэ – А. Миссия – штука хорошая, в целом. Руководитель компании должен иметь видение (ударение на первый слог я специально сделал), тогда желаемого будет достичь проще. Цель нужно увидеть. Так вот. Работникам тоже надо что – то видеть. Поэтому эффективнее всего иметь две миссии – внешнюю и внутреннюю. Обычно они в общем виде формулируются так. Внешняя и внутренняя миссии компании – это: удовлетворять клиента и быть самой доходной компанией, соответственно. В переводе на русский сие означает, что клиент это – тамагоччи, которого надо пасти, кормить, развлекать и говно за ним убирать, а зарплата няньки зависит – от результата. Это понять и принять, а тем более начать двигаться в этом направлении, зачастую руководителю очень сложно.

Вообще же, проблемы в бизнесе – есть проблемы в голове. Самая классическая проблема – «сопротивление изменениям». Важна для начала идеология изменений, а потом и сами изменения, привыкать съезжать с насиженного места – хороший навык. Мобильность – наше все. А как действовать в ситуации, например, того же «кризиса»? Многие работают по старинке – зарплата, выходные, набор лишних сотрудников – кто поплакался, кто по знакомству и прочий бред. Надо по пунктам:

Первое. Зафиксировать обнаружение ситуации. «Все бля, приплыли» или «Скоро гикнемся».

Второе. Принять меры: снижение зарплаты, увольнения нытиков и неумех. «Пошел на хер, я кому сказал?» или «Без выходного пособия – еще чего! – шагом марш в пешее путешествие!»

И третье. Придумать план спасения. «С завтрашнего дня работаем без выходных» и в таком духе.

Все оставшиеся на корабле план должны безропотно принять и подчиниться. В организации важна цельность.

– А если организация большая, корпорация какая – нибудь? Там реально ее хозяин или там, основатель, имеет какую – то власть? – Спросил Геннадий Петрович.

– Про власть у нас рассказывал лектор, как его там зовут – то?

– Стиций! – Уточнила Вера Марковна.

– Да, точно, Стиций. Верочка, спасибо. А что мы так покраснели? Ладно, дело твое. Так вот, вы на этой лекции, по – моему, не были – у меня отмечено. Вера Марковна вам потом расскажет. Если коротко, то основы удержания власти – это обеспечение резидентуры путем создания касты «смотрящих». Раньше на эту роль брали родственников, однокурсников, товарищей по спортивной секции и подобных не обязательно профессиональных, но знакомых людей. Когда и их лимит исчерпывается, берут тех, кто тебя считает за Мессию на Земле. Сейчас даже такой бизнес есть – вырастить паству на заказ под клиента. Что – то вроде коммерческой секты. Тебе башляет большой дядя, ты фотографию этого дяди распечатываешь и кучу народу заставляешь, добровольно, конечно, на него молиться, чесаться, кончать и все такое прочее. А потом, просто предъявляешь его живьем, и он, соответственно, берет их в бизнес – и дешевые сотрудники, и преданные, что еще надо для дела?

– А можно про макроэкономику пару слов, Фридрих Иванович? Вот российская меня интересует. Какие – то реформы, преобразования, а народ по – прежнему нищий, дороги не дороги, а направления, продукты дорожают. Что происходит? – Игорю тоже хотелось в последний день все понять. Ему казалось, что лектор, как и в школьные годы учителя, живут в другой реальности – все знают как бы со стороны, знают, как лучше поступить, как жить. И Игорь хватался за них как за соломинку, чтобы зарядиться уверенностью. Никто не знает, кроме самих учителей и лекторов, каких сил стоит излучать уверенность, обитая в том же самом подлунном мире, что и ученики. Впрочем, когда ученики дают кредит уверенности, хочешь не хочешь, а уверенным станешь. Как – то исподволь. Но выражение лица при этом становится глупым – блаженно глупым, или самоуверенно глупым, или непробиваемо глупым – как яйцо, короче: и красиво, и гармонично, и никак. Это даже в анекдотах народной мудростью подмечено: «Вы педагог? – интересуется мужчина на лавочке в парке у рядом сидящей дамы. – Да, а как Вы догадались? – У Вас глупое лицо. – Вы просто хам! У Вас, между прочим, тоже глупое лицо! – Все правильно, я тоже педагог». Напускная глупость – защита от сумасшествий горнего мира. Игорь думал, что большинство душевнобольных, в общем – то, счастливые люди. Они, не все, счастливы тем, что на них смотрят, как на сумасшедших и с глупостями не пристают, а они могут вести себя, как угодно, думать о чем угодно, радоваться жизни. Игорь вспомнил, как один раз к его родителям пришла их давняя подруга с двумя детьми, девочками. У одной из девочек было нарушение мозговой деятельности, потому что мама не убрала один раз лекарства с ночной тумбочки. Игорь играл с девочкой – дауном, она не все понимала из его слов, иногда кидалась игрушками невпопад, но на ее лице чаще всего было улыбчивое выражение… Сейчас девочка умирает от многочисленных переломов и травм головы – несовершенство мира ее доканало. Но это проблемы мира, а не девочки, в общем – то, если разобраться. Душа будет расти и развиваться на небе, а мир останется гнить на земле. Лучший из миров? Ну – ну.