Маяк Свана - Фиби Роу

должен сделать, а чего не должен ни в коем случае. Спасение этих людей, терпящих кораблекрушение, было выше его сил и возможностей, как и раньше, как и всегда. Он уже выполнил свою задачу, предупредил город и людей – молодых и крепких, с надежными лодками. Они придут сюда и сделают все что можно. Лучше дождаться их здесь, людей из Норман-Клиффе, остаться на скале и дождаться помощи. «В лунном свете жду тебя…» Корабль погиб, и погибать вместе с ним нет смысла. «Жди меня, пока я в море, на просоленном просторе…» Море-океан отнимает, только отнимает и редко возвращает отнятое. «Крепче леди свою обнимай…» Лишь иногда возвращает – в маленькую скальную бухту. Если пучина решила что-то вернуть, волны принесут это именно туда. А рядом, кроме него, Свана, никого нет, чтобы забрать то, что она вернет. «Крепче леди свою обнимай, счастливые звезды считай…»

Сван начал действовать до того, как успел осмыслить, что собирается сделать. Он взял увесистый моток каната на крыльце дома и поволок его к лестнице на скале, спотыкаясь и не позволяя себе думать ни о высоте, ни о ветре, ни о ливне, ни о том, что в скальную бухту он спускался в последний раз лет сорок назад, ни о том, что внизу его ждут волны, которые только что разорвали надвое целый корабль. Одна ступенька, вторая. Одной рукой перехватить, второй. «Посчитай мне, Софи!»

Конец каната Сван привязал к верхней ступеньке лестницы и сбросил весь моток вниз – второй конец исчез во тьме. Перекладины, за которые он хватался руками в перчатках, были прочными, а вогнутая полукругом скала укрывала его от самых страшных порывов ветра. И все равно ему показалось, что сотня лет прошла, прежде чем ноги коснулись ледяной воды. Сван остановился, крепко держась за канат, и повернулся к океану.

Бухта была полностью затоплена – исчезли полоса серебристого песка, потаенные сокровища, полукруглый выход в море. Там бушевала вода, поднявшаяся выше, чем когда-либо на памяти Свана, и волны бились о скалу с поразительной мощью. Под скальной аркой на входе в бухту, раньше высоко поднимавшейся над водой, сейчас остался проем всего в несколько футов.

Сван поспешно вернулся на пару ступенек вверх; сердце болезненно колотилось, слева в груди он ощущал странное покалывание. За аркой виднелся поблескивающий бак парохода, и Сван пришел в ужас от того, как мало пространства осталось на входе в бухту – сейчас человек мог бы попасть сюда только в том случае, если бы точно знал, что она здесь есть, и намеренно поднырнул бы под арку. Но никто из терпящих бедствие людей не мог о ней знать.

В воздухе было столько дыма, что Сван с трудом дышал.

– Эй! – крикнул он, но ветер унес его слова.

Наверху так оглушительно грянул гром, как будто само небо раскололось, и Сван со страхом подумал о Стое, который сейчас один бежал в город. Сверкнула молния, отчего в бухте стало светло, как днем, – он даже зажмурился, и под веками мерцало красное сияние, пока он не открыл глаза, снова увидев благословенный полумрак.

А в полумраке из волн под аркой поднимался силуэт человека.

Сван затаил дыхание. Быть такого не могло. Но он был там – длинные мокрые волосы облепили шею, плечи словно виновато поникли, но на губах играла улыбка, и Сван потрясенно замер.

– Нико?.. – прошептал он.

В его глазах, ослепленных светом молнии, прояснилось, и улыбающийся юноша исчез.

Сван крепче вцепился в лестницу, сердце бешено колотилось, он не сводил взгляда с арки. Скрежет металла рядом с бухтой достиг новых оглушительных высот, да только Сван не обратил на него внимания – в его ушах вдруг зазвучала музыка, еще один трюк перепуганного разума. «Жди меня, пока я в море…»

И снова в волнах показался человек – на этот раз реальный, Сван это сразу понял. Из воды вынырнула мужская рука – бледная, с толстыми пальцами, – вытянулась из пучины.

Сван словно очнулся.

– Сюда! – Это должен был быть крик, но он и сам себя едва услышал. Сван огляделся бешеными глазами. Канат был ровно такой длины, чтобы достать до песка в бухте, но сейчас, когда вода так высоко поднялась, отрезок длиной в дюжину ярдов колыхался в волнах. Сван смотал его и бросил в сторону арки, однако канат был слишком тяжелый, а волны сразу отбросили его назад, и старик мог лишь бессильно смотреть, как рука утопающего снова уходит под воду.

Вдруг неподалеку вынырнул второй человек и поплыл к первому. Подросток, почти ребенок, казавшийся до боли крошечным и хрупким в гигантских волнах. Сван, цепляясь за лестницу, видел, как тот нырнул и снова появился на поверхности, вытянув за собой тонущего мужчину. Мужчина был без сознания или просто перестал бороться за жизнь – мальчику приходилось пригалагать невероятные усилия, чтобы удержать его, но волны были сильнее. Не оставалось сомнений, что эти двое долго не продержатся.

Сван снова лихорадочно вытянул из воды канат и обвязал его вокруг своей груди, крепко затянув узел и оставив один длинный свободный конец. А потом сделал глубокий вдох.

И прыгнул в воду.

Холод сразу пробрал до костей, Свану с трудом удавалось дышать, пока он плыл к арке. Мальчик увидел его – замахал одной рукой, удерживая второй мужчину. Несколько мучительных минут понадобилось Свану, чтобы добраться до них и бросить свободный конец каната в сторону протянутой руки мальчика. Волны, бесновавшиеся в бухте, тотчас швырнули Свана в скалу – он сильно ударился ногой о камни, но сразу развернулся и поплыл обратно к лестнице. Ему оставалось лишь надеяться, что мальчик успел ухватиться за канат и следует за ним. Добравшись до лестницы и ухватившись за ступеньку, он обернулся – мальчик был в воде, он тоже обвязал конец каната вокруг своей груди, мужчина безвольно обмяк в его руках, и Сван с облегчением перевел дыхание: кажется, у них все получится.

Крепко взявшись обеими руками за перекладину повыше, он рывком встал на ноги на нижней ступеньке. Перехватил рукой следующую. По очереди. Одна ступенька. Вторая. Третья. Четвертая…

Накатила волна.

Сван ударился подбородком о перекладину и почувствовал вкус крови во рту; перед глазами вспыхнули искры. Пошатнувшись, он вцепился в лестницу, заставил себя преодолеть еще три ступеньки, карабкаясь вверх, пока ноги не оказались над водой. Теперь можно было опять обернуться. Новая волна бросила двух пловцов на скалу. Мальчик обмяк в воде, но канат, охватывавший его грудь под мышками, был на месте. А мужчина, выскользнув из его рук, уже погрузился в ходившую ходуном воду бухты.

У Свана из груди вырвался всхлип: «Нико!» Волна подбросила мальчика, и он почти ушел