За тебя, Родина! - Илья83

Скажи… скажи что я сижу в кустах и размышляю о смысле жизни… — усмехнулся Гюнтер, знаком подзывая к себе связного мотоциклиста. — Да, и узнай где именно остановилась наша санитарная рота.

— Слушаюсь, командир! — преувеличенно чётко козырнул Зигель, не сумев подавить улыбку. Вот засранец, всё уже понял! Ну ничего не утаить! Да и хрен с ним!

На то чтобы передать полномочия и узнать где расположились медики ушло меньше пяти минут и совсем скоро Шольке мчался в коляске тарахтящего мотоцикла обратно, на юго-восток, держа в руке незатейливый букетик полевых цветов, сорванных недалеко от обочины. Пока они ехали мимо большой колонны техники и спешившихся эсэсовцев Гюнтер чувствовал как в нём всё горит от нетерпения поскорее увидеть Лауру. Это настоящая мука, находиться так близко и не иметь возможности даже сказать друг другу пару слов! Если про его отлучку узнает Зепп то может взгреть… да ничего, как-нибудь отболтается, в конце концов это его не самый сильный залёт по сравнению с тем что он натворил в Вадленкуре.

Ещё через десять минут мотоцикл свернул в сторону небольшой придорожной рощи, под сенью которых приткнулись медицинские автобусы и грузовики, выделяющиеся своими огромными красными крестами. Гюнтер слез на землю приказал водителю далеко не отлучаться и ждать его, а сам пошёл вдоль колонны, пристально всматриваясь в окна машин, из которых как раз выходили наружу санитары, врачи и медсёстры… Да где же она? Не она… и эта тоже… о, кажется… Точно, она!

Перейдя на быстрый шаг Шольке быстро оказался позади отлично знакомой фигуры, идущей вместе с какой-то подругой вглубь рощи. И этот родной голос, ласкающий слух…

— … Ох, Марта, как я не завидую твоему будущему мужу! — покачала головой Лаура, не замечая подкрадывающегося эсэсовца.

— Почему это⁈ — с недоумённо-обиженными нотками в голосе ответила девушка по имени Марта.

— Да потому что он с ума сойдёт от твоей болтовни! — прыснула от смеха его любимая, весело глянув на подругу. — Послушает день, потом другой, а на третий пойдёт и повесится… или застрелится… со свёрнутыми в трубочку ушами… ха-ха-ха!

— Да ну тебя, Лаура! — легонько толкнула её Марта. — И вовсе я не болтушка, скажешь тоже… Просто не люблю молчать когда есть что сказать, вот и всё…

Гюнтер как раз подобрался поближе и, резко обхватив её за талию, грозно зарычал:

— Рррр!

— Ааааа!!! — вздрогнув, пронзительно взвизгнула Лаура на всю рощу, не меньше.

Её тут же поддержала подруга, истошно завизжав так что у Шольке на миг зазвенело в голове. Но он сумел удержать свою девушку, хмелея от до боли знакомого запаха её пышных волос. Родная женщина сумела извернуться в его объятиях и снова закричала, только уже от радости.

— Гюнтер!!!

А потом эсэсовец ощутил себя опутанным настоящей гибкой лианой, к тому же присосавшейся к его губам жадным поцелуем… На пару минут он забыл обо всём что вокруг них происходит, крепко сжимая гибкое тело Лауры, и малость пришёл в себя только от весёлого голоса её подруги:

— Так это и есть твой парень? Тогда согласна, тут ещё неизвестно кто красивее, он или Пайпер…

Гюнтер с трудом смог оторваться от жарких губ любимой и мельком взглянул на другую медсестру. Довольно симпатичная девица. Конечно, его Лаура намного красивей но и эта явно не дурнушка. Стройная, чуть выше «Цветочка», смешливые глаза, пухлые губки, прядь волос из-под медицинской шапочки.

— Ой… Прости, я забыла вас представить… — чуть смутилась Лаура, повернув к ней вспыхнувшее лицо но по-прежнему не собираясь освобождаться от его объятий. — Гюнтер, это моя подруга Марта. Марта, а мой самый любимый мужчина на свете, оберштурмфюрер Шольке, тот самый.

— Да-да, я запомнила, ты мне о нём все уши прожужжала! — рассмеялась та, искоса оглядывая Гюнтера. — Признаю, он у тебя очень колоритный мужчина!

Шольке, тем временем, продолжая прижиматься к своей любимой, ощутил как его основной орган, долгое время находящийся в спячке, тут же проснулся и начал действовать. Хорошо что Лаура стояла между ними и эта Марта не видела стояк, грозящий вырваться из его штанов, иначе шутки по этому поводу были бы обеспечены. Любимая тоже почувствовала упирающийся ей в попку член и густо покраснела, умоляюще взглянув на него. Рассудок начало заволакивать всесокрушающей похотью, грозя опрокинуть все преграды, поэтому Гюнтер взглянул на другую медсестру и попросил:

— Извините, Марта, у меня мало времени и я бы хотел поговорить с Лаурой наедине.

— О, конечно, я понимаю… — лукаво усмехнулась та, стрельнув на подругу взглядом. — Хорошо, тогда пойду обратно и не буду мешать. Дорогая, не задерживайся слишком долго, иначе мы уедем без тебя!

С этими словами Марта развернулась к ним спиной и направилась в сторону дороги. Через несколько секунд лишь отдалённый шорох листьев выдавал её движения за стеной кустов и деревьев.

— Ммм… моя любимая… — шептал он, зарывшись лицом в пышные волосы Лауры и теряя голову от близости девушки. — Я так скучал по тебе, милая! Люблю тебя! Обожаю…

— Я тоже, любимый! Гюнтер… я хочу… ммм… — закончить свою мысль медсестра так и не смогла, потому что Шольке буквально впечатал свои губы в её, с жадностью сминая их и атакуя языком. Руки метались по всему женскому телу, пытаясь уделить внимание упругой попке и нежным грудям. Чёртово медицинское платье скрывало все прелести девушки и Гюнтер, ощущая как налитый член рвётся на свободу, одной рукой стал лихорадочно задирать длинный подол, пока другая сражалась с пуговицами на вороте. Война, Гитлер, Алекс, жизнь и смерть… всё это сейчас не имело ни малейшего значения! Только он и она!

Из горла Лауры вырвался приглушенный стон когда его настырная рука проникла в трусики и провела по лобку длинным пальцем. Там уже было влажно, показав что организм девушки готов принять своего мужчину. Оторвавшись от губ Гюнтер чуть нагнулся и начал хаотично целовать её шею, медленно спускаясь вниз, где из распахнутого ворота показались верхние половинки налитой женской плоти. Ноздри с шумом втянули запах молодого тела от грудей и член стал ещё твёрже, хотя Шольке был уверен что это невозможно. Проклятье, да он сейчас им танк насквозь просадит, таким кумулятивом! Наконец, его мозг, затуманенный сильнейшим желанием, дал команду рукам и те, подхватив красавицу под бёдра, приподняли её, пронесли пару метров и притиснули к стволу какого-то дерева. Потом одна рука продолжала ласкать