Тернистый путь - Елена Веснина

— Просто… Все решилось очень быстро…

— Не думаю, что Полина горит желанием видеть тебя в своем доме, — язвительно спросила Таисия.

Но у Кати и тут был ответ.

— Полина Константиновна не против! — быстро сказала она.

— Ах, так? Мило… С ее стороны… То есть у вас в этом вопросе полное взаимопонимание? — все больше распалялась Таисия..

— Мама, я ухожу к любимому… При чем здесь Полина?!

Таисия злобно, с раздражением, выкрикнула:

— А ты не понимаешь?!

Я просто решила распоряжаться своей судьбой сама! Мама, не надо мне мешать. Я все решила. И буду жить с Лешей, — с этими словами Катя, считая, что разговор окончен, направилась в свою комнату. Но Таисия разошлась не на шутку и вовсе не собиралась останавливаться. Она яростно бросила в спину уходящей дочери:

— Значит, ты — предательница! И ты меня бросаешь! Отец ушел, ты уходишь…

Катя испуганно остановилась и, обернувшись к матери, растерянно сказала:

— Мама, что ты говоришь…

— Давай вали к ним, к этой гадине Полине, вы все меня бросили. И не дай Бог тебе когда-нибудь оказаться в такой ситуации! — продолжала кричать Таисия.

Тяжело вздохнув, Катя отвернулась и вошла в свою комнату. Она не собиралась менять своего решения и стала быстро собирать вещи. В самый разгар сборов в комнату вошла Таисия и села на кровать. Ее глаза были полны слез, было видно, что она в любой момент снова начнет истерику. Катя сразу начала обороняться:

— Мама, не надо меня отговаривать, это бесполезно.

— Ты совершаешь ошибку, — пытаясь совладать с собой, сказала Таисия.

Катя повернулась к ней с вызовом:

— Это ты так считаешь.

— Да, потому что я старше, мудрее…. — начала Таисия.

Но Катя закатила глаза к потолку:

— Это я уже слышала. Ты старше и мудрее, однако папа тебя бросил. Не знаешь почему?

Таисия растерянно смотрела на Катю, не веря своим ушам: дочь-то, оказывается, абсолютно чужой и безжалостный человек.

— Ты сейчас поступаешь так, как, не дай Бог, когда-нибудь кто-то поступит с тобой, — покачала головой Таисия.

— Только не надо меня пугать, — отмахнулась Катя.

— Я не пугаю. Я предупреждаю тебя, — срывающимся голосом сказала Таисия.

Катя в ответ жестоко усмехнулась:

— Не беспокойся, твоих ошибок я не повторю!

— Посмотрим. В молодости я тоже мечтала прожить долгую и счастливую жизнь, и что вышло?! — беспомощно развела руками мать.

Катя бросила на нее пренебрежительный взгляд.

— Никто, кроме тебя, не виноват, что у тебя не получилось! А у меня все будет хорошо, — самоуверенно заявила она.

Таисия взмолилась:

— Катя, не зарекайся!

Дочь, глядя на нее свысока, заявила:

— Послушай… Давай я сама буду решать, как мне жить?! Хорошо? Пока.

И, подхватив сумку, Катя ушла, напоследок громко хлопнув дверью дома.

Растерянная и подавленная Таисия осталась одна. По ее лицу одна за другой побежали злые слезы. Постепенно злоба ушла, растаяла, и Таисия осознала весь ужас произошедшего. Дочь, муж, семья — все вдруг исчезло, и она осталась одна, в окружении вещей, которые забыли дорогие ей люди. Люди, которые ушли от нее.

По привычке она аккуратно поставила попавшиеся ей на глаза тапочки мужа. По привычке она подобрала брошенную Катей кофточку и повесила ее на спинку стула. Вновь оглянулась вокруг — и ощутила безграничное одиночество. Таисия зашла в комнату Кати и взяла альбом. Медленно открыв его, она наткнулась на фотографию, где она и Буравин стояли совсем молодые, а рядом с ними — маленькая Катя. Не справившись с накатившей тоской, она заплакала. В пустом доме Таисия рыдала над потерянным счастьем.

Яков взволнованно ходил по комнате, вертя в руках два японских шарика, было видно, что он сильно нервничает. Ирина наблюдала за ним, небрежно держа в руках сигарету. Наконец она прервала молчание:

— Ну и долго я буду ждать, Яша? Где бриллианты? Ты говорил, что все под контролем. И что?

Яков нервно огрызнулся:

— А ты забыла, кто посоветовал мне этих людей?! Это из-за тебя я связался с твоими родственниками! Я поверил, что им можно доверять, а что получилось?!

Ирина пожала плечами:

— В следующий раз будешь умнее. Яков с изумлением смотрел на нее:

— Я не понимаю, а почему это ты так спокойна?!

— Я не спокойна! Только я не вижу смысла в истериках! — возразила жена.

— Но с ними я связался по твоему совету!

