Рейтар - Андрей Круз

Руки он сложил на животе, зацепив большими пальцами за широкий ремень, и я обратил внимание на причудливую татуировку на тыльной стороне правой — изогнутый кинжал, который несет в когтях раскинувшая крылья сова. Не видал таких покуда.

— Мир тебе, — вежливо поздоровался он, и затем спросил: — Те ты ли взводным Арвином будешь?

— И тебе мир, — кивнул я, — Я и буду Арвин.

— Круглый Арио с тобой в кантине поговорить хочет. Как с конем закончишь, так и походи.

Просьбой это не было, разумеется, так что мне осталось лишь пообещать прибыть, как только переоденусь, с конем я уже закончил на самом деле. Усатый кивнул, затем сказал:

— Меня здесь как Ави Злого знают. В кантине спросишь, тебя проведут.

Развернулся и пошел, твердо ступая слегка чуть кривоватыми ногами. Серьезный мужик, таких сразу чуешь. Впрочем, если он у Арио на подхвате, то с ним все понятно, тот других и не должен возле себя держать. Интересно только, что ему от меня понадобилось.

Длинный умывальник с рычажками-клапанами стоял за казармой, и многие там не только умывались, но и раздевшись догола, поливали себя из ведер. Место тут сугубо мужское, стесняться некого, женщин в воинские городки не пускают. В общем, тут я помылся нагревшейся под дневным солнцем водой, которая стала такой теплой, что даже освежиться толком не удалось.

Гарнизонная кантина занимала отдельное здание неподалеку от главного входа в городок, здание, больше похожее на гигантский сарай с каменными стенами. Камышовая крыша лежала на мощных деревянных стропилах, и сейчас терялась в темноте — не слишком многочисленные лампы свисали низко, освещая только столы. Дальний конец большого помещения был отгорожен, и оттуда несло запахами кухни.

Зал же был уставлен длинными столами, возле которых стояли такие же длинные лавки. Так всегда делают в тех местах, где драки часты, и не хочется, чтобы при этом мебель ломали. Что стол такой, что лавку — с места не сдвинешь, не говоря уже про то, чтобы сломать.

Но вообще в таких местах буйства особого не бывает, разве что обычные драки от избытка удали и лихости, какие командирами даже поощряются, на лучших бойцов ставки делают. Кантины обычно принадлежат тем, кто нанял всю эту свирепую армию, таким образом наниматели понемногу возвращают себе заработки своих наемников, да еще, подчас, затаскивают тех в зависимость, наливая в долг и устраивая игры в карты и кости. Ну а раз хозяин этой кантины сам Дикий Барон, пробовать на зуб прочность правил, установленных им лично охотников быть не должно.

Было людно, шумно. Несколько компаний сгрудились в дальнем от входа конце зала, слышался гомон, звон кружек, время от времени перемежаемые хохотом. Были среди них и те, с кем я шел из Рюгеля, были и новые лица, те, наверное, что дожидались обоз в Римме.

Подавальщиками в кантине были шустрые подростки, носившиеся с целыми гроздьями кружек между столами, собирая медяки и серебряки, и шустро отсчитывая сдачу из висевших на поясах кожаных кошелей, или записывая имена тех, кто пьет в долг. Неграмотных на такую работу не брали.

Женщин не было, таков устав и таковы правила. Хочешь женского общества — иди в город, ворота открыты, а тут — никак. Оно и правильно, а тот как потащат дев распутных прямо по казармам, так и всей службе конец.

Меня увидели, кто-то из ландскнехтов замахал рукой, только я так и не разглядел в полумраке, кто именно. Но я остановил пробегавшего мимо подавальщика и спросил:

— Мне бы Ави Злого найти. Проведешь?

— Не могу провести, хозяин по шее даст, — замотал тот головой, — Но Злой вон там сидит, за левой дверкой.

Действительно, в дальнем углу зала несколько маленьких загончиков было огорожено от остального зала низкими деревянными стенами. Я сразу их и не разглядел. Не кабинеты, а так, отдельные круглые столы, стоящие наособь, и за одним из них тесно сидела компания мужчин. Среди них я разглядел Арио, Злого и еще трех человек, одного из которых я сразу опознал как вольного.

Когда я подошел, Злой указал мне рукой на свободный стул, сказав:

— Садись, разговор есть.

Я поздоровался со всеми разом, уселся, с грохотом придвинув тяжелый стул по глинобитному полу.

— Отдохнул немного с дороги? — спросил меня Арио, наливая в пустую кружку красного легкого вина. — Готов о делах поговорить?

— Почему не поговорить? — пожал я плечами, — Давай поговорим.

— Знакомься, — сказал он, указывая на вольного, высокого, плечистого, седого, хоть и не слишком старого.

Случалось мне его раньше видеть, хоть и не общались. На сборах видел, и на торгах. Только седым он таким тогда не был, и в глазах не было такой мрачной злобы и задавленной тоски. Такая бывает разве что у медведя на цепи, который знает, что сейчас сила не на его стороне, но рано или поздно нужный момент наступит, цепь оборвется, и он тогда свое возьмет. Да и у меня, небось, вид такой же.

— Взводный Арвин я, — представился я, протягивая руку, — Из городка Первого полка, первого эскадрона.

— Во втором полку десятником был, Ниганом меня зовут, — ответил и он, пожимая мою руку. — Как жив остался?

— Попустительством богов, — ответил я, — Забирать меня отказались, оставили здесь за семью и родню плату взять. А ты как?

— С донесением нас троих отправили, тем и спаслись, — ответил он, а затем добавил: — Семьи вот не спасли, так что дела у нас те же, что и у тебя, взводный Арвин. Со мной молодых двое, но они в казарме сейчас.

Ну, молодым тут и не место, как я понимаю, Арио только старших позвал, к серьезному разговору, видать. Он дал нам перекинуться еще парой слов, затем заговорил сам:

— Ваших больше будет, как мне уже сказали. Кто-то в бою жив остался, как Арвин, кто-то в другом месте был во время того разгрома. Кто-то даже семьи вывезти сумел. Поэтому решил я из вас отдельный отряд собрать. И барон Верген к тому возражений не имеет. Пусть там чуть больше взвода поначалу будет, но все же отдельный.

Ниган и я слушали молча, глядя на него, а вот сидевшие с ним люди, смотрели на нас. Выглядели они почти близнецами, хотя даже родственниками не были наверняка. Высокие, плечистые, сильные, удобно и практично одетые, к тому же и не дешево, с хорошим оружием. У одного поперек лица шрам ножевой, у другого на левой руке след сильного ожога.

— Сам отряд пока к «Волчьей голове» принадлежать будет, рейтарскому полку, но подчиняться будете мне, — сказал он и добавил усмехнувшись: — Приказчику.

— Если приказы будут умные, то почему и нет? — сказал я.

— Приказы будут… нужные, — ответил он после паузы, — Для дела нужные. Но некоторые будет такими, что… забыть, например о них сразу надо будет, после того, как дело сделано. Или попрошу сделать такое, что честному воину и не к лицу вроде как.