Дверь в стене - Alexandrov_G

Они хотели влезть в войну. Хотели, даже ещё не зная, на чьей стороне они будут воевать, и хотели потому, что справедиво полагали, что, кто бы войну ни выиграл, следующим блюдом, поданным к столу победителя будут они - Североамериканские Соединёные Штаты.

Пока шла война в Европе, можно было позволить себе отсиживаться в сторонке, но мировая война потому и называется мировой, что результатом её является не новый "пазл", сложенный на одном из континентов, а новая картина мира. Поэтому американцам, если они хотели как-то влиять на собственное будущее, следовало, пока не поздно, влезать в войну на её "европейском этапе". Проблема была в том, что американцев никто не ждал и в войну их никто не приглашал, и не приглашал по указанной выше причине - коалиции крайне неохотно идут на собственное расширение, новые участники, новые претенденты на послевоенный пирог никому не нужны.

Если Америка хотела "войти" в войну, ей следовало занять чьё-то место. Ей нужно было, чтобы из коалиции кто-то "выпал". Кто? Если СаСШ хотели стать членом Антанты, то они не могли претендовать на место, которое там занимала БИ, это было попросту смешно, но точно так же американцы не могли вытеснить из Антанты и Францию, таким образом единственное место, на которое они могли рассчитывать, было местом, вроде бы прочно занимаемым Российской Империей.

И вот сама подобная "постановка вопроса" уже заслуживала если и не немедленного согласия со стороны Лондона-Парижа, то благожелательного рассмотрения наверняка. Две "России" Антанте были не нужны, но тут речь шла о том, чтобы заменить одну другой. "Почему бы и нет?"

С точки зрения англичан это имело определённый смысл, так как главной проблемой связанной с РИ было то, что после войны (в том случае если она будет выиграна, конечно, чего в 1916-17 никто ещё по понятным причинам не знал и знать не мог) Российская Империя в смычке с Францией потребовала бы "роспуска" Германской Империи (у РИ на эту тему имелся даже межгосударственный договор с Французской Республикой, о чём англичане знали). Одно только это оправдывало замену "союзника" России "союзником" СаСШ. Не говоря уж о том, что само по себе усиление России в английские планы отнюдь не входило, а между тем, оправдайся надежды французов и доминируй они в послевоенной Европе, и Англии, хочешь не хочешь, но пришлось бы усиливать Россию в пику Франции, а чем сильнее становилась Россия, тем больше в силу пошлых географических причин начинала она угрожать английским интересам в Азии и на Дальнем Востоке. И в этом смысле Америка тоже выглядела куда предпочтительнее. Она, правда, могла начать на что-то там претендовать, но то когда ещё будет.

"Да и потом, - подумали, наверное, англичане, - бодливой корове Бог рог не даёт." И это да, это было святой правдой. У Америки рог не было. У Америки не было армии.

25

Воюющее государство воюет всем, что есть в его распоряжении. В том числе и армией. Армия это меч государства и понятно, что бывают ситуации, когда без меча не обойтись. И точно так же, как выковывается, закаляется и затачивается меч, выковывается, закаляется и затачивается армия.

В мирное время создать армию нельзя. Армию создаёт война. Горячая война. Поединок государств, в котором меч пробуется о меч так, что искры снопами. Только и только таким образом можно выяснить, что у вас в руках - оружие или плохо закалённая никчемная полоска металла. И поддерживать армию в боеготовом состоянии возможно тоже только точно так же - вновь и вновь пробуя её в деле, а не на парадах.

Никто не замечает, а, не замечая, и не задумывается над тем очевидным фактом, что единственным государством на Земле, которое имеет полноценную армию, явлется единственная же на сегодня сверхдержава США. Никто не только не замечает, но и не хочет замечать, что американцы воюют самым наигорячим из всех возможных образом последние семьдесят лет, то-есть на протяжении жизни вот уже трёх подряд поколений. Они не дают своему мечу заржаветь, они непрерывно переходят от одной войны к другой, пробуя себя на всех вообразимых "театрах", в самых разных уголках планеты, в самых разных климатических, демографических и прочих -ических условиях против самых разнообразных противников.

