Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

начальником этой охраны. Вы отвечаете своей жизнью за то, что выполните мое обещание, Розалес. Конечно, если какие-нибудь там головорезы из шайки Виллы нападут на вас во время дороги, и, несмотря на вашу доблестную защиту, янки и Мигуэль будут сражены пулями вилластанцев, это уже будет не ваша вина! Это будет очень прискорбный случай, но кто, в самом деле, сможет обвинить вас, который защищал их, рискуя своей жизнью и жизнью своих людей? Розалес, если бы такая вещь случилась, я не мог бы иначе выразить свою благодарность, как сделав вас полковником.

— Я буду защищать их ценой жизни, генерал! — воскликнул бравый Розалес.

— Прекрасно! — заключил Пезита. — Это все, что я хотел вам сказать.

Розалес низко поклонился и направился обратно к компании под деревом.

— Ах, капитан! — остановил его снова Пезита. — Вот что еще: передайте, пожалуйста, другим господам офицерам, что незнакомец из Грэндавеню — капитан и что я желаю, чтобы с ним хорошо обращались, но не слишком много болтали ему о нашем священном деле освобождения несчастной, истекающей кровью Мексики.

Розалес снова молча склонился.

Билли застал Бриджа и Мигуэля сидящими на земле. Неподалеку от них стояли два оборванных повстанца с ружьями. Стража не препятствовала Билли приблизиться к пленникам, но по-видимому была страшно изумлена тем, что этот иностранец свободно разгуливает по лагерю.

Билли уселся рядом с Бриджем и так и затрясся от хохота.

— С чего это вы обрадовались? — спросил Бридж. — Нас повесят вместо того, чтобы расстрелять, что ли?

— Нет! Ни то, ни другое, — проговорил, задыхаясь от смеха, Билли. Верите ли, я произведен в капитаны! Что вы на это скажете?

Он объяснил все, что произошло между Пезитой и им. Бридж и Мигуэль жадно прислушивались к каждому его слову.

— Я думал, что это единственный выход для нас, — сказал наконец Билли серьезно. — Положение наше было хуже, чем я предполагал вначале. Я сперва не соглашался оставаться у него в капитанах без того, чтобы он взял и вас, но о вас он и слушать не захотел. Он, видите ли, ненавидит всех американцев… И здоровую же шутку вы откололи Бридж, когда уверили этого олуха, что я из какой-то заграничной местности, называемой «Грэндавеню»! Он все-таки сказал мне, что, если я не буду ему служить, он укокошит нас всех.

— А как же насчет козыря, про который вы мне рассказывали? — спросил Бридж.

— Он все еще тут, — и Билли с любовью нащупал что-то твердое в левом кармане. — Но, бог ты мой! Что мог бы я сделать с ним против целой шайки? Мне удалось бы пристрелить нескольких, но в конце концов они бы нас все равно одолели. Нет, этот выход лучше, хотя мне очень не хочется расставаться с вами, дружище.

Он замолчал и уставился в землю. Бридж слегка вздохнул и прокашлялся.

— Я всегда желал провести год в Рио, — сказал он, — Мы встретимся там, Билли, когда вы сможете отсюда удрать.

— Пусть так и будет, — согласился Байрн. — При первой возможности мы встретимся в Рио. Пезита обещал отпустить вас на свободу завтра утром и послать вас под надежной охраной: Мигуэля — в его поганую хибарку, а вас — в Эль-Оробо-ранчо. Мне кажется, этот старый хрыч уж не так плох в конце концов, как о нем думают.

Мигуэль насторожил уши при слове «охрана». Он наклонился вперед и прошептал:

— Кто будет командовать охраной?

— Не знаю, — сказал Билли. — Да и не все ли равно, кто?

— Совсем не все равно; это означает жизнь или смерть для вашего друга и для меня, — сказал Мигуэль. — Нет никакой причины давать мне охрану. Я знаю местность до самого Чигуагуа не хуже Пезиты и его головорезов и всю жизнь ездил без всякого конвоя! Конечно, с вашим другом дело обстоит иначе. Для него может быть и хорошо, если его будут сопровождать до Эль-Оробо. Возможно, что за этим ничего не кроется, но нужно обязательно разузнать, кто командует конвоем. Я хорошо знаю Пезиту и его приемы. Если с нами завтра утром выедет Розалес, то вы можете навсегда попрощаться с вашим другом. Вы его никогда не увидите ни в Рио, ни в другом каком месте. И он и я — мы оба будем убиты еще до полудня.

— Почему ты так думаешь, любезный? — спросил Билли.

— Я не думаю, сеньор, — ответил Мигуэль с достоинством, — я знаю.

— Ладно! — сказал Билли, — подождем и увидим.

— Если вы узнаете, что назначен Розалес, не говорите им ничего, поспешил предупредить его Мигуэль. — Это все равно ни к чему не поведет. Предупредите нас только, чтобы мы были настороже, да, если возможно, достаньте нам парочку револьверов. В таком случае…

Он не договорил, но слабая улыбка искривила его губы.

В это время к ним подошел ординарец и объявил, что они больше не пленники и могут свободно ходить по лагерю.

— Но, — заключил он, — генерал требует, чтобы вы не переходили границ лагеря. В окрестных горах много отчаянных разбойников. Генерал опасается за вашу безопасность, так как теперь вы его гости.

Солдат говорил по-испански, и Бридж должен был переводить его слова Байрну, который сам понял только часть разговора.

— Спросите вы его, — сказал Билли, — относится ли это дурацкое распоряжение и ко мне?

— Он говорит, что нет, — ответил Бридж после того, как расспросил солдата. — Капитан пользуется полной свободой, как и прочие офицеры. Таково приказание Пезиты.

Билли встал.

— Ну, пока до свидания, дружище! — сказал он. — Если я хочу помочь вам и Мигуэлю, то чем меньше я буду торчать с вами, тем будет лучше. Пойду к мексиканцам и буду учиться сидеть на корточках, как эти черномазые обезьяны.

— Прощайте, Билли! Помните Рио! — сказал Бридж.