И тут терпение у Ирины лопнуло. С яростью глядя на мужа, она взорвалась:

— Знаешь, что?! Моему терпению тоже есть предел! Не надо все валить с больной головы на здоровую! Я свою часть работы выполнила безупречно. Камешки были — один к одному! А ты завалил переправку! Значит, такой ты блестящий организатор!

Она решительно встала, направляясь к выходу.

— Ты куда? — нервно спросил Яков.

— К Полине! Ты невыносим, — бросила через плечо Ирина и вышла, оставив Якова наедине с его тревогами.

Уже через четверть часа разъяренная после ссоры с мужем Ирина сидела на кухне у сестры и нервно курила. Полина разливала по чашкам кофе. Стряхивая дрожащими руками пепел, Ирина изливала сестре душу:

— Если б ты знала, как он меня достал! Полина улыбнулась:

— Я слышу это постоянно. Ты не меняешься. Вы поругались?

— Это он не меняется! И вся наша жизнь не меняется. Он меня совсем не понимает, мне так тяжело! Мы говорим на разных языках! Как будто два совершенно чужих человека! — со слезами в голосе жаловалась Ирина.

Полина чуть слышно вздохнула:

— Мне это знакомо.

Ирина удивленно посмотрела на нее:

— Тебе?

— Да, — с горечью отвернулась сестра. Ирина бросилась горячо возражать:

— Да нет, у тебя как раз замечательный муж, любящий, заботливый, двоих сыновей вырастил! Да он просто золото, а не мужик! Ты живешь с ним как за каменной стеной!

— Да. Но я его не люблю, — просто ответила Полина. Ирина изумленно посмотрела на сестру:

— А зачем ты тогда с ним живешь?! Почему ты не разведешься?

— Потому что двое детей, потому что такая жизнь и так все сложилось… — безнадежно махнула рукой Полина.

Ирина бросила на нее быстрый взгляд.

— Бред. Всегда можно все изменить. Дети не грудные, все поймут.

— Я так не могу, — возразила Полина.

— Почему?! Легче сидеть и страдать? «Ах, как я несчастна!» — недоуменно спросила сестра.

— Но ты ведь тоже не разводишься с Яшей, — резонно заметила Полина.

Ирина удрученно кивнула:

— Да. Ты права. Не развожусь…

Повисла долгая пауза: каждая из сестер размышляла о своих горестях. Через некоторое время Полина прервала молчание:

— А у нас с Борей скоро юбилей… И я с ужасом думаю об этом… ведь мы прожили двадцать пять лет! И я поняла, что все эти годы жила без любви!

— Нет, извини, я тебя не понимаю… А зачем же ты выходила замуж за Бориса? Ты же знала, что я его люблю! — изумленно воскликнула Ирина.

— Я совершила ошибку! — опустила голову Полина.

— Ну спасибо! Приятно сознавать, что ты это признаешь. Из-за тебя я тоже совершила ошибку, я живу с Яковом. И по твоей милости — без любви!

— Я знала: ты всегда хотела выйти замуж за Борю. Но я же тебе не запрещала, помнишь? — вздохнула Полина.

— Помню, — невесело усмехнулась Ирина.

— Он до сих пор тебе нравится? — заглянула ей в глаза сестра.

— Очень, — прямо ответила Ирина и вздохнула. — Но он же твой муж… А я чужого не беру. Не приучена.

Полина молчала, и Ирина,-вздохнув, встала:

— Ладно, сестричка. Я пошла. Пойду прогуляюсь, что-то очень душно в доме.

— Хорошо, — рассеянно кивнула Полина и погрузилась в свои грустные мысли.

Как ни в чем не бывало, Катя по-хозяйски "раскладывала свои вещи в комнате Леши и что-то радостно напевала себе под нос. Леша, который сидел тут же, следил за ней сияющими глазами.

Катя повернулась к нему:

— Тебе нравится, что у нас все так быстро наладилось? Раз — и я уже у тебя!

— Что сказали твои родители? — поинтересовался Леша.

— С папой я еще не говорила, а мама, разумеется, не в восторге. Обозвала меня предательницей. Сказала, что я ее бросила.

Алеша понимающе посмотрел на Катю и кивнул:

— Ну ее можно понять. Она все-таки твоя мама. Ей будет тебя не хватать…

Катя фыркнула и бросила на Лешу насмешливый взгляд.

— Какая чушь! Я же не умерла! И не уехала за тридевять земель, я просто ушла к любимому, а для нее это почему-то предательство.

— Она недовольна, что ты со мной, — грустно сказал Леша.

Катя поморщилась:

— Ее забыли спросить! Я выхожу замуж, а не мама. Слава Богу, что теперь не нужны родительские благословения, а то я бы его никогда не получила!

— Но лучше было бы, если бы вы помирились, — Леша улыбнулся Кате.

— Помиримся. Я же у нее единственная и любимая дочь! Просто она никак не может смириться с мыслью, что я выросла и больше не спрашиваю у нее разрешения, — объяснила Катя и, переключаясь на свои мысли, оглядела комнату.