Одинокий тролль. Дорога ярости. Путь Эскалибура - Дэвид Вебер

Барон промолчал. Он чувствовал себя последним негодяем, обрекшим на смерть население целого имения, и мысленно приписал эти смерти к счету, который он, если это будет угодно Господу, предъявит когда-нибудь двоеротому.

— Вопрос лишь в том, — сказал демонический шут, явно не подозревая, какое впечатление оказали его слова на сэра Джорджа, — какое владение выбрать.

Его рот снова беззвучно задвигался, и столешница вдруг превратилась из прозрачно-хрустальной в мутную. По ней забегали какие-то тени, и чужак жестом подозвал к себе барона. Что-то мелькало и двигалось в чудесным образом изменившейся столешнице, в глубине ее появилась какая-то картина, быть может карта?

Сэр Джордж нахмурился, пригляделся внимательней и ахнул. Понятно, почему это изображение показалось ему таким странным! Просто никогда ни одно человеческое существо не видело землю с такой высоты! Вряд ли даже птица могла взлететь так высоко. Прежде чем огромный бронзовый корабль возник в грозовом небе, чтобы вырвать его из привычного бытия, барон мог бы поклясться, что ни одно живое существо так высоко не летает. Однако теперь он понял, что «невозможно» означает куда меньше, чем он думал прежде.

Он медленно скользнул взглядом по невероятному изображению. Он никогда не видел такого даже на самой прекрасной, самой подробной карте, но вот этот остров явно был Англией. Вот этот — Ирландией, а вот Ирландское море и Английский канал! А это…

Его восхищение угасло, едва он вспомнил, зачем смотрит на это ошеломляющее изображение мира, из которого был похищен вместе со своими людьми. Где-то в нем находилось имение, обреченное на уничтожение, и демонический шут ожидал, что сэр Джордж Винкастер укажет ему предназначенных на заклание.

Барон с тоской вглядывался в очертание острова, которого больше никогда не увидит, потом с усилием отвел взгляд. Если кто-то должен умереть, то пусть это будут не англичане. И не валлийцы, и даже не шотландцы. Нет. Если невинным придется умереть, то, по крайней мере, он выберет их из числа тех, чья смерть ослабит врагов короля, который произвел его в рыцари.

Он посмотрел на демонического шута. Затем снова на карту и ткнул пальцем в изображение гор и долин Франции.

— Я посоветовал бы поискать в этом районе, — сказал сэр Джордж Винкастер, третий барон Уикворт, маленькому причудливому созданию, которое возомнило себя его хозяином.

ГЛАВА 3

— Сущий дьявол!

— Это уж точно, — согласился сэр Джордж, стоя рядом с Уолтером Скиннетом и глядя, как Шеймас МакНили чистит высокого угольно-черного жеребца.

Они находились в очередном зале из блестящего бронзового сплава. Англичане потихоньку начали привыкать к своему новому «дому». Хотя из-за помещения, в котором они со Скиннетом находились сейчас, весь корабль казался еще более неестественным.

Сэр Джордж начал подозревать, что обширные помещения корабля демонического шута не были неизменными. Это казалось нелепым, но у них было достаточно доказательств того, что их похитители каким-то образом могут изменять части внутренних помещений корабля. Кресла «вырастали» из пола, и потому первое заседание, положившее начало «баронским советам», прошло под знаком чуда, но целая череда чудес несколько притупила благоговейный трепет англичан перед чужаками. Чудеса остались чудесами, но даже к ним привыкаешь, если они становятся повседневными.

Сэр Джордж знал, что на корабле не было помещений, приспособленных для содержания лошадей. В них не было нужды до тех пор, пока двоеротый не решил снабдить англичан конями. Для того чтобы обустроить лошадей с комфортом, демонический шут и Компьютер почти три часа вытягивали из него подробное описание стойла. Разумеется, они не стали бы его допрашивать, если бы заранее знали, что это такое.

К тому времени как лошади были наконец доставлены на борт — сэр Джордж болезненно поморщился при мысли, какую плату получило неизвестное имение за этих коней, — стойла были уже готовы и ждали их. Обширные, куда больше, чем барон мог себе представить, с учебной площадкой не меньше чем в три акра — и все в сердце огромного корабля. Оглядывая стойла, он не видел никаких свидетельств того, что прежде это помещение имело другой вид или служило другим целям.

Конечно, стойла были не единственной частью корабля, переделанной под новые нужды. Несмотря на презрение, которое демонический шут выказывал по отношению к людям, он предоставил им сказочные удобства, не догадываясь, какой роскошью они им представляются. Начать хотя бы с Компьютера. Сэр Джордж до сих пор не понимал, кто он такой, но подозревал, что это существо поистине могущественное, способное выполнять куда больше обязанностей, чем ему показалось поначалу. Барон был склонен думать, что это какой-то домочадец демонического шута, хотя сознательно старался не задерживаться на этой мысли. Несмотря на все чудеса, происходящие на борту корабля, ставшего для них тюрьмой, поведение двоеротого и его постоянные ссылки на «продвинутые расы» и «технологии» убедили сэра Джорджа в том, что видят они отнюдь не магию, а действие неких механизмов, недоступных пока что пониманию людей. Однако это еще не значило, что люди вечно будут находиться в неведении и никогда не постигнут сей механики, хотя командир, казалось, не учитывал такой возможности… и вероятных ее последствий. Какими бы высокими ни были знания и умения двоеротого, сам он оставался надменным и самовлюбленным, как французы, с которыми сэру Джорджу не раз приходилось встречаться. Несомненно, он чувствовал себя в безопасности среди своих устройств, бородавочников и драконолюдей, но только дурак может позволить себе так откровенно выказывать презрение к своим солдатам, вне зависимости от того, какие обстоятельства привели их к нему на службу.

Проводимая двоеротым политика кнута и пряника была не нова, а подчеркнуто пренебрежительное отношение к людям исключало возможность доброго сотрудничества. Начав с убийства сэра Джона Денмора, демонический шут совершил величайшую ошибку, которую не в состоянии были загладить никакие блага и чудеса, окружавшие людей, попавших на борт волшебного корабля.

Величайшим из этих чудес и благ был, безусловно, Компьютер, к мыслям о котором сэр Джордж возвращался снова и снова. В отличие от демонического шута — или бородавочников и драконолюдей, которые пока ни словом не обменялись с людьми, — Компьютер умел слушать. Стоило только обратиться к нему, и он отвечал — не важно, когда и где был задан вопрос. Компьютеру, похоже, было все равно, с кем говорить, поскольку отвечал он как самому молодому подмастерью, так и сэру Джорджу. И кем бы — или чем бы — ни был этот самый Компьютер, он демонстрировал своим поведением любопытную смесь презрения — такого же, как у двоеротого, — к англичанам и готовности отвечать и учить, проявляя при этом исключительное терпение.