Фиолетовая звезда - Дмитрий Корниенко

Ветер бродил по верхушкам деревьев, почти не тревожа затухающий костер, и тогда Андрей с кряхтением поднялся и подбросил в огонь еще хвороста, заодно долив в котелок воды. Самое время было поразмышлять об Орри и их проекте, но почему-то это сейчас интересовали мало. Как заблудившегося в пустыне без воды человека мало тревожит цунами на другом конце света. «Положим, — лениво думал он, — «Врата Ада» служат для входа и для выхода. Значит, Орри собираются открыть для кого-то эти врата. Через сны. Либо отсюда — туда, либо оттуда — сюда. Так кому и зачем? Опять же, что понимать под Адом? Да и то ли это место, чтобы обдумывать такие вопросы?» Он сонно клюнул носом.

Заметно похолодало. Созвездия потускнели и передвинулись. Хворост закончился еще до того, как вода вскипела, Андрей встал, решив собрать еще веток, и вдруг заметил — что-то изменилось. Лес по сторонам вдруг как-то предутренне проявился из темноты, но свет на ветках был беспокойным и странно колыхался. Андрей зачарованно уставился на верхушки деревьев, и тут из-за спины до него донесся гул. Он резко обернулся и расширившимися от ужаса глазами уставился на близкий уже свет фар приближающейся машины. Гигантский грузовик несся по заваленной дороге прямо на Андрея, на спящих вокруг костра Кею и проводников, и в свете его мощных фар разлетались в стороны трухлявые стволы поваленных деревьев. Преодолев оцепенение, Андрей бросился к спящей Кее, ее одну еще можно было успеть спасти, схватил девушку в охапку и попытался перебросить через бревно, вдоль которого она лежала, на обочину. Кея сразу проснулась, закричала и изогнулась как кошка, но ему все-таки удалось ее перекинуть и прыгнуть сразу же вслед за ней. Андрей успел увидеть, как размыто несутся через лагерь огни автопоезда, и зажмурил глаза, ожидая треска, но… все стихло. Отняв грязные ладони от лица, он увидел, как вылезает из спальника Роберт с фонарем в руке, как крутит головой невредимый Дюк, и силуэт Кеи виднеется чуть поодаль, а поваленные стволы вовсе не раскиданы, и мирно угасают поседевшие угли.

Дрожа и запинаясь от пережитого, Андрей начал рассказывать о видении, и возбужденная речь его громко и странно звучала в предутренней тишине. Лица спутников он видел смутно.

— Похоже на временную петлю, — задумчиво отозвался из темноты Дюк. — Здесь все становятся как дети — видят то, чего не могут увидеть взрослые. Наверное, ты увидел грузовик, который проехал здесь лет десять назад.

— Да какая временная петля, — прервал Роберт хриплым после сна голосом. — Он просто заснул. Приснился кошмар. К слову, мой сон был не лучше…

Кея никак не прокомментировала видение и лишь молча стала складывать спальник. Обнаружилось, что и проводники больше спать не собираются. Рассвет должен был вот-вот наступить, они занялись костром и завтраком, а Андрей подошел к Кее. У нее на щеке виднелась свежая ссадина, он протянул было руку, но Кея отпрянула.

— Я ведь хотел тебя спасти, — укоризненно прошептал Андрей, все еще волнуясь. — Сама понимаешь, когда на тебя мчится грузовик, не будешь думать о миражах.

— Я думаю, ты хотел меня убить, — тихо, чтобы не слышали проводники, сказала Кея. — Посмотри сюда… Видишь этот острый сук? Ты бросил меня прямо на него. Если бы я не успела прийти в себя и выставить руки, сук вошел бы мне точно в горло. Полагаю, Командор действительно очень близко. Ближе, чем ты думаешь, и гораздо ближе, чем думала я.

— Кея, ты считаешь…

— Сделай одолжение, не вставай у меня за спиной, пока мы не покинем эту планету, — с металлом в голосе произнесла Кея и поправила браслет на руке.

Без того слабые ноги подкосились, и Андрей опустился на бревно. Завтракать он не стал. Пить кофе — тоже: руки и так дрожали. Он только сделал из фляжки глоток коньяка. Проводники же спокойно позавтракали, скатали спальники и неспешно потягивали из кружек кофе до тех пор, пока в ночи не появились серые оттенки. Тогда Дюк взвалил на плечи рюкзак и взмахом руки открыл второй день пути. Теперь последней шла Кея, а Андрей, словно конвоируемый двумя автоматчиками, уныло брел между Робертом и Дюком.

Андрей был в ступоре. Он чувствовал, что события этой ночи выбили его из колеи. «А ведь это только начало, — думал он. — Что же будет дальше»? «А дальше будет целый день борьбы со сном», — ответил он сам себе. И это то малое, что он знает наверняка. А сколько еще неизвестных препятствий? Ведь дальше Дрэйд, Кунс, звездолет, планета Крон, план Кеи… Господи, а она еще пыталась заинтересовать его Разрушителем. Планы Орри, проекты касеан… Да ведь сейчас Разрушитель — его единственная надежда выжить и не сойти с ума. Спрятаться за надежными стенами сильнейшего оружия в Галактике, уйти в дрейф меж звезд и спать, спать, спать… А если еще никто не будет копаться в мозгах, это будет совсем хорошо. Это будет просто замечательно! И ничего больше не надо. Ничего. Только бы не сойти с ума сейчас. Выдержать. Не спать. Дойти.

Группа вышла из леса. Идти стало много проще, сквозь туман замаячило пятно солнца, и только благодаря его теплу Андрей понемногу приободрился.

— Часа через два увидим город, — сказал на привале Дюк, сидя на скамейке в ржавом остове бывшей автобусной остановки. — А там до вашей точки еще часа три. Как договаривались, на окраине мы вас и оставим. По условиям нашего замечательного договора двойной оплаты вопросов мы не задаем, поэтому если что еще от нас понадобится, скажите сейчас.

Андрей покачал головой. От проводников ему точно ничего не надо было. А воображение уже рисовало проступающие из отравленного тумана серые башни и шпили высоток, которые, словно далекие горы, будут медленно приближаться, постепенно застраивая горизонт. Он даже не подумал в этот момент, что город, в который они направляются, по определению не может быть высоким, а, как и все его восточные собратья, он всегда был низким, промышленным, и потом еще много лет его ломала и затаптывала природа. Но все равно в течение последних часов он ждал, что уже за следующим холмом, щетинистым облезлыми желтыми елями, увидит он наконец низенькие домишки окраины на фоне сереющих в дымке необъятных развалин, и остановится, и сожмется сердце от гремучей смеси нетерпения, надежды и страха.

15

Хигус тревожно прислушался, но ничего, кроме воя собак — его основной пищи за многие годы — так и не услышал. Все еще косясь на маленькое слуховое оконце подвала, через которое почти не проникал дневной свет, он направился к разложенной на деревянном столе тощей тушке. «Чем они сами-то здесь питаются?» — неожиданно для себя подумал он. Впрочем, подобные мысли приходили к Хигусу редко, да и сейчас он усмотрел этот вопрос лишь в обтянутом шкурой скелете и тут же об этом забыл, привычно орудуя разделочным ножом.