Цвет крови – черный - Владимир Брайт

Файт в точности выполнил приказ господина и теперь направлялся в столицу. Дороги размокли окончательно, превратившись в грязное месиво. Но Мелиус не собирался путешествовать долго. Чтобы не привлекать излишнего внимания охотников, нужно отойти на достаточное расстояние от пылающей таверны и переместиться с помощью портала в нужную точку.

Этот проклятый дождь не может лить вечно. Когда-то обязательно выглянет солнце, если не здесь, то в столице уж точно.

Ночь сменяется днем, а темная полоса жизни – светлой. Даже закоренелым неудачникам подчас везет. А сильные целеустремленные натуры сами берут от жизни то, что хотят…

– Куда путь держишь, любезный?

Странное существо со светящимся пятном вместо лица возникло так неожиданно, что от испуга лошадь присела на задние ноги.

– В страну вечного солнца. – Когда имеешь дело с охотником, слова не имеют значения, главное – правильно оценить ситуацию.

Не вызывало сомнения: главный приз достанется тому, кто принесет лордам голову Этана. Впрочем, не останется без награды и убийца Мелиуса. Мятежники, посягнувшие на трон Хаоса, должны быть уничтожены. Все без исключения. Таков приказ Фасы и Алта.

Использовав магию, беглецы «засветились». Господин не посвятил преданного слугу в свои планы, но Мелиус не сомневался – хозяин просто так не решился бы на столь опрометчивый шаг. Наверняка у него имелись веские причины.

Хотя, после того как охотники взяли след, стало не важно, какими соображениями руководствовался сын Хаоса. Теперь обнаружить добычу – лишь вопрос времени. Чуть раньше или чуть позже стая гончих затравит лису. Безжалостные клыки вопьются в горло и, разорвав артерию, допьяна напьются свежей горячей крови.

Наиболее отчаянные готовы пойти на любой риск ради заманчивой перспективы сорвать банк. Умные рассчитывают варианты и прикидывают шансы, но в конечном итоге искушение оказывается слишком большим даже для них. И лишь самые мудрые понимают – лучше иметь синицу в руках, чем призрачного журавля в небе. Поэтому они не бегут в общей куче за хитрой и сильной лисой, предпочитая в одиночку выследить слабого зайца.

– Страна вечного солнца. Бесподобное место!

Лошадь начала заваливаться на бок, но, вместо того чтобы рухнуть на землю вместе с ней, всадник оказался в десяти шагах от несчастного животного – Мелиус мгновенно переместился к ближайшему дереву, и это спасло ему жизнь.

Ударившись о землю, лошадь разбилась на тысячу огненных светлячков, рассыпавшихся золотистой росой по мокрой земле.

– Страна вечного солнца! Обитель великих бардов! Как поэтично!

Короткий кивок – и луч, вырвавшийся из лица-пятна, ударил в дерево, рядом с которым мгновение назад находился файт. Огромный исполинский дуб треснул, словно сухая ветка, и, рухнув на землю, разлетелся миллионом крохотных светлячков…

Прежде чем бросить вызов родителям, Этан основательно подготовился к предстоящей войне. Планируя восстание, все детали учесть невозможно, и все же для краткой характеристики десятки лучших охотников время нашлось. Благодаря той вводной лекции Мелиус сейчас быстро определил, с кем имеет дело.

Человеком со светящимся пятном вместо лица оказался Цейфи по прозвищу Солнечный Бард. Когда-то давно он и вправду был бардом, причем не лишенным таланта.

История умалчивает, каким образом простой смертный возвысился до статуса охотника. Зато доподлинно известно, что Цейфи входил в пятерку лучших. Его отличительной чертой было то, что он черпал силу во вдохновении. Может, именно поэтому Фаса благоволила к нему. Королеве всегда нравились яркие личности, наделенные талантами, недоступными остальным.

К тому же Цейфи был не просто умен, он отличался нестандартным мышлением. Там, где другие видели прямую ровную дорогу, он замечал нечто большее.

Вот и сейчас бард не пошел в общей массе по накатанной колее, предпочтя собственный путь. Пока Этан перемалывает в порошок первую волну преследователей, можно заняться слугой. А затем подоспеть к решающей битве. Если не получится завладеть главным трофеем, в любом случае внакладе он не останется.

Мелиуса можно было убить сразу, но Цейфи чувствовал небывалый подъем, энергия била ключом, а слова рождались в голове сами собой. Поэтому охотник решил не спешить. В конце концов, у жертвы должен быть шанс, пускай даже эфемерный. В противном случае противостояние превращается в бойню. А Солнечный Бард не мясник, он поэт! Яркий талант, по достоинству оцененный самой королевой!

