Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка - София Волгина

Виноград успешно продавался на все том же маленьком базарчике. Кики тоже была здесь. Продавала теперь кроме обычной зелени, выращенные ее руками баклажаны, помидоры и огурцы со своего огорода. Сестра поведала новость, что приезжал недавно из Греции Хамбо, дядя ее бывшего, теперь покойного, умершего от водянки, мужа. Предлагал Алекси уехать жить к нему насовсем. Но Кики не позволила, да и сам сын не захотел. Сказал: «Мое место там, где моя мама».

– Молодец! Правильно он ему ответил, – одобрила Ирини.

– Хамбо говорил, что сразу ему квартиру там купит, устроит на работу, ни в чем Алекси нуждаться не будет.

– Даже квартиру бы купил?

– Да. Он же богатый. Магазин свой имеет. Но Генерал сказал, нечего ему там делать. Здесь его близкие родные. Не бросит же он мать! Не брошу же я сама своих незамужних дочек! А звал он только одного Алекси.

– Нечего вам там делать среди «проклятых капиталистов», – процитировала Ирини обычные в таких случаях слова Генерала. Он тоже капиталист, этот Хамбо.

Ирини разговаривала с бойкими товарками. Все почтительно обращались с ней. Она знала – это потому, в основном, что она сестра «Генерала», ну и конечно, народ уважал Харика, «святого человека», как они говорили. Сестру Кики, труженицу, тоже уважали. К тому же Ирини как-никак – горожанка. А это брат сельчанин уважает.

Ирини посматривала на своих молодых покупательниц. Ну, неужели Яшка не может найти среди них себе подходящую жену? Вон сколько хорошеньких!

К ней подошла молодая девушка. Ирини не сразу ее узнала.

– Здравствуйте, тетя Ирини, – смущенно проговорила она.

– Ой, Женя, я тебе не признала. Вот те раз! Какая ты уже взрослая, да красивая.

Сколько тебе лет?

– Двадцать.

– Да ну! Работаешь?

– Да, в бухгалтерии.

– Молодец какая! Небось замуж собираешься?

– Да нет, – засмущалась Женя.

– И правильно, нет достойного жениха, значит надо ждать. А как дома? – перевела она разговор.

– Да так себе, как тетя Аница уехала с Лизой, так яя Корцала слегла.

Ирини уже знала, что Аня с дочкой тайно уехали. А Тимка рвал и метал, но ничего сделать не мог.

– Ну, как Тимка?

– Да ничего. Работает. Я у них пока живу. Готовлю, убираю.

– Молодец, умница. Ну дай Бог тебе терпения и здоровья, и хорошего мужа, – добавила она, вручая кисть винограда, предварительно завернув ее в газету.

Женя хотела заплатить, но Ирини не взяла и долго потом смотрела ей вслед.

Такую бы жену для ее брата. Умная, симпатичная. Вопрос женитьбы брата беспокоил ее, как навязчивая идея. Во всяком случае ей было ясно, что, если не в этом году, то в следующем его будет еще тяжелее женить. А значит он будет несчастен. Этого она допустить не могла. Вечером они опять собирались у Харика.

– Не хочет он никого здесь, – осторожно произнесла Парфена.

– Ну что, нет у вас на примете ни одной симпатичной девчонки, которая бы вышла за него замуж?

– Хватает. Да любая б за него пошла, но он ни на кого смотреть не хочет.

– Ну, а что ж теперь делать? – растерялась Ирини. «Не хочет же он сказать, что желает остаться холостым».

– Жениться он не против, но здешние точно никто ему не нравятся, – сказала сестра.

– Ну дак, надо искать невесту в соседних поселках или городах.

– В соседних поселках он тоже знает всех, никто ему не нравится.

– Ну дела, товарищи! – проговорила Ирини. – Ладно я с ним сама поговорю, посмотрим, что он мне скажет, – решила она.

Уже перед самым отъездом она решилась поговорить с младшим братом.

– Яш, ты хоть и «Генерал», но тоже уже не мальчик, стареешь. Тридцать пять лет, не шутка. Я вижу, что уже и волос поредел. Думаешь ты обзаводиться семьей или нет? Вспомни, как тебя мама умоляла остепениться, завести, как нормальный человек, семью.

Генерал сидел за столом, читал газету. Он опустил ее, помолчал, по своему обыкновению, обдумывая, как ответить. Неожиданно улыбнувшись, сказал:

– Сташка предлагает съездить в город Чимкент, посмотреть на его двоюродную сестру. Очень ее расхваливает. У него там их несколько двоюродных и троюродных. Там вообще много греков осело. Кого-нибудь выберу, – пообещал он и серьезно посмотрел на Ирини. – Только надо, чтоб кто-нибудь поехал со мной в качестве сватов. Было б хорошо, чтоб ты поехала. Он снова улыбнулся и похлопал ее по плечу:

– Ты у меня бедовая сестра, на тебя можно положиться в таком серьезном деле.

– Господи, я всегда готова для тебя что-то сделать, – ответила Ирини не без гордости, отметив про себя, как ее брат ценит и уважает. Вчера ей было приятно отдать ему свой долг, который она не могла отдать ему целых два года. Как и Харик, он ни в какую не хотел брать их назад, но Ирини была категорична. Спасибо, что помогли расплатиться за дом с Саввой, но долг есть долг. Долги следует возвращать.

Генерал с Сташкой намеревались поехать свататься через месяц. С ним собирались ехать еще три друга и четверо родных. Он купил билеты для всех заранее. Ирини могла сесть в поезд из Джамбула, так как он шел из Караганды через их город и следовал дальше до Чимкента. В первый раз Ирини решила взять с собой на свадьбу дочь – студентку, Наташу.

* * *

Раиса Анастасовна не знала куда посадить и чем накормить сына, наконец, прибывшего к ней на жительство. Федор хмурился и ничего не хотел: ни пить, ни есть. Едва разговаривал с матерью. Хорошо, что весь первый день с ними был Савва. Он сглаживал все углы в разговоре. Уходя, пригласил их обоих к себе в гости. На следующий же день, в воскресенье, они пришли.

Тетя Рая не могла нарадоваться, что ее сынок, наконец, развеселился в гостях. Смеялся, много разговаривал с Катей. Вчетвером они просидели за столом допоздна. Домой вернулись на такси. Пришлось матери расщедриться, показать, что не жалеет денег для единственного сыночка. Федя с собой привез только аккордеон, проигрыватель с несколькими пластинками любимого Карузо и Марио Ланца, да два чемодана своих вещей. Сынок, конечно, не первой молодости, но был строен и симпатичен. Единственно – очень поредели волосы. Жаль, на фото у Саввы он был просто красавец с кудрявой копной волос.

«Надо срочно его женить, пока еще не облысел. Да и возраст, Слава Богу, далеко за тридцать». Мать Федора поделилась мыслями с Люсей и Гликерией. Те обещали присмотреть кого-нибудь. Но и сама она не отстранялась от поисков.