Смотрите, что происходит: реальное руководство государства вот уже семьдесят лет отдаёт реальные приказы реальным людям, осуществляющим в стране исполнительную власть, а те приказывают реальным армейским командирам, а те транслируют "волю государства" по цепочке дальше, после чего звучит не учебная, а боевая тревога и лётчики совершают не учебные, а боевые вылеты и осуществляют не учебное, а боевое бомбометание самыми настоящими бомбами, а подводные лодки выходят на самое настоящее боевое дежурство, во время которого проходят не учебные, а боевые пуски ракет не по "условному", а по самому, что ни на есть, настоящему противнику, перегоняются целые флоты, высаживаются десятки дивизий, сбрасываются десанты, оккупируются целые страны, возводятся военные городки масштабом побольше, чем иные столицы, для поддержки всего этого хозяйства созданы постоянно функционирующие тыловые службы, склады заполняются миллионами тонн военного снаряжения, потом опустошаются, а потом наполняются вновь, семьдесят лет ударно трудится служба армейской вербовки, в военных академиях военные науки преподают люди, опирающиеся не на теорию, а на собственный, полученный в реальной боевой обстановке опыт, военная промышленность не страдает отсутствием заказов, а размещаемые заказы учитывают мнение и пожелания военнослужащих, гоняющих ту самую технику в хвост и в гриву отнюдь не на манёврах, а ещё космос-ракеты-спутники-системы-связи, всё это крутится, вертится, ревёт, взлетает, попискивает, "спецура" работает не в "условиях, приближенным к боевым", а воюет, разведка разведывает, а контрразведка контрразведничает, и пропаганда, пропаганда, чёрт возьми, пропаганда - не красный уголок, а Голливуд, вследствие чего славные армейские традиции опираются не на времена Очакова, а на ещё свежий в памяти вчерашний день и формируют в обществе отношение к военным как отношение к героям-прогрессорам, одной рукой несущих угнетённым всего мира факел прогресса, свободы и демократии, а другой рукой подносящим fuckел под нос врагам всего хорошего.

И главное в этой впечатляющей картине вовсе не то, что именно так и должно поступать каждое нормальное государство, чувствующее ответственность за тех, кого оно приручило, это и так понятно. Главное тут то, что всё перечисленное это вовсе не некое кратковременное напряжение государством всех сил, после чего можно будет позволить себе "расслабуху". Главное тут то, что всё перечисленное это РУТИНА. Состояние войны, как неосознаваемая обыденщина. Война как повседневность. Война как скука, война как нечто такое, что всегда с вами. "Хочешь жить, умей воевать."

А научиться воевать можно только воюя. Отсюда становится понятным и нежелание уже воюющих допускать в войну посторонних, "государства со стороны", мало ли чему они в процессе научатся.

Ну, а теперь давайте вернёмся к тому, чем закончилась предыдущая глава, помните - "у Америки не было армии". Посмотрим, как Америка в войну влезала, как она армией обзаводилась, с чего она начинала, чем процесс продолжала и как она кончала.

В 1917 году, в том году, когда СаСШ "оказались вовлечёнными в войну" американская армия имела численность около двухсот тысяч человек. Так как всё познаётся в сравнении, то давайте и мы сравним - в армии Британской Империи не вообще под ружьём, а только в зонах боевых действий находилось более шести миллионов военнослужащих.

6000000 и 200000. Для тех, кто с цифрами не совсем в ладах - 6 миллионов больше 200 тысяч в 30 раз.

Положение для американцев усугублялось тем, что из этих 200000 собственно армейских было примерно 130000, а 67000 были частями Национальной Гвардии, по-настоящему - резервом. Отличающиеся педантизмом немцы, тот самый пресловутый германский Генштаб, перед тем как начинать воевать, провёли необходимые исследования окружающей среды и составили нечто вроде ранжира для армий мира. Так вот по немецким оценкам в военном отношении государство СаСШ стояло ниже, чем государство Чили.

Америка в начале ХХ века была похожа на красношеего здоровяка, но только безоружного, в то время как рядом крутили длинные усы людишки похлипче, но зато с мачете. А через "лужу" сошлись в драке бугаи, каждый Америки не слабее, да ещё и в ход они не холодное оружие пускали, а кто винтовку, а кто и пулемёт. А кто и танк "Виккерс". Что было делать Америке, которая (вполне допускаю, что именно по причине безоружности) проблему осознавала с отчётливостью необыкновенной? Америке нужна была армия, нужна была как воздух и американцы готовы были платить. И не просто платить, а готовы они были заплатить любую цену. В самом буквальном смысле - любую.