Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

белый человек сделал прыжок в сторону, чтобы избежать смертельного удара, затем обернулся с ловкостью пантеры и кинулся на дикаря.

Левая рука Байрна обхватила горло малайца, а могучим правым кулаком он наносил удар за ударом в коричневое лицо своего противника.

Дикарь выронил кинжал и вцепился в грудь гиганта, кусая и царапая его, но страшные удары продолжали сыпаться. Тогда дикарь обезумел от ужаса.

Единственная свидетельница этого первобытного боя стояла, как зачарованная. Голыми руками встретился он с вооруженным воином и победил его!

Какая сила! Ни Терье, ни Билли Мэллори не смогли бы этого сделать!

Бедный Билли Мэллори! Она, Барбара Хардинг, могла с восхищением смотреть на его убийцу! Девушка ужаснулась самой себе… Бой был кончен. Байрн бросил безжизненное тело своего врага на землю и снова вошел в воду, чтобы вернуться на остров. Когда он вскарабкался на берег и подошел к девушке, на лице его еще играла жесткая усмешка.

— Пожалуй, мне лучше не отходить от дома, — сказал он. — Я вижу теперь, что оставлять вас одну нельзя. Подумать только, что бы было, если бы он застиг вас одну!

И Байрн содрогнулся при этой мысли.

Девушка не ответила ни слова. Пораженный ее молчанием, Билли взглянул на нее. Он опять прочел в ее глазах выражение ужаса, как тогда, на палубе «Полумесяца», когда он ударил в лицо бесчувственного Терье.

— В чем дело? — спросил он тревожно. — Разве я не так поступил? Не убей я этого чумазого, он бы меня убил, а потом бы захватил бы и вас. Мне очень жаль, что вы всему этому были свидетельницей!

— Это не то, — ответила она тихо. — Вы вели себя очень храбро, и это было поразительно. Только я вспомнила о мистере Мэллори. О, Билли! Как могли вы тогда это сделать?

Байрн поник головой.

— Пожалуйста, не вспоминайте об этом, — с трудом проговорил он наконец. — Я отдал бы свою жизнь, чтобы вернуть его обратно, ради вас. Вы любили его, я понял теперь. Что бы я теперь не сделал, чтобы иску пить свою вину! Когда я увидел, что Терье полюбил вас и что у него честные намерения, я начал помогать ему. Он был вам ровня, и я надеялся, что, помогая ему честно завоевать вас, я заглажу то, что я сделал с Мэллори. Теперь я вижу, что ничто никогда не сможет этого изгладить. Мне придется мучиться всю жизнь. Вы мне ясно показали, какую подлость я совершил. А если бы не вы, я бы даже гордился этим. Вы и Терье научили меня глядеть на вещи совсем иначе, чем я привык это делать. Я не жалею об этом. Но, мисс Хардинг, ради бога, не глядите на меня так, — я не могу перенести этого!

В первый раз Байрн открыл перед ней свою душу. Это тронуло девушку больше, чем она себе в этом сознавалась.

— Было бы глупо с моей стороны уверять вас, что я когда-нибудь смогу забыть это ужасное дело. Но мне кажется, что его совершил какой-то совсем другой человек, а не вы, который выказал столько мужества и так рыцарски относился ко мне в течение этих последних недель!

— И все же это был я! — печально сказал он. — Ужасно, что это останется в вашей памяти. Вы никогда не сможете вспомнить о мистере Мэллори, не вспомнив также о той скотине, которая его убила. Господи! А я еще считал себя таким молодцом! Но вы не можете себе представить, мисс Хардинг, как я был воспитан. Не думайте, что я хочу этим оправдаться; я хочу только сказать, что было бы просто непостижимо, если бы я сделался другим человеком. Ведь у меня не было других знакомых, кроме воров, карманщиков или убийц. Хитрости во мне было меньше, чем у большинства из них, и поэтому мне приходилось опираться на свою грубую силу; я это и делал. Стыдно вспомнить, как я это делал! Поняте о «честной борьбе», — он рассмеялся при этой мысли, — мне и в голову не приходило. Да если бы я вздумал тогда «честно» бороться, мне бы живо наступил конец. Никто у нас не дрался честно ни в моей шайке, ни в других шайках, с которыми мне приходилось сталкиваться. Убить человека считалось самым славным поступком, а если его избивали до смерти, то это нисколько не уменьшало подвига. Принималось во внимание только, что вы делали, а не то, как вы делали. Конечно, если бы я хотел, я бы мог и тогда сделаться порядочным. Были такие парни, которые родились и выросли по соседству со мной и умудрились стать довольно приличными. Они работали и вели честную жизнь. Но мне всегда тошно было смотреть на них, я страшно их презирал. Мне совсем не хотелось быть приличным, пока… пока я не встретил вас и… и…

Он запнулся, и краска залила его лицо и шею.

— И не пожелал заслужить вашего уважения, — закончил он наконец свою фразу.

Это было совсем не то, что он хотел сказать первоначально, и девушка это поняла. Внезапно ее охватило желание услышать от Билли Байрна именно те слова, которые он не осмелился произнести. Но она быстро подавила в себе эту фантазию и возмутилась, что смогла так фамильярно разговаривать с человеком из его класса…

* * *

Дни шли за днями, недели за неделями, а Байрн и мисс Хардинг все еще сидели в своем убежище на маленьком островке. Байрн находил один предлог за другим, чтобы отсрочить путешествие к морскому берегу. Он понимал, что оно неминуемо, что рано или поздно они двинутся в путь; но он знал также, что это будет началом конца его тесной дружбы с мисс Хардинг, и боялся об этом подумать.

Если им повезет, они будут подобраны каким — нибудь случайным кораблем; если нет, их убьют туземцы. В последнем случае его разлука с любимой женщиной будет не более полной, чем если бы ей удалось вернуться на свою родину.