Сбежавшая невеста - Стейси Браун

Алекс вытер влажный лоб тыльной стороной ладони. Она неловко поежилась под его критическим взглядом, которым он окинул ее от шляпы до кончиков сапожек.

— Вам, быть может, будет интересно узнать, что я отбываю в Лондон, — холодно сообщил он.

Кара вскинула голову. Очевидно, он не собирается брать ее в Лондон. Но он же не может так унизить ее, уехав наутро после свадьбы. Он все может.

— Так скоро? — спросила она несчастным голоском.

— Вы разочарованы? Я полагал, вы будете рады избавиться от меня. По крайней мере, таково было впечатление, которое я получил нынче ночью. Вы передумали, нет? — Он откровенно издевался над ней.

— Конечно нет! — отрезала Кара. Просто замечательно, что муж оставляет ее в глуши в одиночестве. Одиночество помогает размышлениям. Она очень любит размышлять. И, кстати, это у нее неплохо получается.

Он сделал шаг вперед. Несмотря на все старания казаться спокойной и сдержанной, она торопливо и испуганно отступила на шаг. Ох, он выглядел весьма внушительно, возвышаясь над ней. Она с трудом сглотнула.

— Еще не поздно, знаете ли, — сказал он мягко. Губы снова были в опасной близости от ее лица. Она замерла и опустила ресницы. — Я возьму вас с собой, если вы готовы стать мне настоящей женой. Подумайте обо всех балах, которые пропустите. Я знаю изумительного портного, который создаст изысканный гардероб специально для вас. — Глаза его порочно поблескивали. — Лондон так интересен в это время года!

Сердце перевернулось у нее в груди.

— Не сомневаюсь, — ухитрилась она ответить. — Но боюсь, вы с кем-то меня путаете, — добавила она едко, проходя мимо него к кобыле.

Уголок его рта слегка приподнялся в насмешливой полуулыбке.

— Да? — Он следовал за ней. — То есть?

Пытаясь сесть в седло, она спокойно сказала:

— Я не одна из ваших шлюх, чтобы купить меня за несколько побрякушек.

Он весело фыркнул. И прежде чем она поняла, что происходит, он подхватил ее и посадил в седло.

— Может быть, и нет, — заметил он, посмеиваясь над ее попытками расправить юбки и прикрыть ноги. — Если вы не возражаете против тихой деревенской жизни, уверен, что смогу найти себе подходящие развлечения.

Разобрав поводья, она резко ответила:

— В этом нет сомнения, милорд. Всего хорошего. — И тронула лошадь рысью.

— Я собираюсь в Лондон завтра прямо с утра, — объявил Алекс за семейным обедом несколько часов спустя. — У меня неотложные дела. Боюсь, они просто не могут ждать.

Суповая ложка тети Генриетты застыла в воздухе.

— Алекс, вы неисправимы, — воскликнула она. — Вы хотите сказать...

Победоносная улыбка сверкнула на лице Алекса.

— К сожалению, я должен. Я искренне хотел бы не уезжать так скоро после свадьбы, — продолжил он со вздохом. — Но некоторые дела требуют моего неусыпного внимания.

Сэр Чарлз кивнул.

— Что ж, — сказал он весело, — уверен, Кара будет рада увидеть Лондон. Столько развлечений в разгар сезона!

— Боюсь, это невозможно, — невозмутимо ответил Алекс, поглаживая длинными пальцами ножку бокала. — Я буду слишком занят своими собственными делами, чтобы развлекать молодую жену.

— Я мог бы несколько недель обойтись без Генриетты, пока Кара не освоится, — с готовностью предложил сэр Чарлз.

Алекс притворно нахмурился.

— Что? Заставить мою бедную молодую жену терпеть этот скучный светский водоворот? Таскаться с вечера на вечер без отдыха? — Он покачал головой. — Я и думать об этом не хочу. Каре нужно пожить за городом, на свежем воздухе, полностью распоряжаясь своим временем. — Он бросил взгляд в сторону разгневанной жены, и улыбка скользнула по его губам.

— Просто не знаю, что и сказать, — пробормотала тетя Генриетта, неодобрительно качая головой. — Это не принято. Ваше мнение, Кара?

Карина покачала головой и сделала вид, что занята своей тарелкой. Если бы можно было залезть под стол, она бы с радостью это сделала. Либо перегнуться через стол и пощечиной стереть с лица мужа издевательское выражение.

— Тут ничего не поделаешь, — продолжал объяснять Алекс своим чарующим голосом. — Кара понимает, я объяснил ей ситуацию. Не так ли, любовь моя? — Ненавистная усмешка скривила его губы.

Яростный взгляд Кары встретился с его взглядом. Глаза бы ему выцарапать!

— Ну конечно, милый, — ответила она с вымученной улыбкой. — Я считаю себя счастливейшей из жен, имея такого доброго и заботливого мужа, — добавила она с издевкой.

Он наклонил черноволосую голову.

— И вы правы, моя милая. — Он явно забавлялся.

— Умоляю, не беспокойтесь, тетя, — беззаботно сказала Кара, пронизывая взглядом мужа. — Здесь мне просто замечательно.

Да, думал Алекс, глядя в разъяренное лицо жены, нескольких недель одиночества ей не повредят. Посидеть в клетке полезно. Это охладит ее горячую головку.

Непокорная девчонка его чертовски раздражала. Желание, однако, не притупилось. Отказ его только усилил. Он хотел ее даже больше, чем раньше. Впрочем, пройдет немного времени, и она окажется в его объятиях, теплая и ласковая. Он может немного подождать.

На следующей неделе из Лондона прибыл длинноногий и тощий пожилой джентльмен. Это оказался поверенный Алекса сэр Генри Чейни. Кара приняла его в розовой гостиной.

— Добрый день, — произнес сэр Генри, вежливо склоняясь перед новой леди Далтон. — Маркиз Оверфилд безутешен, что не может передать вам все это лично, — заметил он, поправляя тонкие очки на громадном носу.

Он достал из саквояжа шкатулку черного бархата.

— Со всей ответственностью заявляю вам, что это очень хорошие сапфиры. Я выбрал их сам после долгих и тщательных поисков, — проговорил он, открывая шкатулку.

Кара остолбенела.

— Их выбирали вы? — воскликнула она, не веря своим ушам.

Негодяй даже драгоценности не мог выбрать сам, чтобы заслужить ее признательность. Так он решил, что может купить ее подарками? По крайней мере, грустно подумала Кара, она оказалась на равных с прочими его содержанками. Ну так ее не купишь. Скрестив руки на груди, она направила ледяной взгляд куда-то за спину смущенного поверенного.

— Милорд просил вас передать что-нибудь еще? — спросила она с холодным пренебрежением. На сверкающие синие камни она даже не взглянула.

Расстроенный сэр Генри пытался ослабить воротник, который его, казалось, душил. Наконец он прочистил горло и проговорил:

— Позвольте мне заверить вас, что это безукоризненные серьги и ожерелье лучшее, что можно купить за деньги. Поверьте, в целом Лондоне нет красивее и изысканнее. Милорд требовал самого лучшего. Я как обычно следовал его инструкциям буквально.