Марш Обреченных. Финал - Вадим Климовской

— Ого-онь!

Стрелы полетели, несся смерть.

— В рассыпную! — заорал архимаг.

Земан слету врезался в полуоткрытую дверь, толкая впереди растерявшуюся до без памяти Сиэлу, графиня опрокинула стулья и, поскользнувшись, съехала под массивный стол. Земан плюясь и ругаясь, обежал заставленный креслами проход и залег за громоздким, невероятных размеров шкафом. Время остановилось для них, они прислушивались…

Пальба из луков прекратилась, понеслась схватка в рукопашную, докатывались отзвуки магических ударов, в коридоре творилось, Аллон знает что?

Истеричные всхлипы Сиэлы вывели его из ступора.

— Сиэла успокойтесь! Не паникуйте…

— Ронан! Ронан, вы здесь?

Он присел: в дверном проеме на корточках сжался Кольтан.

— Здесь…

— Давайте сюда — мы поймали Гарста!

— А Хорвут?

Кольтан помедлил.

— Сукин сын спустился по портьере на балкон первого этажа и бросился бежать!..

— Его нужно догнать! — вскричал граф.

— Разумеется.

Земан помог подвестись Сиэле, на ней мундир висел подранный и пропален. Правого рукава почти нет — изорванная латка.

— Я дам вам плащ, графиня, — распорядился Кольтан, лицо его еще больше ввалилось и почернело от копоти. "Ерш" в руках представлял обугленную палицу, Ронан с видимой опаской покосился на сверхмощный артефакт, — да, если бы не "ерши" исход сражений трудно было бы и представить!

Они выбрались в коридор, и Сиэла зажала рот рукой, чтобы не закричать: десятка два трупов. Люди снова принесли в Эльсдар смерть!

Земан очумело всматривался в бледно-мертвые лица наемников и солдат, которых настигли стрелы противника.

Четверо магов помогали раненым.

Дальше они ступили в черту отгремевшего боя: абсолютно развороченный этаж, заваленные стены и проломы, в одном из таких вывороченных наизнанку кабинетов, Ронан и увидел двоих старших чародеев, державших под прицелом тройку пленных. Еще двое лежали мешками на полу, заваленные обломками стульев, обгорелыми шкафными досками и обрывками портьер. Вокруг стоял удушливый чад, что-то едкое горело и чадило, и Земан не мог определить сразу что? Сиэла закашлялась, увидела пленников и посторонилась назад.

— Кляп! Дайте ему говорить!

Один из чародеев подскочил к пленному в офицерской униформе, без видимых различий.

— Возьмите его на прицел!

Конвар Гарст закашлялся, стреляя по сторонам исподлоба.

Скользкий тип!

— Куда бежит твой хозяин?

Пленник поднял подбородок, Ронан всмотрелся в острые черты лица, такой же наглец, как и эльфийские выродки.

— Куда бежит Хорвут? — более грозно повторил вопрос Кольтан.

Ядовитая улыбочка. Насмешка.

Архимаг с неимоверной быстротой взвел "ерш" и узкой молнией выжиг в груди Гарста навылет пробоину, спеченную по краям, тело мейстера влетело в роскошный гарнитур, чудом, выдержавший до этого скоротечный бой, Гарст спиною сминал и ломал все подряд, а Сиэла пронзительно кричала, отвернувшись. Ронан не успел толком испугаться, лишь судорожно захлопнул рот — это война!

— С него толку… — Кольтан смерил жестко остальных пленников колючими, беспощадными глазами, махнул рукой. — Вниз! За Хорвутом, а то еще уйдет собака!

— А с этими что делать? — вопросил один из высших.

Сиэла и Ронан напряглись, предчувствуя бойню.

— Что-что — да ничего! Оставьте их здесь, больно они теперь нам надо!..

Чародеи потянулись к выходу. Ронан с ошарашенным изумлением поспешил за ними, поражаясь и удивляясь чародейским характерам.

Уже в саду, у фасада дворца, его левого крыла, они взяли след Хорвута и потянулись вереницей за беглецом, сокращая дистанцию до жертвы, добыча уходила в сторону барьера…

— С ума сойти, сколько костров!

Ирвин прищурившись от ветра, посмотрела в указанном направлении, действительно — настоящий шабаш. Ведьминское пиршество!

— Это еще что, — хмыкнул скакавший рядом пристав Садорский, — я представляю, сколько шатров и солдат будет, если прибудет ваш отец, ваша милость.

— Что они здесь делают? Чего ждут? — вмешалась занервничавшая Оливия.

Ирвин в глубине передернуло: а то ты не знаешь?

За нее ответил Вевож.

— Вся провинция Королевства съехалась, за отпрысков своих переживают. Слухи расползлись до самого Свергилля. Ждут когда его светлость, герцог Альвинский поведет войска на приступ.

На этот раз не только одну Ирвин, но и Оливию передернуло в седле, что за бред, ведь загодя известно, что горы неприступны, объяты магическим полотном, велась разведка, пытались связаться с хоть одним караулом в Кишке Змеи — все безрезультатно. Так зачем идти на неоправданные риски? Совать нос туда, куда не следует?

Ирвин постаралась не поднимать этой скользкой темы и ставить под сомнения чью-то бахвальную храбрость, сейчас стояла на очереди совсем другая задача: добраться до отца. Связаться с его свитой и встретиться с ними где-то на полдороги, перехватить до того, как властитель севера совершит серьезную ошибку. Жаль, с ними нет Шоста, очень жаль что паренек, на которого они оставили Себастьяна, остался в Лисьем лугу, но ничего не поделаешь, полукровку опасно оставлять без надзора, еще чего худого натворит, ненароком прибьет кого. А Сауж с Яжиком скорые на расправу, дай только повода.

— Стой! Стой, кому говорю, а то стрелять будем! — из придорожных кустов показались две головы в рогатых шлемах.

— О, глядите-ка, дружина Ставина, и он тут как тут, жучара! — в полуголос крякнул Модерик.

Да ей хоть целая свита с Академии, лучше б и дальше торчали по домам, подальше от чужих хозяйств, не лезли туда, куда их не просят.

— Чего молчите, стрелять будем, не слышите вопроса милсдари хорошие, ась?

— Дурья твоя башка, самострелы опустите книзу… и рогатки тоже! Куда, дураки, целитесь? Не видите графских гербов? Или хочешь, морда, чтоб тебя мой оруженосец ножнами отстегал? — взъярился Модерик.

Вот так — по столичному, по аристократски! С изысканным соусом!

— Виноват, милсдарь Модерик, сразу и не разглядели…

— Ща у меня углядишь!

— Спокойнее граф, мы сюда не за дисциплиной гоняться приехали, а по делу, не забыли? — вмешалась, наконец, уставшая от своеволия и показухи Ирвин. Оливия скромно молчала, ее титул позволял лишь прислушиваться к разговорам и внимать, графам она не судья.

— Виноват, ваша милость.

— Эй, сторожевые, зовите командира! — распорядился между перебранкой пристав Садорский, слезая с жеребца.

В темнеющем сумраке захрустели ветки, замелькали факелы, перекликались караульные, поднялась легкая суматоха у костров. Ирвин с Оливией спешились. Залязгала сбруя, залаяли по очереди сторожевые псы, притихли трескучие цикады. Ирвин втянула носом воздух: запах свеж и узнаваем, запах дома, не столичных конечно стен резиденции, а древних стен храма, в котором до изнурения мастера заставляли тренировать мышцы и кости. Учили до полубреда управляться с внутренней силой.