Тёмная физика (четыре тома под одной обложкой) - Олег Мамин

Трепыхался он, впрочем, недолго - лодку тянуло вниз, она погрузилась в лес, и наконец Том расслабился. Люди. Несмотря на то, что его встречали неласково, это лучше, чем быть утащенным в подземный мир местным божком. Почему-то в такую возможность он верил после общения с шаманами. Пусть это не всемогущий бог, как его понимают европейцы или те же древние греки, но всё-таки истории о могучих существах здесь, в Новом Свете, не имели легендарного статуса, хотя часто начинались со слов "дед моего деда сам видел".

Пленители Тома выглядели как типичные нагвали из легенд: головы украшали неподобающие для густых лесов очень пышные и растрепанные волосы, прикрытые не менее внушительными головными уборами из перьев и шкур - у одного даже что-то вроде маски ягуара, но с открытым лицом, вроде шапки. Каждый нёс совсем уж неуместный золотой щит. Это какая же тяжесть-то! Успел заметить и кроваво-красные сандалии - то есть весь набор отличительных признаков злодеев-ацтеков, которых не должно существовать вот уже несколько сотен лет.

Последнее, что он заметил, что именно эти щиты и создавали чудесную сеть - каждый выпускал ниточку бесконечной длины, а, значит, кроме тех пятерых, что стоят рядом, должны быть и другие волшебники-жрецы где-то поблизости. Или это ему от неожиданности сеть показалась бесконечной, или, возможно, есть и стационарные версии этих артефактов, способных работать не только в руках нагвалей.

Не произнося ни слова, во вторженца отправили несколько заклинаний, силы которых хватило бы на то, чтобы завалить дракона. Не только местного пятиметрового карлика, но и какого-нибудь его гигантского родственника. Только вот Том не дракон. Хоть и не обладает способностью отражать магию, как волшебные существо вроде того же дракона, но всё-таки кое-что придумал для самозащиты в таких ситуациях - заклинания можно искажать, отражать и перенаправлять.

Вместо Тома упал один из нагуалей, но его коллеги не показали ни капли смущения или удивления. Лишь глянули с укоризной и сожалением, а потом по затылку Тома пришёлся мощный удар дубиной. Правда, усиленное тело подвело в этот раз: хоть Том и притворился, что потерял сознание, но опытных людоловов это не обмануло. Они принялись дубасить обездвиженного пленника до тех пор, пока он действительно не отключился.

***

Очнулся Том гораздо раньше, чем ожидали его пленители - когда он заворочался, от неожиданности они даже уронили его, всё так же окутанного магическими нитями. Упал без ушибов, как на перину - те же нити смягчили удар до состояния "это могло бы быть забавно, если бы не сотрясение мозга". К счастью, местная версия инкарцеро не помешала рвотным массам вытечь в траву. Обычное дело при сотрясении.

Довольно интересно, что всё происходило в полном безмолвии - видимо, охотники привыкли не болтать во время работы и отлично контролировали себя - даже немой испуг, который читался в глазах, смотрелся довольно неестественно. Будь на месте этого краснокожего здоровяка европеец, обязательно бы ойкнул, ведь эмоциями от него полыхнуло очень неслабо. Правда, больше в них было удивления, а не испуга. По мнению индейцев пленник не должен был "проснуться" ещё долго.

А на втором месте в коктейле расположилась жадность с примесью сожаления - здоровяку приглянулся один из амулетов Тома. Как он его почуял - загадка, ведь будучи спелёнатым, он так и остался на шнурке, прижатым к телу под одежной. Но индеец о нём знал и сожалел, что не сможет ограбить сам лично. Когда вернутся в поселение, жертву передадут другим людям. Именно в качестве жертвы Тома Риддла, Лорда Волдеморта, тащили в сокрытое поселение потомков ацтеков. Те, кто его поймал - воины, а дальше им займутся жрецы.

Дав возможность освободиться от еды, жертву снова подхватили аналогом мобиликорпуса и потащили к поселению. Хотя нет, это всё то же управление силовыми нитями, которые и удерживают, и тащат в метре над землёй.

Посёлок оказался многолюдным, и Тома встречали с радостью и предвкушением. Многочисленная ребятня прыгала за храбрыми воинами, идущими с гордым видом, и предвкушала как из груди белокожей жертвы вырвут сердце на вершине пирамиды.

Саму пирамиду Том тоже увидел - она возвышалась над остальным городом, где строения не превышали двух этажей. Но сказать, что она огромна - значит, солгать. Так, метров двадцать, не более. Видал Том и повыше здесь же, в джунглях. Но те были заросшими, покрытыми растительностью и дерьмом птиц и обезьян, а эта чистая и выбеленная известью и украшенная охрой.

А дальше выдался шанс убедиться, что у охотников есть языки и они не немые: жертву передали из рук в руки жрецам, при этом доложили о его способности отражать заклинания и недюжинной силе. Правда, Том речи не понимал, он читал отголоски мыслей.

Жрец обрадовался, видимо, посчитал, что такая жертва будет более угодна богам, чем прочие. Да, были и прочие - уже очень скоро Том с ними познакомился, когда его бросили в каменный мешок: яму, примерно пяти метров глубиной. Несмотря на высоту, сверху она закрывалась достаточно плотной решёткой из ржавого металла. А ещё имелась металлическая дверь, не менее ржавая. Так проще доставать пленников при необходимости. Только вот новичку было не до этих подробностей, он их даже не заметил: пленника именно что бросили, а не спустили, от чего Том вновь начал блевать, но уже желчью, потому как пищи в нём не осталось. Сотрясение мозга опять дало о себе знать.

К нему тут же подскочила женщина, что-то залопотавшая на испанском - Том его понимал неплохо, но в его нынешнем состоянии он не мог понять ничего в принципе. Какой-то мужчина её одёрнул, сказав что-то резкое, но она только огрызнулась. Когда же из кольца появилась лечебная пилюля, то вместо того, чтобы дать её больному начала истово креститься и обращаться к Деве Марии. Делала она это убегая в угол, из которого ею командовал мужчина.

У счастью, таблетка упала в рвотные массы - это не так плохо, чем если бы попала на засранный веками пол. Путы постепенно таяли, как сахар, попавший в воду. Уже через пару минут рот стал свободным, но вот чтобы пошевелить рукой, потребовалась ещё четверть часа.

Таблетку он не стал есть, достал новую, а старую втоптал в грязь, чтобы не досталась никому.

Эффект наступит нескоро и волшебник отошёл к противоположной