Файт в очередной раз переместился, и в голове охотника родились первые строчки поэмы.

«Там, где ночь умирает в объятьях зари…»

Второе дерево повторило судьбу первого, за ними последовали третье и четвертое.

«Бьется сердце…»

Мелиус почувствовал, что был на волосок от смерти, в самый последний момент покинув опасную зону.

«…безумного зверя…»

В отличие от сумасшедшего Цейфи файт обладал ограниченным запасом энергии. Он не мог бесконечно долго прыгать с места на место сквозь пространство. Будь на месте Солнечного Барда кто-нибудь другой, Мелиус уже давно бы приблизился на расстояние вытянутой руки и вогнал нож по самую рукоять в горло врага. Но лучшего охотника Фасы простым оружием не убьешь. Дотронувшийся до Цейфи умрет, рассыпавшись по земле миллионом крохотных светлячков.

«На коленях моля…»

Файт телепортировал за ближайшее дерево, так, чтобы оказаться вне поля зрения противника, и, приняв форму волка, испуганно метнулся прочь.

«…О великой любви…»

Цейфи не поддался на эту уловку. Бард имел представление о скрытых талантах и возможностях Мелиуса. Следующий удар пришелся по волку. И файт вновь был вынужден задействовать свой дар, переместившись в безопасное место.

«…Он рыдает…»

Охота подходила к концу. Мелиус чувствовал, как стремительно тают его силы. Телепортация даже на незначительное расстояние требовала слишком больших затрат энергии. А более далекий прыжок мгновенно истощит запас сил и приведет к потере сознания. Уйти через портал не удастся: охотник без труда его вычислит.

«…В молитву не веря…»

Цейфи не давал противнику ни секунды передышки, выжимая из Мелиуса остатки энергии. Уже изначально противостояние было неравным, и ничего удивительного, что спустя некоторое время файт окончательно выбился из сил и остановился.

– Стоп! Я сдаюсь! – Жалкое, измученное существо предстало перед победителем. Мелиус упал на колени, униженно прижав руки к груди. – Умоляю, убей меня, как хочешь, только не превращай в скопище насекомых. Поседнее жланье пригвоеного сященно… – Голос, прерывающийся от волнения, скороговоркой выплевывал в пространство слова, нещадно коверкая их.

Дрожащая тварь не вызывала ничего, кроме отвращения. Вдохновение, рождаемое накалом битвы, ушло. Цейфи мог убить ничтожество в любую секунду, но соблазн был слишком велик. И потому он предложил:

– Твоего хозяина в любом случае выследят. Ты никого не предашь, сказав, где он спрятался. И тогда, в качестве ответного жеста доброй воли, я подарю тебе достойную воина смерть.

Охотники за головами не делились друг с другом сведениями о месте, где может скрываться жертва. Солнечный Бард сам выследит добычу, только для этого понадобится время. К тому же при телепортации можно ненароком оказаться в непосредственной близости от эпицентра боя, что чревато непредсказуемыми последствиями.

– Ты собираешься убить Этана, лорда Хаоса, сына Фасы и Алта?

Постановка вопроса выглядела странной. Но дрожащий от страха голос вкупе с блуждающим полубезумным взглядом убедили Цейфи в том, что разум Мелиуса помутился от ужаса. Сын божественной четы сделал файта смертным. Не исключено, что слуге передались определенные человеческие черты. Ничем другим невозможно объяснить столь недостойное поведение.

– Разумеется, я собираюсь убить Этана, бывшего лорда Хаоса, предавшего своих родителей и посягнувшего на трон Алта и Фасы. Неужели ты сомневался в этом?

Раболепно склоненная шея файта выпрямилась, а сгорбленные плечи распрямились.

– Я – нет.

Страх и безумие исчезли из взгляда. Теперь на Солнечного Барда смотрело не дрожащее ничтожество, а спокойный, уверенный в себе человек.

– А вот она – да.

Прижатые к груди ладони раскрылись, и небольшой шар, в котором заключался мятежный дух златогривой Веты, устремился навстречу чудовищу, замыслившему убить Господина.

То, что слуга получил на хранение древний артефакт, еще не значило, будто он волен по собственному усмотрению распоряжаться столь ценной вещью. Златогривая Вета не подчинялась никому, кроме хозяина; лишь когда жизни Этана грозила непосредственная опасность, она могла действовать без его приказа. И сейчас был именно тот случай, когда требовалось вмешательство. Вета услышала достаточно, чтобы принять самостоятельное решение.