Мое тело – тюрьма - Кицунэ Миято

играх познакомились. Правда, в разных командах играли. Я за городскую, он — за вторую школу. Их команда тоже в «нон-стопе» участвовала, это двенадцать часов игр подряд. А потом ещё в Финале Кубка. Тусили вместе там в профилактории, где всё проходило. Серёжу, кстати, насколько я знаю, в городскую команду позвали, там тоже из всех лишь моя сестра младшая осталась. Так что Серёже всяко надо молодняк набрать в команду, хотя бы одного-два человека. Он присматривает себе игроков как будущий Капитан. Ладно, я правда пойду. Ещё поболтаем, — Кира развернулась и направилась в домик.

Андрей сидел на кровати и смотрел в одну точку.

— Ну что, ты уже осознал, с чем имеешь дело? — спросила Кира и прихлебнула вкуснейший вишнёвый кисель.

— Кажется, да… И чего-то я офигел…

— И это ещё ты только, сколько, четыре дня их в лобик целовал? — хмыкнула Кира. — А предъяв столько, будто вы уже десять лет женаты и у вас семеро по лавкам. Чуешь, каким керосином дело пахнет?

— Вот сейчас да… — Андрей выглядел ошарашенным.

Вошёл Лёха, который тоже нёс булочку и кисель для Киры.

— О… ты уже ешь?

— Кисель давай ещё, — попросила Кира. — Булочку надо в пакетик, вечером чай ещё пить.

— Чего это Старков такой загруженный сидит? — спросил Лёха Петров.

— А… Наш султан познал ревность своего гарема, — ответила Кира. И они с Лёхой начали раскручивать тему, и в итоге Андрей стал «ибн Леонид». А сам Андрей пытался дуться, но одновременно дуться, ржать и чуточку гордиться у него получалось плохо.

* * *

Когда началось время для подготовки к вечеру, в комнату постучались.

— Чего тебе, Вика? — спросил Андрей.

— А мне бы Киру, — ответила девочка.

Кира, слегка заинтригованная, вышла на пятачок между их домиком и домиком медиков. Там стояла уже знакомая компашка.

— Мы тут посовещались… и девчонок спросили, — начала Вероника. — А ты можешь и нам помочь с постановкой какого-то танца к воскресенью? Только… мы не особо танцевать умеем, ну точно не так красиво, как ты…

— Сколько будет человек участвовать? — спросила Кира.

— Ну мы все…

— А парни будут? — уточнила она.

— Можно Серёжу Суханцева позвать и Вадима… Они не откажут, — ответила Вероника.

— Тогда можно придумать такой пафосно-шуточный танец, — ответила Кира. — Знаете «Глюкозу»?

— Нет… — все девочки покачали головами.

— Тогда ведите парней в тот зал, послушаем, — кивнула Кира. — Я только скажу, куда пошла.

* * *

Они все внимательно прослушали песню «Коза Ностра», которую включила Кира.

— А прикольная, — резюмировал Суханцев.

— У вас есть солнечные очки? — спросила Кира. — Желательно на всех, но хотя бы на троих.

— У меня есть, — ответил Суханцев.

— И у меня есть, — кивнула Вероника. — Ещё можно по лагерю поспрашивать.

— В общем, задумка такая. Если вы не очень танцуете, будете танцевально шагать и вставать в позы. «Коза Ностра» — это итальянская мафия, то есть типа вы такая мафия, мальчики ну типа жертвы насилия, там же «мальчиков всех под каблучок». В общем, тут будет зависеть от того, на что согласны наши мальчики. Можно жёстко угарнуть, можно сделать что-то про отношения, то есть по сцене два мальчика влюблены в одну девочку. Или все девочки соблазняют мальчиков и ставят их «под каблучок». В общем, танец, который соответствует тексту, важно лишь какой посыл вы решите вложить.

— Я согласен на что угодно, я за жёсткий угар, — сказал Суханцев. Его напарник заколебался, но неуверенно кивнул.

— В принципе, для жёсткого угара одного тебя хватит, — задумалась Кира. — А Вадим, например, может быть охранником главной «Коза Ностры», — она показала на Веронику. — В общем, давайте решим, что именно показываем, и начнём постановку.

Народ решил, что можно сделать угар, но не очень жёсткий. И Кира показала самые простые, но эффектные движения.

— Главное, чувствуете ритм, он такой неспешный и в конце «точка», то есть на мгновение замираете. Шаг. Точка. Шаг. Точка. Шаг. Точка. Серёжа пошёл по рукам. Замер возле Вероники. Тут бы классно галстук…

— У меня есть галстук, — сказал Вадим.

— Серьёзно? — удивилась Кира. — Тогда классно. Серёжа будет в галстуке, Вероника его будет за собой за этот галстук водить.

Они отработали припев с общей связкой. Народ включился в придумывание сценки, Серёжа угорал больше всех, предлагая, как его можно «под каблучок». В итоге через сорок минут танец был полностью придуман и один раз отрепетирован полностью.

— В принципе, девчонки могут артикулировать, особенно на «Коза Ностра», — сказала Кира, посмотрев, что получилось. — Выходит такая женская мафия. Забавно и прикольно. Немного отточить движения, и выйдет вообще суперски.

Суханцев делал половину номера, но любые «конфликты» на сцене всегда хорошо заходят публике.

— Значит, нормально получается? — спросила Вероника.

— Да. Если вы ещё как-то с костюмами найдётесь, очки и прочее, то вообще будет классно.

— А что с костюмами? — спросили девочки.

— Ну… Очки вы найдёте. Можно губы всем одинаково яркой помадой накрасить. Если у всех будет чёрная одежда или хотя бы юбки… Но я понимаю, что в реалиях лагеря в отрыве от дома всё сложно и надо применять губозакаточную машинку. Хотя бы что-то однотонное всем надеть и выступать не в сланцах — уже будет успехом.

Девчонки задумались.

— Посмотрим, что мы сможем найти, — кивнула Вероника.

* * *

А в пятницу в лагерь приехали ещё две девушки, причём одновременно — явно добирались на одном автобусе.

— Привет! А вот и мы! — вошли, точнее, немного «ворвались» они в двери после обеда, когда начался тихий час и Лёха с Андреем ушли укладывать детишек или раздавать ЦУ для очередного мероприятия.

— О, привет, — поздоровалась Кира с Анитой и второй девушкой, которая была немного похожа на Таню Мошину: такая же узкокостная, с длинной шеей и смуглой кожей, а ещё густыми тёмными волосами до поясницы. Такая «немного лань», потому что глаза имела карие, крупные и с пушистыми ресничками, а нос более изящный, чем у Тани.

— О… Кира… Привет… А ты давно здесь? — спросила чуть растерявшаяся Анита.

— Со среды, — ответила Кира. — То есть третий день. — А