Что хотят женщины - Л. Аделайн

– Не вертись. Просто стой на месте, – сказал он, наклоняясь, чтобы снять с меня туфли и носки.

Я положила руки ему на плечи. Он расстегнул мои джинсы, спустил их вниз. Но только когда Джесси стал снимать с меня трусики, я осознала, что уже стала мокрой. Затем последовали мои футболка и бюстгальтер, полетевшие в общую кучу одежды на ближайшем кресле. Меня охватило невероятно странное ощущение. Я поняла: впервые в жизни я была просто телом, и ничем, кроме тела. Моего сердца в этой комнате не было. Остались только ощущения, движения, прикосновения.

Джесси, стоя сзади, обхватил ладонями мою грудь. Он отлично знал мое тело. Я прижалась к нему спиной, чувствуя сквозь одежду, как он возбужден, и все мое физическое существо устремилось ему навстречу. Я слегка потерлась о него ягодицами, сдаваясь на его милость. Я снова проходила через Шаг первый. Мне необходимо ощутить чьи-то руки. И что в этом плохого?

Я закрыла глаза, моя голова прижалась к груди Джесси.

– Ты этого хочешь? – шепотом спросил он, касаясь языком моего уха. Не открывая глаз, я кивнула. – Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?

Я снова кивнула.

Руки Джесси скользнули вниз, между моими ногами, раздвигая их. Я обняла его за шею. Внутри меня очутился один палец Джесси, потом второй. О боже, я была уже мокрой.

– Тут должны быть какие-то правила…

Я взглянула на себя в зеркало, на свое тело, прижавшееся к Джесси. Мой пульс все ускорялся. Черт, сердце не должно в этом участвовать!

– Мы оба состоим в С.Е.К.Р.Е.Т. Могут возникнуть сложности. Эмоциональные.

– Как это?

– Мне скоро нужно будет осуществить Шаг.

Я смотрела на лицо Джесси, теперь прижавшееся к моей шее.

– Знаю, – ответила я.

Джесси придвинул меня поближе к зеркалу и положил на него мои руки. Наши взгляды встретились в отражении.

– Значит, тебя не беспокоит то, что я должен буду заняться сексом с другой женщиной, новой кандидаткой? – спросил Джесси, целуя меня в плечо и глядя на меня в зеркале.

Кэсси, держи себя в руках. Ты знаешь, что это за человек и каковы ваши отношения. Это не любовь.

– У меня нет никаких особых ожиданий.

– И у меня тоже, – кивнул Джесси, отводя в сторону мои волосы и целуя шею. – Ты мне по-настоящему нравишься. Нет. Я тобой восхищаюсь, Кэсси, но мы слишком разные. Ты жаждешь любви. А я просто… просто жажду.

– Но ты говорил… Ты говорил, что, возможно, искал женщину вроде меня.

Зачем я заговорила об этом? Да еще сейчас?

Мои ладони все еще были прижаты к зеркалу. Пальцы Джесси скользнули к моему лицу, под подбородок. Он провел по моим губам, и один его палец очутился в моем рту. Я крепко сжала его губами, ощущая вкус мыла. Я смотрела в зеркало, как посасываю его палец. И почувствовала, как Джесси еще сильнее напрягся за моей спиной. Его дыхание участилось. Матильда как-то поведала мне: то, что мужчина говорит о себе, и есть правда. Если он утверждает, что он пустышка, то так оно и есть. Если он утверждает, что не умеет налаживать отношения или ему трудно выполнять свои обязательства, не обращать внимания на такое было бы слишком опасно.

– Да, тогда я говорил всерьез. В тот момент.

Палец Джесси все еще оставался у меня во рту, а его язык путешествовал по моему уху. У меня ослабели коленки.

– Но потом, как только тебе подвернулась такая возможность, ты вернулась к Уиллу, – прошептал Джесси. – И я усвоил урок. – Он мягко вынул палец из моего рта.

– Но я же говорила, мне очень жаль, что я вот так с тобой обошлась, я…

Мне показалось, я уловила гневную нотку в голосе Джесси.

– Мне не нужны твои извинения. Но это заставило меня понять, что я вполне подхожу для такого занятия. И для фантазий. Настоящая любовь тут не обязательна. Или настоящая привязанность. И меня беспокоит, что для тебя как раз все наоборот.

Он отступил назад и снял футболку. Этот мужчина целыми днями погружал руки в муку и масло, занимался мороженым. Как же он умудрялся поддерживать такие потрясающие формы тела?

– Это к чему?

– Тебе хочется любви.

– Разве ее не все хотят?

Джесси повернул меня лицом к себе:

– Нет, далеко не все. Некоторым из нас хочется только трахаться.

Он слегка толкнул меня, опрокидывая на кровать. Он уже не улыбался. Лицо доброго, надежного друга, который привез меня к себе, сменилось лицом полного желания молодого мужчины, а татуировки придавали Джесси налет угрозы, который мне казался слегка пугающим и невероятно сексуальным. Я немного передвинулась, располагаясь в середине кровати, а Джесси сбросил с себя остатки одежды. Он был великолепен в обнаженном виде, а его мужская плоть настойчиво заявляла о себе. Джесси стоял передо мной, небрежно поглаживая себя, пожирая меня взглядом.

– Раскинь ноги, Кэсси, – велел он, наклоняясь к ночному столику, чтобы взять из ящика презерватив.

Я заколебалась. Я не была уверена, что мне понравился его тон.

– Ну же, – добавил он хрипловато.

– Попроси вежливо, – ответила я, сжимая колени.

Джесси надел презерватив, не обращая внимания на мои слова, потом встал на колени на кровати передо мной и положил ладони мне на колени.

– Ты хочешь, чтобы я тебя заставил? Мы можем и в это тоже поиграть, Кэсси. Только скажи.

От его слов я повлажнела еще сильнее, но и обозлилась. Хотела ли я этого? Хотела ли, чтобы он меня заставил?

– Тебя это заводит? – прошептала я. – Приказывать мне вот так?

– Иногда.

– Я думала, мужчинам в С.Е.К.Р.Е.Т. нужен отчетливый сигнал.

– Я больше не человек из твоих фантазий, Кэсси. Я просто мужчина, который хочет тебя поиметь.

Он раздвинул мои колени и упал на меня. Его член пристроился между моими бедрами, тяжело вжавшись в кожу. Темная спальня бросала тени на щеки и подбородок Джесси. Он тяжело дышал, его ладони гладили мое тело. Я протянула руку и провела пальцем по светлым волоскам на его груди, коснулась его шеи, подбородка, ключицы. Почему-то мне захотелось нежности в противоположность внезапной агрессии Джесси, но он схватил мою руку и закинул ее мне за голову. В это мгновение я спросила себя: «А должна ли я позволять ему овладеть мной вот таким образом? Должна ли я разрешать укрощать и использовать меня? Должна ли я сама использовать его вот так?» И мысленно ответила «да» на все эти вопросы, в то время как мои колени сами собой отталкивали Джесси, пытаясь сказать «нет».

– Слишком грубо для тебя? – спросил Джесси странным тоном… почти торжествующим.

Некая волна (негодование?) пронеслась во мне.