Наш грустный массаракш - Александр Александрович Бушков

Очередной сюрприз! В архиве проекта не осталось ни малейших упоминаний об астрономии, обсерваториях и телескопах! Часть информации (не уточняется, какой именно) изъята по указанию директора третьего стола Кабинета Канцлера лорда Галана, то есть начальника спецслужбы Канцлера. Несомненно, Галан выполнял приказ Канцлера, самому ему такая инициатива была бы не по чину. Впрочем, и сам Канцлер проявил усердие не по чину – проект с самого начала проходил под патронажем Кабинета императрицы, стоявшего согласно иерархии выше аналогичного учреждения Канцлера. Так что Канцлер откровенно своевольничал, был у него милый обычай утаивать (о, разумеется, из высших государственных соображений!) кое-какую важную информацию не только от высших сановников Империи, но и от Яны. Как это обстояло в свое время со сводкой о количестве ларов и невеликом проценте их, занятых серьезными делами. Все числа имелись – но рассованные вразбивку по доброй полудюжине учреждений, а полную сводку Канцлер составил исключительно для Сварога. Одна существенная деталь: тогда Яна была юной девицей, которую и впрямь следовало до поры до времени поберечь от иных тягостных сложностей жизни и государственных дел, но она давно уже совершеннолетняя и в дела Империи вникает добросовестно. Означает ли это, что и Яна знает об астрономии и всем ей сопутствующем ровно столько, сколько можно узнать из Библиотеки? Сварог ничуть не удивился бы, если бы оказалось, что так оно и обстоит...

И еще один крайне существенный нюанс: лорд Галан хапнул данные из архива проекта, не поставив об этом Сварога в известность, что опять-таки было неправильно. Согласно строгим бюрократическим правилам куратора проекта, то есть Сварога, полагалось незамедлительно ставить в известность и о вещах гораздо менее значительных – например, о тех, кто, располагая соответствующим паролем, знакомился с любыми данными из архива...

Сварог выключил компьютер и откинулся на спинку кресла, задумчиво пуская дым в потолок. Если бы речь шла только о Таларе, нынешнее положение дел с астрономией можно было бы без особого труда списать на очередной предрассудок, бравший начало в седой древности по забытым всеми причинам. На Таларе таких хватает даже сегодня. До сих пор не принимаются в расчет показания косоглазых на полицейском следствии, и им запрещается свидетельствовать в суде, поскольку считается, что данный телесный недостаток не позволяет оным должным образом оценить то, что они лицезрели. Ни один гражданский моряк не снимется с якоря в четверг. Ни один прохожий и путешественник не устроится на отдых под ольхой. И это далеко не все примеры. Тот же механизм: нет ни прямых запретов, ни внятных объяснений, попросту все знают, что так не делается...

Однако то, что с астрономией обстоит точно так же и в Империи, с ее безмерно превышающим таларский уровнем развития науки и техники, с ее Магистериумом, Технионом и Мистериором, заставляет думать, что дело тут не в старинных предрассудках, а в чьем-то умысле. Кто бы это ни придумал в давние времена, он поступил умно и дальновидно. Прямые запреты, что давно и прекрасно известно, многих отпугивают, если сопряжены с серьезными наказаниями, но и привлекают немало любителей запретного плода, чему превеликое множество примеров, взять хотя бы мэтра Тагарона, оснастившего свою подлодку запретным движителем, равно как и Черных Алхимиков. Совсем другое дело, если мягко и ненавязчиво внедрить в умы всех и каждого, что разглядывать звездное небо в оптику столь же неприлично и безнравственно, как выходить на улицу без штанов или шумно портить воздух при людях. Никому и в голову не придет такое. В конце концов, если бы Сварог от безделья не подумал о телескопе, он и понятия бы не имел, что из архива проекта «Изумрудные тропы» по приказу Канцлера (а кого же еще?) потаенно изъята часть собранных на Той Стороне данных. До сегодняшнего вечера он астрономией не интересовался совершенно, как и физикой, геометрией, биологией и прочими науками, совершенно бесполезными в его повседневной деятельности спецслужбиста и короля. По-другому обстоит с агрономией и лесоводством, ими поневоле пришлось заняться, когда начал осваивать Три Королевства – как и строительство. Ну, и деятельный король прямо-таки обязан разбираться в строительстве, финансах, военном деле и других полезных вещах – но ему нет нужды вникать в тонкости кулинарии или ткачества...

Пожалуй, следовало предпринять какие-то действия – без малейшей спешки, с величайшим терпением и осторожностью, речь, несомненно, идет о какой-то грандиозной и мрачной тайне. Быть может, с такой тайной он еще не сталкивался – очень уж серьезных основ жизни она касается. Чтобы запретить астрономию – пусть и не путем прямых запретов, – нужны крайне веские причины...

Сварог потянулся было к компьютеру, но передумал. Компьютер был хелльстадский, позволявший шарить по самым засекреченным хранилищам Империи, не утруждаясь паролями, но он пребывал вне Хелльстада, и специалисты Канцлера быстро определили бы, кто именно браконьерствует в запретных лесах. Именно поэтому Сварог не стал проникать в архив Департамента Навигации – и там быстренько установили бы личность беззастенчивого шалуна. Ничего, до Хелльстада и получаса не будет, следует туда и отправиться. Но сначала...

Сварог отодвинул кресло и направился в Восходное крыло дворца – целый немаленький этаж, относившийся к «помещениям короля», а потому у двери стояла стража, не допускавшая посторонних (да они туда и не совались, прекрасно зная дворцовые порядки). Там, кто постоянно, кто время от времени, обитали и его ближайшие соратники, и прилетавшие по делам сподвижники, и просто люди из «ближнего круга». Правда, из постоянных жильцов остался лишь мэтр Анрах – Бали Магадаль с тех пор, как обзавелась сердечным другом, перебралась в подаренный ей Сварогом особнячок в городе. К Анраху-то он и направлялся...

Однако покинул покои верного книжника через какой-то квадранс. Не было нужды засиживаться там надолго. Ровным счетом ничего полезного он не узнал. Со скучающим видом завел разговор о запретных темах – Анрах, давно известно, был их великим знатоком, в чем несказанно помогало его нынешнее положение при Свароге, позволявшее теперь не опасаться ни Багряной Палаты, ни восьмого департамента, да кого бы то ни было. Поговорив немного о вещах сейчас совершенно неинтересных, легко перевел разговор на интересовавшую его тему, небрежно задал несколько вопросов...

И оказался в тупике. Анрах, как Интагар только что, всю жизнь принимал на веру те же представления об астрономии, обсерваториях и телескопах, точно так же считал, что разглядывать звездное небо – жуткое неприличие, вроде появления на улице без штанов. И в жизни не слышал, чтобы кто-то из книжников предавался столь безнравственному занятию