Неприятности с нами - Кэт Т. Мэйсен

на меня. Меня забрали. Но я знаю, что Энди не женат и неравнодушен к твоей подруге, Джиджи.

— Все неравнодушны к Джиджи, — безапелляционно заявляет Ава.

Джиджи красивая, даже сногсшибательная. Энди упоминал о ней несколько раз. Странно, что он еще не написал мне об этом.

— Думаю, если Остин не придет, я могу переночевать у Джессы или еще где-нибудь? — говорю я вслух.

— Мы можем обсудить детали позже, но поверь мне, места хватит.

Роман возвращается и зачитывает специальные блюда, зарезервированные только для нас. После того как мы сделали заказ, Остин удаляется в ванную, а Ава уходит позвонить на улицу, и за столом остаемся только мы с папой.

Мой взгляд перемещается на хлебницу, и я начинаю жевать внутреннюю сторону щеки. Сейчас или никогда, но пластырь надо срывать.

— Я знаю, что Уилл вернулся, — пролепетала я, не в силах больше сдерживаться. — И прежде чем ты что-то скажешь, тебе не о чем беспокоиться.

— Мне всегда есть о чем беспокоиться, — папа поджимает губы в легкой гримасе. — Ты же моя дочь.

— Я хочу сказать, что живу дальше, и Уилл тоже.

— Ты точно знаешь, что он не вернется?

— Я имею в виду, что не знаю человека, с которым у него есть отношения, но я ясно дала понять, что чувствую.

Скрестив руки, папа наблюдает за мной, покачивая головой, а затем поднимает брови.

— И что же ты чувствуешь, Амелия?

— Я люблю Остина, — быстро отвечаю я ему. — Если бы это было не так, я бы не собиралась выйти за него замуж.

Папа презрительно кивает головой, но не произносит ни слова.

— Что? Ты мне не веришь? — спрашиваю я, слегка уязвленная. — Я сказала Уиллу прямо в лицо, что выхожу замуж за Остина.

— Ты не знаешь Уилла так, как знаю его я, Амелия, — усмехается папа уверенным тоном. — Думаешь, он будет сидеть сложа руки?

— Ты его знаешь, — напомнила я ему. — В прошедшем времени. Это было много лет назад.

Остин возвращается за стол, заставляя разговор переключиться на что-то другое. Ава тоже возвращается, как раз к тому времени, когда подают еду.

Все очень вкусно и уникально, совсем не похоже на то, что я пробовала раньше. Здесь было так много вкусов и разных подходов к обычным блюдам, таким как макароны с сыром. Папа, несомненно, впечатлен, и после еды он отлучился, чтобы вместе с Романом осмотреть кухню. Когда он наконец возвращается, то пожимает руку Роману, который выглядит не менее довольным.

Мы выходим из ресторана, и я не могу удержаться, чтобы не задать животрепещущий вопрос.

— Ну что, папа, ты купил это место?

— Я не покупаю вещи, Амелия. Я инвестирую, — говорит он мне с уверенной улыбкой. — В следующий вторник у меня встреча с тремя владельцами.

— Можно мне с вами? — Ава хмыкает рядом со мной. — Если два других друга похожи на Романа, то это будет чертовски приятная встреча.

— Нет, Ава, — папа раздраженно хмыкает.

Мы идем по улице, но я специально замедляю шаги, когда папа и Остин идут в нескольких футах впереди нас.

— Ава, — я тяну ее за руку назад, предлагая ей замедлиться. — Уилл приедет в следующие выходные?

— Он сказал, что не сможет приехать, что-то насчет деловой поездки в Гонконг.

— О.

— Ты выглядишь разочарованной, — хвастается Ава со знающей ухмылкой. — Это было бы идеально. Остин не сможет приехать. Большой, красивый дом с огромным бассейном, и я уже говорила, что он находится на берегу моря?

— Я расстроена из-за его отца, — вру я, стараясь сохранить минимальное выражение лица. — Ты же знаешь, какой Рокки. Он всегда хочет, чтобы все были рядом.

— Да, ты права. Я пыталась убедить Уилла, но он сказал, что ждал этой встречи несколько месяцев, и что-то в попытках добиться ее — все равно что найти золото.

— Когда ты с ним разговаривала? — спрашиваю я, любопытствуя.

— Вчера я была у него в офисе. Кстати, его секретарша, Табита? Что за трата гребаного воздуха. Она не пустила меня, даже когда я сказала, что я дочь Лекса Эдварда.

Я поджимаю губы, пытаясь сдержать улыбку.

— Эй, прости за нашу ссору, — Ава переплетает свою руку с моей и кладет голову мне на плечо. — Я не должна была говорить такие вещи.

— Мне тоже жаль, но знаешь, наши ссоры учат меня сражаться в суде, так что еще не все потеряно.

Ава поднимает голову, смеясь, но продолжает держать свою руку в моей: — Точно, я забыла. Итак, Остин знает о возвращении Уилла?

Я качаю головой, а затем продолжаю смотреть перед собой, где Остин идет рядом с отцом. Они вдвоем — отец и зять, созданные на небесах. Нет никаких причин, по которым я должна разрушать это для кого-то.

— Нет необходимости говорить ему, какой в этом смысл? Я не общаюсь с Уиллом, и у меня нет причин видеться с ним. Если наши пути снова пересекутся, я скажу об этом Остину, но пока ему незачем об этом знать.

— Ты права, — Ава спокойно кивает. — Не делай из этого нечто большее, чем есть на самом деле.

— Ну, это же ничто, — напоминаю я Аве, но, возможно, больше для того, чтобы напомнить себе. — Ты не можешь превратить ничто в нечто большое.

Десятая глава. Уилл

Прошла неделя с тех пор, как Амелия появилась в моем кабинете.

Все это застало меня врасплох. Я едва сдержался, чтобы не оставить ее в своем гостиничном номере на следующее утро после ее пьяного дебоша и не попросить уборщицу не менять постельное белье, чтобы я мог чувствовать ее запах по всей кровати.

Это была больная и извращенная игра, в которую я играл сам с собой. Я лежал, вдыхая аромат Амелии, витавший по всей подушке и простыням. Я представлял, каково это — снова почувствовать ее вкус, ощутить себя внутри нее и увидеть, как она стонет от восторга, когда я попадаю в точку, которая сводит ее с ума.

Я ничего не мог с собой поделать — кончал по всей руке, как чертов подросток.

Но потом она появилась в моем офисе, якобы желая поблагодарить меня. Я видел ее насквозь: она не хотела выражать свою благодарность. Амелия пришла, чтобы похвастаться своей новой жизнью.

Напоминала мне о своем предстоящем замужестве и о том, что она никогда не причинит ему вреда.

Гнев хлынул в меня, как лава. Как она смеет приходить сюда и вести себя так, будто ее слова не причиняют боли. Но это ее не остановило, как не остановило и