Одинокий тролль. Дорога ярости. Путь Эскалибура - Дэвид Вебер

Возможность видеть других членов команды укрепила уверенность сэра Джорджа в том, что драконолюди находятся тут на особом положении и занимают на здешней иерархической лестнице место между бородавочниками и командой. В отличие от бородавочников драконолюди никогда не издавали ни единого звука. Конечно, англичане видели их намного реже, чем бородавочников, поскольку драконолюди не заходили в человеческий отсек после первоначальной обработки и первого баронского совета. Возможно, именно поэтому они так интересовали сэра Джорджа.

Он видел их реже, чем бородавочников, и все же встречался с ними гораздо чаще, чем его товарищи. Хотя бы один драконочеловек постоянно присутствовал в командном отсеке корабля, когда барон появлялся там, чтобы отчитаться перед демоническим шутом или получить от него очередной приказ, и он давно понял, что драконолюди не похожи на бородавочников настолько, насколько вообще могут различаться живые существа.

Бородавочники передвигались прыгающей, лягушачьей походкой, очень подходящей для их мощных, грузных тел. В них не было никакого намека на грацию, кроме того, сэру Джорджу казалось, что от них исходят эманации жестокости, словно они и вправду были полуприрученными дикарями. Словом, они были тупыми исполнителями воли демонического шута, продолжавшими ту самую тактику запугивания, начало которой тот положил, убив юного Денмора.

Драконолюди отличались от бородавочников прежде всего тем, что двигались с неизъяснимой грацией. Сэр Джордж подозревал, что физически они были сильнее, чем казались, возможно даже сильнее бородавочников, но вокруг них не было такой угрожающей ауры. И в отличие от бородавочников, носивших простые дубинки, драконолюди всегда имели при себе огненное оружие, которое убило Денмора. В то же время у него не возникало сомнений в том, что молчаливые драконолюди принадлежали к команде корабля не больше чем люди или бородавочники. Безусловно, они пользовались доверием двоеротого, но все равно оставались его слугами или даже рабами…

Охранник, стоявший за спиной демонического шута, ответил на вопросительный взгляд барона своим странно прекрасным, совершенно нечеловеческим и непостижимым серебряным взглядом.

— Как же мы можем так долго спать? — спросил сэр Джордж, отводя глаза от драконочеловека и устремляя взгляд на двоеротого.

— Я не сказал, что это будет сон. Я сказал, что вы можете считать это сном, — поправил его тот.

Как всегда, по его голосу было непонятно, раздражают его вопросы барона или он считает их вполне уместными. Как бы то ни было, сэр Джордж уже понял, что, несмотря на все свои изъяны — видит Бог, их было немало! — демонический шут не станет наказывать его за вопросы. Если он устанет от них, то просто не станет отвечать, и все. Вопросы не были признаком неповиновения, за которое двоеротый карал быстро и жестоко. Сэр Джордж был храбрым и стойким человеком, но он хорошо запомнил тот единственный раз, когда осмелился слишком долго спорить с демоническим шутом, и это воспоминание вгоняло его в холодный пот. Слово «наказание» приобрело для него новый смысл, когда трехглазая тварь коснулась хрустальной подвески у себя на шее и кости барона, казалось, превратились в раскаленное добела железо.

— Я использовал слово «сон», поскольку нет смысла пытаться объяснять вам истинную суть процесса, — продолжал двоеротый. — Я мог бы использовать множество других слов и понятий, пытаясь объяснить вам суть стазиса и его необходимость, но ваш примитивный язык и столь же примитивные мозги просто не приспособлены для этого. Так что проще сказать вам и вашим людям, что вы уснете. Проснетесь вы, отдохнувшие и свежие, когда мы достигнем нашей цели.

— Понятно.

Демонический шут не наказывает за вопросы, подумал сэр Джордж, но отвечает на них так, чтобы в полной мере выказать свое презрение к тому, кто их задает. Интересно, сознает ли он, насколько обидны и оскорбительны его речи? Сознает ли, что люди достаточно разумны, чтобы затаить обиду? Неужели он не понимает, что каждым словом задевает барона до глубины души и таким образом наживает себе смертельного врага?

— Что произойдет, — спросил после краткого молчания сэр Джордж, — когда мы достигнем цели?

— Это не ваше дело, — пропищал демонический шут. — Когда придет время, вам скажут о том, что вы должны знать, чтобы выполнять порученное вам дело.

— При всем моем уважении, командир, — ответил сэр Джордж, — позвольте заметить, что если наше дело — сражаться с вашими врагами, то чем больше вы расскажете нам о них, тем проще будет их одолеть. Сведения о них нужны мне для разработки тактики и ознакомления с ней моих людей.

— Вы будете драться с теми, с кем вам прикажут, когда прикажут, где прикажут и как прикажут, — ответил демонический шут.

— Разумеется, мы будем драться, — заверил его сэр Джордж. — Но если вы вспомните наш разговор о лошадях, о том, зачем они нам нужны, то, мне кажется, следующим вопросом будет вопрос о нашем противнике. Не лучше ли ввести нас заранее в курс дела и предоставить мне возможность разработать собственный план битвы?

— Зачем? Как такие примитивные существа могут осознать то, за что им предстоит сражаться? Неужели вы думаете, что ваш план битвы окажется лучше нашего?

— Мы можем удивить вас своей понятливостью, — ровным голосом ответил сэр Джордж, выдержав трехглазый взгляд демонического шута. — Как правило, бывает нелишне сообщать своим младшим командирам, чего вы хотите достичь, чтобы они могли лучше ориентироваться в предстоящей схватке. Решать, конечно, вам, однако, какую бы цель вы не преследовали, мы должны знать, что за врагов нам придется убивать, сколько их, каково их оружие, каким образом они обычно сражаются. Мы должны знать их тактику и стратегию. Если вы хотите, чтобы мы добыли для вас победу, помогите нам это сделать. Я знаю возможности своих людей. Не стану говорить, будто мы счастливы сражаться за вас, командир. Вы все равно мне не поверите, поскольку сами понимаете, что мы отнюдь не добровольно служим вам и вашей гильдии. Но, поверьте, мы не желаем умирать, и в этом, по крайней мере, наши с вами интересы совпадают. Вы ждете от нас победы, мы хотим выжить, а это значит, мы должны выиграть битву как можно быстрее и желательно без потерь. Потому-то, мне кажется, чем больше я буду знать о ваших врагах и чем больше у меня будет свободы в разработке тактики, тем успешнее мы достигнем нашей общей цели.

Он мог бы еще многое сказать, но вовремя прикусил язык. Спорить с двоеротым было отнюдь не безопасно, один раз он уже подвергся болезненному наказанию за строптивость и вовсе не желал, чтобы этот урок был преподан ему вторично. Он сказал демоническому шуту достаточно, чтобы тот мог принять правильное решение. И если тот действительно полагает, что может запланировать битву, в которой будут участвовать люди сэра Джорджа, лучше, чем их непосредственный командир, то он еще более самовлюбленный дурак, чем кажется с первого взгляда. Смешанный отряд лучников и кавалеристов сэра Джорджа был мощным и гибким орудием войны, но лишь в руках того, кто досконально знал все его сильные и слабые стороны.