Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

Теперь она уже не прочь была бы и попробовать «по-настоящему». У нее темнело перед глазами от одного представления о том, что вместо свечки — жесткой и тонкой — у нее внутри окажется горячий мужской орган. Но пробовать было не с кем. Мальчишки, с их вертлявостью и нелепыми заигрываниями, ее не привлекали — она хорошо представляла себе, как к ней приближается пацан с торчащими мослами и дрожащими от волнения ладонями начинает ее лапать… А Коля, которого она, в общем-то, и хотела, был там — за маминой дверью, из-за которой каждую ночь доносились звуки.

Она теперь почти не спала. Ложилась рано, заранее сняв ночнушку и старательно прикидываясь спящей. Прислушивалась к каждому шороху в комнате, как наяву представляя себе все… вот Коля раздевается, вот заскрипела кровать — он ложится, поворачивается к маме, обнимает ее. Рука скользит по груди и ниже, гладит бугорок, раздвигает губки… мама начинает постанывать, и тогда — тяжелый скрип кровати — Коля раздвигает маме ноги, приближает свой член к ее щелке и начинает совать… туда-сюда, туда-сюда… мама двигает задом навстречу члену, часто дышит, постанывая… на этом Танюшка обычно не выдерживала и кончала, судорожно зажав ладонью свою истекающую слизью письку. А за дверью еще минут десять стонали и охали, пока, наконец, кровать не начинала быстро-быстро скрипеть, и вот — хриплый колин стон и тишина.

Войдя во вкус, она дрочила себя теперь по два-три раза в день — каждый вечер под аккомпанемент скрипа кровати, иногда, в выходной — утром, и в ванной — под душем просто так, сверху, и лежа в ванне — жестко, со свечкой. Со свечкой было больнее, но неизмеримо блаженнее. Через месяц интенсивного онанизма она уже ощущала, что не может без этого жить. Теперь она понимала, почему у Коли с мамой ЭТО каждый день…

На 8 марта в школе устроили дискотеку. Обычно она не ходила — говоря подругам, что скучно, однако на самом деле просто не зная, как себя вести, и смертельно стесняясь своей торчащей острой груди и того, что на нее будут смотреть. Однако сейчас она сама, без уговоров подруг, вдруг собралась и пошла. До школы было недалеко, и она, втихушку от мамы, натянула поверх трусиков только капроновые колготки. Надела лифчик — хотя и не любила его — полупрозрачную блузку и сверху — кофточку. Накинула шубку и поскакала — краснея и бледнея, но делая вид, что дискотека для нее — обычное дело.

Первый час она не решалась — торчала с подругами около стенки, искоса поглядывая на то скачущих в шейке пацанов и девчонок, то кружащиеся под «медленный» пары. А потом, вдруг решившись, под заводной Бони-М влезла в круг «своих» и забыла про все, отдавшись ритму. У всех дискотек есть один недостаток — они кончаются как раз тогда, когда все начинается. За пол-часа до конца ее вдруг пригласил девятиклассник — пригласил на медленный танец как раз тогда, когда она привычно, только заслышав первые аккорды, пошла к своему месту у стенки. Еще дома она решила ни с кем не танцевать — она не знала, как себя при этом вести, да и подвыпивших парней на дискотеке хватало. Но тут она просто не успела сообразить, что ответить — невиданное дело, чтобы такую шпану приглашали взрослые парни. Она даже не знала, как его зовут — знала только, что он отличник и какой-то комсомольский деятель.

Она не успела опомниться, как он обнял ее за пояс, прижал к себе — и она только успела вспомнить, как мама учила ее переставлять ноги. Впрочем через минуту она успокоилась — водкой от парня не несло, вел он ее хорошо, можно было ни о чем не думать, слушать музыку… и вдруг ее как током дернуло. Ведь ее держит за талию — впрочем, руки уже сползли на попу — и прижимает к себе живой парень! С мышцами, руками, членом! Она даже сбилась с ритма, и сразу ощутила, что ее грудь прижимается к его груди, соски ходят под блузкой, а ее чуть поросший волосками бугорок и живот прижимается к ощутимой выпуклости на штанах пацана! Ей чуть не стало плохо. Она даже не расслышала сразу, что он что-то говорит ей на ухо. От его шепота у нее даже мурашки побежали по спине, и возбуждение поползло вниз, к щелке… Она не осознавала, что крепко обнимает его за плечи и плотно прижимается к его животу… и вдруг почувствовала, как его бугорок начинает увеличиваться… начинает упираться ей в живот, тереться о ее холмик… Музыка закончилась, и покрасневший парень проводил ее до того места, где приглашал. Однако в зале находиться она не могла. Ей нужно было отдышаться и привести мысли в порядок. Она вышла в коридор и зашла в туалет. Там стояли три дылды из десятого и курили. Увидев ее, они замолчали и демонстративно на нее уставились. Танюшка не стала дожидаться наезда и ретировалась. Оставался любимый закуток около столовой — место, куда она пряталась, чтобы поплакать по поводу двойки или подтянуть колготки.

В закутке никого не было. Она села на подоконник и впервые в жизни пожалела, что не курит — ей было нужно что-то, чтобы отвлечься. Можно было подрочить, но она боялась, что кто-нибудь зайдет.

Думать по поводу того, что произошло, было бесполезно — будет еще непонятнее. Лучше было думать о Коле. Она представила, что танцевала с ним, и ей сразу стало приятно на душе. Немного успокоившись, она решила больше не танцевать, и пошла к выходу из закутка. И столкнулась нос к носу с парнем — в темноте было не видно, с кем. Было видно только, что парень большой — класса из десятого. — Ого, какой подарок — сказал парень, и она почувствовала запах водки. — Кто там? — спросили за его спиной. — Да девка сидит, нас ждет.

Танюшка испугалась и дернулась к выходу — и почувствовала, как ее грубо и решительно схватили за грудь. — Пусти — она попыталась вырваться, но ее толкнули обратно к окну. — Пикнешь — морду набью — сказал второй, и по контурам его лица в лунном свете она поняла, что такой может. Луна светила плохо и она никак не могла понять, что это за парни. Если из школы, то пошутят и отпустят, но если чужие — тут можно ждать чего угодно. Тем временем второй, толстый, встал поперек прохода, а первый, с которым она столкнулась, придвинулся в ней, прижал к подоконнику и начал шарить по ее груди. Если бы не запах спиртного, ей было бы даже приятно… ей и сейчас было приятно, только очень страшно.

— Не дергайся, и мы тебе ничего плохого не сделаем — пообещал первый.

— В рот возьмешь по разу и вали — хохотнул второй. Она не поняла, что он имеет в виду, но было ясно, что просто так открутиться не удастся. Кричать ей тоже не хотелось — пацаны скажут, что шутили, а про нее до конца школы будет треп. Да и в самом деле могут по лицу двинут — ходи потом с фингалом. Тем временем рука первого скользнула вниз, и он начал гладить ее бедра. Она инстинктивно сдвинула ноги, однако парень успел поставить свое колено между ее бедер. Он по-хозяйски ощупал ее попу, погладил живот и вдруг, оттянув резинку колготок и трусиков, запустил руку между ног. Она не успела опомниться, как его ладонь легла ей на письку. Она только ахнула и попыталась отстраниться, но сзади был подоконник.