Миллстоун (Трилогия) - Анатолий Заклинский

– Ещё бы, – заключил Дуглас, – пробежать такое расстояние. Притом, думаю, не очень медленно.

– В этом с тобой не поспоришь, – сказал Миллстоун, осматриваясь в поисках деталей, которые могут оказаться важными.

Джон вернулся к машине и достал бинокль. Хотя нигде не было видно ничего, что могло послужить укрытием, он решил осмотреться пристальнее.

– Вон там ложбина, – сказал он наконец, – больше прятаться негде. Да и следы, вроде бы, ведут в ту сторону.

После передышки существо двигалось медленнее, что было хорошей новостью – при такой скорости оно вряд ли ушло далеко. Миллстоун верно угадал направление, и они увеличили скорость.

– А что вон там? – спросил Эгил, указав влево, где вдалеке виднелась чёрная точка.

Джон остановился, взял бинокль и выглянул в окно.

– Машина, – сказал он почти сразу, – пустая.

Отложив бинокль, он направился в сторону автомобиля, поскольку тот имел знакомые очертания. Джона охватило волнение, но как только они подобрались ближе, оно прошло. Он боялся, что Келтон стал жертвой вампира, но в машине не было ничего, что бы это подтверждало. Напротив, она была аккуратно припаркована и закрыта, что говорило о том, что хозяин намеревался вернуться.

– Паренёк боялся завязнуть и не решился ехать туда, – прокомментировал Джон.

– Преследовать его пешком тоже то ещё удовольствие, – заметил Дуглас.

– Да, но, – Джон обошёл автомобиль, – он был не один. Выходило три человека.

Миллстоун указал на следы со стороны проезжей части.

– Вряд ли они знают то, что знаем мы, так что с их стороны это было очень глупо.

– Тут с тобой не поспоришь, – задумчиво сказал Джон, заглянув в салон через боковое стекло.

Джон понимал, что Келтон и его напарники видели это существо, потому что шли они не по следу, а сразу наперерез. Возможно, Гарри даже ожидал чего-то подобного, иначе, для чего он вызвал напарников? Впрочем, он мог просто не сказать об этом Миллстоуну, что было вполне нормальным.

Сев обратно в машину, Джон и Дуглас направились дальше, но уже по следам Келтона и его напарников. Судя по направлению, цель была близко, вот только его терзали сомнения по поводу того, насколько успешными могли быть их действия.

Овраг был незаметен на ровной поверхности практически до того момента, как колёса Спайера не коснулись почти самого его края. Джон снова резко затормозил и немного сдал назад.

– Где-то здесь всё и произошло, как я думаю, – сказал он, выходя из машины и одновременно доставая пистолет.

Дуглас тоже взвёл свой карабин и поднял его, готовый в любую секунду выстрелить.

Джон оказался прав, только до нужного места им ещё предстояло добраться. В овраге виднелся большой кустарник, сбоку которого валялось старое сухое бревно, за ним находилось что-то трудно различимое. В последствии выяснилось, что это тело одного из напарников Келтона. Оно было изуродовано настолько, что Джон мог сказать что это не Гарри только потому что у того волосы были гораздо длиннее. Рядом лежал и второй. Его лицо было в более хорошем состоянии, и это Тоже был не Келтон. У обоих была разорвана грудь и вырвано сердце.

– Кажется, он истосковался по своему старому рациону, – заключил Миллстоун, доставая сигареты.

– Может быть, они хотели сделать из него человека, а он не захотел, – предположил Дуглас, – ну, в смысле в Темпелгтоне.

– Может быть, – кивнул Миллстоун, – по поводу этого хорошо бы проконсультироваться у наших скрытных друзей, но они, боюсь, изучают сверхдальнобойную винтовку и им маленько не до нас.

– Такая вещь была бы очень кстати.

– Ну да, – подтвердил Миллстоун, – это не просто пуля в голове, это голова на куски, так что хватит и одной, даже несмотря на то, что у них черепушки как будто каменные.

– Такой пуле нипочём.

– Само собой, – задумчиво ответил Джон. Мысли его уже были заняты совсем другим, – видимо, наш зверёк захотел передохнуть. И здесь они, к своей беде, его настигли. А ведь надо было просто следить и при возможности вызвать подкрепление.

– Самого Келтона нет, – сказал Дуглас, – может, он жив?

– Вряд ли. Скорее, его он решил оставить в живых. Боится одиночества, – легко усмехнулся Миллстоун, продолжая оглядываться.

Но не прошло и минуты, как эта версия была отвергнута. Обнаружилось, что следы существа и выжившего человека расходятся в разные стороны. Вампир, будучи достаточно сильным, пересёк овраг. Миллстоун представил, как он одним прыжком достигает края, хватается за него своими огромными лапами и без труда вскакивает наверх.

А вот человек ещё некоторое время лежал и истекал кровью. Процесс обращения уже пошёл, что позволило ему остаться в живых. Немного придя в себя, он пошёл вдоль оврага вверх. Возможно, он смог встать ближе к рассвету и почувствовал, что Солнце убьёт его.

– Ему нужно было укрытие. Но далеко уйти он не мог.

Они направились по следу. Благо, потерять его было сложно – отпечатки ног были окроплены кровью. К несчастью Келтона, здесь негде было спрятаться от Солнца, и Миллстоун это понимал. Он склонялся к тому, что агента, скорее всего уже нет в живых. Хотя, если представить, что он всё ещё жив, но обращение уже началось, то перед Джоном вырисовывалась серьёзная дилемма. Это всё ещё считалось бы убийством агента или же он фактически переставал быть человеком?

Впереди показалось ещё одно дерево, свалившееся в овраг. К счастью Келтона, забившегося в его тень, оно оказалось достаточно крупным. Его тёмно-синий костюм и белая рубашка были окровавлены, а на шее виднелась большая рана. Глаза его были закрыты, но он дышал. Его грудь долго и плавно поднималась, а потом следовал резкий и болезненный выдох – лёгкие тоже перестраивались. Его кожа была бледной, и приобрела синеватый оттенок. Частично тому была причиной большая кровопотеря, но и перестроение тканей играло большую роль. Сверху кожа была покрыта чем-то, что в первый момент можно было принять за испарину, но при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что эта субстанция имеет другое происхождение. Нельзя было не отметить так же и то, что Келтон сильно похудел, хотя с момента начала обращения вряд ли прошло больше двенадцати часов.

Келтон зашевелился и перевернулся на бок, что-то при этом очень нервно бормоча. Видимо, в своём бреду он по-прежнему пытался справиться с чудовищем, которое его укусило, но у него не выходило. Будить его было бесполезно: вряд ли он сможет что-то сказать в таком состоянии, к тому же Миллстоун не был уверен в том, будет ли он вообще с ними говорить.

– Что делаем? – спросил Дуглас.

– Возвращаемся, – ответил Джон.

– А с ним что?

– Не думаю, что он может куда-то деться. Нам нужно спрятать машину и вернуться.