Князь Мышкин и граф Кошкин - Ирина Курбатова

голове платок. Цвета серые неброские. Под праведниц «косят», а физиономии «сорок лет советской торговли». Кому горе неутешное, а кому хлеб с маслом.

Эх……..!

***

Не то чтобы мы в тот раз с Котовым помирились… Прощения, во всяком случае, никто не просил, на работе встретились, заговорили. Строго говоря, мы и не ссорились, скорее не сошлись во взглядах….. «на искусство».

Тем временем, к нам на практику пришли два парня и девчонка. Наташка тут же положила глаз на одного из новеньких, не всерьез, а так, дабы «квалификацию» не потерять. Неожиданно выяснилось, что он закончил ту самую спецшколу, где когда–то училась и я. Мы тут же начали вспоминать общих знакомых и наперебой рассказывать друг другу приколы и случаи из школьной жизни. Сережка в наши разговоры не лез, но когда мы в очередной раз заводили «а помнишь?», «а вот тогда….», я чувствовала, что это ему не особо нравится. Он словно ревновал меня. Не к парню, а скорее к отрезку биографии. К той ее части, о которой он мало чего знал, и где я жила отдельной неподконтрольной ему жизнью.

Но практика закончилась, и объект раздражения исчез. Буря утихла, так и не начавшись. Я купила суперскую бейсболку и прятала под нее свою «чернильную» шевелюру. Дни проходили спокойно и размерено, а вечерами мы частенько бродили по московским улицам. Маршрут начинался всегда одинаково, на «Манежную», потом в «Александровский», обойти Кремль и на «Красную», слушать куранты.

А ночевал он обычно у меня.

***

Однажды Князев пришел на работу сияющий, словно миллион выиграл. Кузина сразу же его в оборот взяла. Максик, а что случилась? Максим, а почему ты такой радостный? Тот таинственность на себя напустил, молчит, только улыбается загадочно. Полдня продержался, на больше его не хватило.

Оказалось дело в следующем, штатовская фирма, в которой его двоюродный работает, решила в Москве свой филиал открыть, под это дело ей сотрудники понадобились. Братец Максу отстучал, так, мол, и так, поди, туда–то и туда–то, подай бумагу. Два месяца предварительный отбор проводился, пока народ к основному тестированию допустили, и то всего тридцать человек. Потом этим тридцати еще раза три экзамен устраивали, в конце концов, осталось половина и Князев в том числе. Открывался филиал только в декабре, но держать такую новость в тайне, это не про Макса. Тем более что будущее начальство всех претендентов сразу же взяло в оборот, типа проверки на преданность, так что Князев, при первом удобном случае, сматывался с работы и мчался выполнять какие–то поручения. Мобильник у него звонил непрерывно, беседа чаще всего шла на английском, кроме того, у него появилась привычка постоянно сравнивать «как здесь и как там». О чем бы ни шла речь, о технике, о моде, о привычках, Макс нет, нет, да, и вворачивал «а вот у американцев……».

В коллективных развлечениях он теперь участвовал редко. Пару раз попытался сходить с нами в кино, но все неудачно, один раз умчался посередине сеанса, а в другой и вовсе до кинотеатра не доехал. Честно говоря, это было к лучшему.

Не знаю почему, но Макс сильно стал меня напрягать. Потом я поняла, что не только меня. Во всем, чтобы он ни делал или говорил, сквозило открытое самодовольство. Вот, мол, я какой, а остальные так, погулять вышли! Я знала, что на самом деле он ничего подобного не думает, просто радость скрыть не может, но все равно злилась.

Что говорить про Котова, если даже Севка Филиппов, который вообще мало на что реагировал, кроме футбола, и тот не выдержал. Когда Макс, в тысячный раз завел свою пластинку « а вот американцы….», Севыч, как–то по–разбойничьи свистнул, и процедил: «Слышь, Князь! Достал! Если, тебя от америкосов прет и плющит, чего ты с нами–то тусуешься?» Макс смутился, пробормотал: «Да, я, к примеру…», а потом незаметно исчез.

Лето перевалило за середину, солнце жарило так, словно хотело испечь город заживо. Где вы благословенные грозы, которые налетали невесть откуда и улетали неизвестно куда? Где живительные тучки и прохладные ветры? Ау? Их и след простыл. А за ними потянулись в теплые края и ребята.

Маришка c Андрюхой подались в Одессу, и Татьяну с собой прихватили, Борька Грищук на Валдай. Юрка Гусев свою Алину на Кубань повез, к бабке, там, похоже, все серьезно. Компания наша редела на глазах. Собственно меня это нисколько не расстраивало, скорее наоборот, чем меньше оставалось народу, тем больше времени мы с Сережкой проводили вдвоем. Наши отношения стали, не то чтобы проще, скорее спокойнее. Я уже не лезла на рожон, не пыталась отстаивать свое мнение, а если Котов вдруг принимался руководить моей жизнью, то либо поступала, как он хотел, либо устраивала тихий саботаж, короче, приняла все, как есть. В конце концов, жизнь–это здесь и сейчас, а остальное неважно. Сережка, по–прежнему, мне мало чего рассказывал. О чем ни спросишь, ответ один, нормально, но к тому времени я уже научилась определять степень этой «нормальности». Если идут высказывания типа «любая проблема решается», «деньги заплатил и все», «если у человека есть цель, то ничто ему не помешает», значит, настроение «нормально–отличное». Если начинает философствовать, значит, что–то не заладилось. А, если, в основном, молчит, на вопросы только «да» или «нет», и еще, не дай бог, про что–нибудь совсем постороннее спросит, значит, на душе у него «нормально–хуже некуда». Приспособилась, в общем, вот только внутри у меня больше ничего не звенело, как раньше.

На работе был полный штиль, так кое–какую мелочь поделывали. Основной народ по отпускам растекся, а у тех, кто остался, все разговоры были только про отдых. Кузина вообще ни о чем другом думать не могла. Еще бы, ей же в Испанию ехать, их семейство там каждый год тусуется, значит, надо гардероб обновлять. Каждый день Наташка пыталась вытащить меня в магазин. Вообще–то я и сама это люблю, но ходить туда с Кузиной, все равно, что на муравейнике сидеть, долго не продержишься.

–Маечкин, ну, пойдем. Посмотришь, посоветуешь. Мне купальник нужен,–канючила она в очередной раз

–Ты же его купила.

–Это бикини, а еще смежный нужен. Даже два.

–А два–то зачем?

–Чтобы тело к ультрафиолету постепенно привыкало. Знаешь, какое в Испании солнце злое?!

–А на фига тогда ты туда едешь?

–Ну, Май! Ну, пожалуйста! Ну…….

Вконец отчаявшись, Наташка стала обрабатывать Котова. Не знаю, что она ему наплела, но через полчаса Серега сломался.

–Порядок, уговорила. Только он условие поставил, чтобы еще кто–нибудь был, для объективности.

Ах, ты……! Со мной в магазин зайти в лом, а тут…. Так я его с тобой и пустила! Спокойно.

–Ну, что с тобой делать? Идем.

Странно,