Досадное недоразумение - Натали Старк

Сначала Дэн показал яхту. Она оказалась довольно вместительной: две каюты, туалетная комната с душем, камбуз и салон, обитый деревянными панелями, с небольшими мягкими диванчиками и барной стойкой.

— Да это целый дом на воде! — воскликнула Розмари.

— Ну… дом не дом, — отозвался Дэн, — а вполне пригодная для жизни хижина. Когда-то я проводил здесь целые недели.

Дэн встал за штурвал, Розмари устроилась рядом, и они поплыли навстречу солнцу и соленому морскому ветру, пропитанному мелкими брызгами.

Розмари слушала крики чаек, вдыхала свежий морской воздух и смотрела на руки Дэна, который ловко управлялся со штурвалом, не забывая время от времени поглядывать на нее и улыбаться своей мальчишеской улыбкой.

Между ними уже давно исчезло напряжение, присутствовавшее в начале знакомства. Они чувствовали взаимный интерес, у них оказалось очень много общего, и они стали настоящими друзьями. Друзьями? Себе-то Розмари могла признаться, что испытывает к Дэну не только дружеские чувства. С того момента, как он впервые обнял ее, пытаясь избавить от разрушительных эмоций, все ее тело наполнялось томлением при одном взгляде на него. Интересно, чувствует ли он то же самое? Его взгляды из-под опущенных ресниц, которые он бросал на нее, когда думал, что она не смотрит, обжигали огнем. Скорее всего, его тоже обуревают страстные желания…

— А как тебе пришло в голову заняться яхт-клубом? — спросила Розмари.

— Вообще-то у меня юридическое образование… — Дэн искоса взглянул на Розмари. — Когда я окончил университет, пошел работать в одну юридическую контору. Известная, уважаемая фирма, престижная работа…

Розмари внимательно слушала.

— Но так как я всегда был шалопаем, то долго выдержать этого не мог. Документы, отчеты, судебные разбирательства… Тоска смертная.

— Многие так и живут, — сказала Розмари.

— Да, многие. Но я не хотел. Я с детства обожал яхты. И всегда мечтал о яхт-клубе. Денег для этого дела у меня было маловато, но зато энергии хоть отбавляй. Я сделал все расчеты, взял кредит в банке — и пошло-поехало. Недавно окончательно расплатился со всеми долгами. Авария чуть было не помешала — три месяца провалялся на больничной койке, потом еще месяц в вашем санатории… — Он посмотрел на Розмари. — К счастью, мой управляющий, да и все мои сотрудники — замечательные ребята. Поддержали в трудный момент. Я и лежа в больнице продолжал работать. Но теперь все проблемы позади. Чувствую, что в моей жизни начинается светлая полоса.

Розмари задумчиво смотрела на Дэна. Чем больше она узнает о нем, тем ближе и роднее он становится… Он такой замечательный. Самый лучший.

— Я вот иногда думаю, — тихо сказал Дэн, отпуская штурвал и садясь рядом с Розмари, — если бы я не попал в аварию, то не приехал бы в ваш санаторий и не встретил бы тебя… И мне становится страшно. — Он протянул руку и обнял ее за плечи. — Хотя, с другой стороны, я уверен, что все равно бы тебя нашел. Планета у нас небольшая, никуда бы ты от меня не спряталась.

Розмари улыбалась, уткнувшись ему в плечо.

— Что ты молчишь? — спросил Дэн, осторожно приподнимая ее лицо за подбородок и заглядывая ей в глаза, — надеюсь, ты не сомневаешься, что ты — моя половинка?

Розмари пожала плечами, в этот момент яхта качнулась, и Дэн встал к штурвалу, чтобы поправить курс.

— А все-таки, как получилось, что ты попал в аварию? — задала Розмари давно интересующий ее вопрос. — Неужели ты действительно был пьян?

— А ты еще не заметила, что я законченный алкоголик? — Дэн состроил гримасу.

— Ну пра-авда, — протянула Розмари.

— Да ничего интересного, — ответил Дэн. — Просто был гололед, водитель, который ехал мне навстречу, не справился с управлением. От него я увернулся, а от столба не смог. Я в него врезался, он упал и расплющил половину моей машины. К счастью, не ту, где находился я. Но ногу слегка прищемило.

Розмари, представив окровавленного Дэна, сидящего в раздавленной машине, содрогнулась.

— Как хорошо, что все благополучно закончилось! — воскликнула она.

Днем наступил полный штиль, Дэн бросил якорь, и они устроили пикник на палубе. Дэн принес корзинку с продуктами и достал из холодильника бутылку шаманского.

Когда шампанское было разлито, Дэн подал бокал Розмари и провозгласил тост:

— За наше будущее!

Розмари с улыбкой протянула свой бокал, раздался мелодичный звон, шампанское слегка расплескалось из наполненных до краев бокалов.

— Пусть и у нас будет всего через край, — закончил тост Дэн.

— Только хорошего, — добавила Розмари.

— Само собой, — подтвердил Дэн.

Розмари, проголодавшись, с аппетитом уплетала все за обе щеки. Вдруг она поймала на себе взгляд Дэна. Он смотрел на нее с такой нежностью… Застигнутая врасплох, она чуть не поперхнулась.

— Ну что ты на меня так смотришь? — сказала она с легким упреком, сразу же перестав жевать. — У меня чуть кусок в горле не застрял. Думаешь, я обжора?

— Конечно нет, — ласково сказал Дэн, — мне нравится, как ты ешь. Когда ты берешь крылышко и вонзаешь в него свои прекрасные белые зубки, у меня просто мурашки бегают по позвоночнику.

Розмари посмотрела на запеченное крылышко индейки, которое было у нее в руках.

— Ну вот, теперь я есть не смогу. — Она положила крылышко, вытерла салфеткой руки и взяла бокал с шампанским.

— Ну что ты! — воскликнул Дэн. — Я вовсе не хотел тебя смутить! Пожалуйста, продолжай. Если хочешь, я отвернусь.

— Да нет, я уже сыта, — сказала Розмари. — Правда, от маленького кусочка чего-нибудь сладкого не отказалась бы.

— Значит, я не ошибся, — сказал Дэн и достал маленькую розовую коробочку с изображением черных кошек.

— Что это? — спросила Розмари с любопытством.

— Это французское печенье. Знаешь, как называется? «Кошачьи язычки».

Он протянул ей коробку. Печенье оказалось сказочно вкусным. Оно таяло на языке, оставляя во рту шоколадно-ореховый вкус.

Пока Розмари наслаждалась печеньем, Дэн сложил в корзину остатки пикника и собрал посуду.

— Я помогу тебе все убрать, — сказала Розмари, вставая.

— Даже и не думай, — остановил ее Дэн, — ты у меня в гостях, еще не хватало, чтобы ты мыла посуду. И потом, мне очень приятно за тобой ухаживать.

Дэн усадил ее в шезлонг, поставил на столик шампанское и печенье, дополнил натюрморт фруктами и удалился.

Розмари, повалявшись несколько минут в шезлонге, вдруг почувствовала прилив энергии, потянулась и встала. Она прошлась по палубе, потрогала паруса, заглянула за борт. Вода была бирюзовая и абсолютно прозрачная. Но дна видно не было. Наверное, тут очень глубоко, подумала она. В воде носилась стайка маленьких рыбок, их длинные хвосты переливались на солнце всеми цветами радуги. Розмари свесилась вниз, чтобы разглядеть их получше.