'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

в эту тьму. Сорган Шира не наводнила ее разум образами, а наоборот – поглотила ее воспоминания. Те закружились перед глазами – обрывки картин, которые Рин предпочла бы закопать поглубже. Она стоит посреди океана огня, падает ничком в темные воды, опускается на колени перед Алтаном, а из ее рта хлещет кровь.

А надо всем этим нависала Печать.

И увеличивалась в размерах. Стала уже в три раза больше, чем в последний раз, когда ее видела Рин, гипнотически переливалась разными цветами, вращалась и пульсировала в ритме сердцебиения, превращалась в иероглиф, который по-прежнему не поддавался расшифровке.

Рин чувствовала присутствие Дацзы внутри Печати – тошнотворное, прилипчивое и обольстительное. Раздался шорох, словно Дацзы шептала что-то в ухо, давала заманчивые обещания.

«Я заберу тебя отсюда. Дам тебе все, чего ты хочешь. Верну его тебе».

«Только сдайся».

– Вот оно что, – пробормотала Сорган Шира.

Рин промолчала.

Сорган Шира выпустила ее лицо из ладоней.

Рин упала на колени, опершись руками о твердую землю. Солнце над головой кружилось.

Она не сразу поняла, что Сорган Шира смеется.

– Она тебя боится, – прошептала Сорган Шира. – Су Дацзы тебя боится.

– Не понимаю…

– Это все меняет.

Сорган Шира пролаяла приказ. Стоящие подле Рин всадники подхватили ее за руки и подняли.

– Что вы делаете? – Рин попыталась вырваться. – Вы не можете меня убить, я вам нужна…

– Ох, дитя. Мы тебя не убьем. – Сорган Шира похлопала Рин по щеке. – Мы тебя исцелим.

Глава 22

Кетрейды привязали Рин к дереву, хотя на сей раз не так крепко. Руки не завели назад, а ноги оставили свободными.

С растянутой лодыжкой она все равно не смогла бы далеко убежать. От усталости все тело ныло, голова кружилась, а перед глазами плыл туман. Она привалилась спиной к дереву и закрыла глаза. Рин уже и не помнила, когда в последний раз ела.

– Чем это они занимаются? – спросил Катай.

Рин с трудом сфокусировала зрение на поляне. Кетрейды собирали деревянные слеги в подобие сетчатого купола, под которым поместились бы двое. Завершив работу, они накинули на сооружение толстые одеяла.

Потом кетрейды подкинули дров в жалкий костер, и он заполыхал, языки пламени взвились выше головы Сорган Ширы. Два всадника принесли с берега груду камней размером с человеческую голову и один за другим сложили в костер.

– Это чтобы пропотеть, – объяснил Чахан. – Вот для чего камни. Ты войдешь в юрту вместе с Сорган Широй, внутрь положат раскаленные камни и плеснут на них воды. Юрта наполнится паром, а температура поднимется, так что едва можно будет терпеть.

– Меня собираются сварить на пару как рыбу, – сказала Рин.

– Это рискованно. Но только так можно избавиться от Печати. Дацзы впрыснула в тебя что-то вроде яда. Со временем он разъест твое сознание и повредит рассудок.

Рин встревоженно заморгала.

– Ты должен был мне сказать!

– Вряд ли стоило тебя пугать, если я ничего не мог поделать.

– Ты не собирался сообщать, что я схожу с ума?

– Ты бы и сама заметила.

– Ненавижу тебя, – сказала Рин.

– Успокойся. Вместе с потом из твоего тела выйдет и яд. – Чахан помолчал. – Ну, во всяком случае, это самая верная возможность. Получается не всегда.

– Оптимистично, – заметил Катай.

Чахан пожал плечами.

– Если не получится, Сорган Шира избавит тебя от страданий.

– Как мило с ее стороны, – пробурчала Рин.

– Она сделает это быстро, – заверила Кара. – Перережет артерии, ты даже ничего не почувствуешь. Она уже занималась этим раньше.

– Идти можешь? – спросила Сорган Шира.

Рин дернулась и проснулась. Она не помнила, как задремала. Она так устала, тело словно придавили камнями.

Она сморгнула с глаз сон и огляделась. Она лежала на земле, свернувшись калачиком. К счастью, кто-то развязал ей руки. Рин села и потянулась.

– Идти сможешь? – повторила вопрос Сорган Шира.

Рин пошевелила ногой. Та немедленно отозвалась резкой болью.

– Вряд ли.

– Бектер, – позвала Сорган Шира, – подними ее.

Бектер с явным недовольством опустил взгляд на Рин.

– Я тоже тебя ненавижу, – сказала она.

Рин была уверена, что он ее ударит. Но приказ Сорган Ширы, видимо, был законом, потому что Бектер молча опустился на колени, поднял Рин на руки и перенес в юрту. Он не старался быть поаккуратней. Рин кое-как болталась в его руках, больная лодыжка ударилась о вход в юрту, когда Бектер затаскивал Рин внутрь.

Она прикусила губу, чтобы не закричать от боли и не доставить ему удовольствия. Все так же молча Бектер закрыл полог.

Внутри юрты была кромешная тьма. Кетрейды накрыли каркас несколькими слоями одеял, и ни один луч света не проникал внутрь.

Воздух был холодным, тихим и спокойным, как в недрах пещеры. Если бы Рин не знала, где она, то решила бы, что стены каменные. Она медленно выдохнула, прислушиваясь к собственному дыханию в пустом пространстве.

Сорган Шира откинула полог, и юрту затопил свет. В одной руке она несла ведро с водой, а в другой черпак.

– Ложись, – велела она. – Как можно ближе к стене.

– Зачем?

– Чтобы ты не упала на камни, когда потеряешь сознание.

Рин свернулась в уголке, прислонившись спиной к упругой ткани, и прижалась щекой к холодной земле. Полог закрылся. Рин услышала, как Сорган Шира проползла по юрте и села рядом.

– Готова? – спросила Сорган Шира.

– А у меня есть выбор?

– Нет. Но ты должна мысленно подготовиться. Если ты напугана, все может плохо кончиться. – Потом Сорган Шира обратилась к кому-то снаружи: – Первый камень.

Через полог просунули лопату с единственным раскаленным докрасна камнем. Человек скинул камень на глиняный пол юрты, вытащил лопату и задернул полог.

В полной темноте Рин услышала, как Сорган Шира окунает черпак в воду.

– Да услышат боги наши молитвы.

Она плеснула воду на камень, и юрта наполнилась громким шипением.

– Да исполнят они наши желания.

В нос Рин ударила волна пара, и ей захотелось чихнуть.

– Да очистят они наши глаза, чтобы мы могли узреть, – сказала Сорган Шира. – Второй камень.

Всадник кинул на глиняный пол второй камень. Снова раздались плеск и шипение. Пар стал гуще и горячее.

– Да наделят нас боги ушами, чтобы слышать их голоса.

В голове у Рин уже шумело. В грудь когтями впилась паника. Рин едва могла дышать. И хотя воздух проникал в легкие, ей все равно казалось, будто она тонет. Лежать она больше не могла. Рин скребла ткань юрты, отчаянно пытаясь сделать хоть глоток холодного воздуха… Но пар обволакивал ее лицо, каждая клеточка тела горела, она варилась заживо.

А камни все приносили и приносили