Точное будущее. Лучшая фантастика – 2024 - Вадим Юрьевич Панов

– Что ж они его настроили как паникера слабонервного? При массовых беспорядках толку не будет, – с презрением отметил Шеховцев. – Запрет всех, отключит воздух, а чтоб на стенку лезли – будет скрипку пилить. Ростропович, блин.

– Во власти Андрона, – подслушав, поделился Артем свежим креативом с Витей. – Неплохо зайдет по следам репортажей. Слепец Андрон и глаза его дроны. Подымите мне дроны: не вижу!..

– Что-то они тянут с раздачей денег.

– Ждут, когда все заработает. Им надо отчитаться, что крестьяне довольны, расходятся с улыбками.

Шум колебался. Удача Шеховцева кончилась, системно-сетевая обстановка возвращалась в норму, что еще предпринять? Объявить тут медосмотр и дезинфекцию?.. Но случай уже на слуху, блогосфера ждет безобразных подробностей и охотно превратит все в лулзы.

«Чертово семя! Узлом бы вас всех завязал, в муку бы стер вас всех да черту в подкладку! В шапку туды ему!.. Гоголь гений».

Банк подаст в суд на всех, начиная с Андрона, выйдет из «Симфонии», а Шуму – минус баллы и отложенное повышение в звании.

– Пожалуйста, по мере вызова проходите на выдачу компенсаций и купонов на розыгрыш к первому окну. Приглашается Колобаева Раиса Ильинична…

«С астмой, а туда же – летом в маске!.. Чтобы уж наверняка, – проводил ее глазами Шум. – Ну, скорее убирайся. Меньше народа – спокойней Андрон. Явно не она… Лет под семьдесят, ожирение, с дыханием проблемы – нет, исключено. Но кто? Должна же быть какая-то зацепка… Надо запросить все записи с Андрона от начала события до сейчас. Разложить по голосам. Может быть, здесь что-то найдется…»

Андрон нашел, чем напутствовать сипящую Раису Ильиничну:

– Расстаются друзья. Остается в сердце нежность… Будем песню беречь. До свиданья, до новых встреч.

– Обыскать все-таки лучше, – вздохнул Шеховцев сзади.

– Не все потеряно, и ничего еще не кончилось. Взгляните – в сквере, за кустиками, мой человек с зеркальной механической фотокамерой. Всех выходящих мы поочередно отснимем, оцифруем и так далее. Старое оружие не подводит. Всегда надо иметь на складе что-нибудь кондовое, тупое как бревно и крепкое как рельс.

Голосовой портрет события Шуму подогнали к обеду, и выглядело это как групповая флюорография – всей ротой на одной фотке. Анализ диалогов, перемещения фигурантов – дело ведомственной нейросети, и она справилась.

«Виктор, коллекционер».

«Обращаю ваше внимание, что в списке присутствующих нет никого с именем Виктор».

«Ушел! В руках был – и ушел… Ну, погоди у меня, господин Диссонанс, я тебя верну в Симфонию…»

* * *

Вали с работы, офисный класс!

Дарвин и Ленин слушают нас!

В борьбе за существование, как завещал товарищ Дарвин, и за счастье трудового человека, по Ленину, у Наташи было два оружия – смена стиля и перепродажа.

Когда она покидала отделение банка на Скоморошинской, 13а, невозможно было опознать в ней прежний говорящий манекен.

Прочь замороженную женственность, прочь шаблонные заученные фразы, механические жесты и улыбки – я не пешка, не фишка, а штучка! Велошлем, очки Ихтиандра, облегающая куртка, бриджи-велосипедки.

В сумках по обе стороны багажника – товар, а также длинная запашная юбка, косынка и темная пелерина вроде пудромантеля. Это задел на третий образ – скромная гостья архиерейского подворья.

Ей сегодня уже накрутили нервы – отказ всего, нашествие спецуры, трепетное ожидание допроса в полицейском каземате, потом реальный допрос, скучный, беглый и формальный. Наверно, будет справедливо, если она закончит будний день в благостной, умиротворяющей атмосфере церковного хозяйства. Крестные знаменья, золотые купола, чай, ватрушки, деловые разговоры, навар тысяч пять. Она заслужила, чтоб этот взвинченный день окупился, закрылся с прибылью.

Два хорошеньких, исправных фотоаппарата «Смена-5», 1962 года, чуть-чуть потертые и поцарапанные, но с целой механикой и оптикой. Она твердо решила, что дешевле чем за 6000 рэ каждый не отдаст.

Чтобы обезопаситься от налоговой, уже на стоянке за банком вложила смартфон в чехол-глушилку «Баю-бай». Носить открытый девайс с предустановленным нашим Андроном – это иметь в кармане уши всех, кто на три буквы, МВД, ФСБ, ГРУ и ФНС. Или как видеорегистратор в изголовье перед интимной встречей.

Если ты не регилась как ИП, жди, что Андрон сольет тебя как самозанятую перекупку. Налоговая только и ждет, кого бы ободрать. «Купить-продать-не-прогадать», ага? Давай-ка мои денежки!

Его теперь даже детишкам ставят. Дедушка Андрон. Кряхтит, сопит, умело имитирует общение, сочувствует, поощряет откровенничать и стучит в ювеналку.

Даже на случай поимки с поличным ей было что возразить – «Продажа имущества, использовавшегося для личных нужд». Доход, который не признается объектом налогообложения! Еще докажите, что я перекупщица.

И было что предъявить.

Наташин отец приказал долго жить в самый угар пандемии, когда всех забирали, запирали и кололи. Едва пятьдесят лет ему справили. Мама после этого увяла, жила как спала, а ящиками отцовского собрания вещиц она и прежде не интересовалась. Зато ими занялась Наташа, потому что на зарплату консультанта в операционном зале не пошикуешь.

Ее и раньше удивляли объявления «Скупка значков, сувениров, игрушек времен СССР. ДОРОГО», но с годами их стало еще больше, это выставлялось на витринах антикварных магазинчиков и стоило о-го-го.

А дома этих ценностей пылится в ящиках чуть не два центнера!

Простецкая игрушка – здравствуй, дедушка Мороз, борода из ваты, – две тысячи, мелкая елочная цацка – пятьсот. И это нижний ценовой уровень – по факту пара наручных часов «Луч» с лихвой окупала месяц ее топтания в зале.

Зря, что ли, она окончила финансово-экономический колледж по банковскому делу. Надо же где-то с пользой применять корпоративные скиллы – «находить общий язык с людьми», «ориентироваться на высокие результаты в продажах», – если в банке от них толку чуть.

Но ящики с наследством не бездонные. Если бизнес не развивать, стартовый капитал иссякнет, и ку-ку. Нужны оборот и раскрутка.

И расклейка стикеров – «Мелкие старые вещи! ДОРОГО! Выезд консультанта и оценка на дому БЕСПЛАТНО!»

Конечно, конкуренция. Однако Рязань велика, а хрущевки и частный сектор – богатейшие залежи всякого хлама, который в умелых руках становится товаром.

Главное, опередить других и потом назначать свою цену.

Поэтому Наташа ехала в трапезную «Кремлевская», чтобы впарить пару фотокамер менее удачливому сопернику под ником Депо Вектор.

Депо Вектор знал, где встречи назначать, – с тех пор как РПЦ прибрала Кремль к рукам, там, кроме довольно строгого дресс-кода, полагалось сдать или изолировать все носимые девайсы. Чтобы духовность 4G-частотами не колыхали. И дронам ходу не было, а то будет кто попало эксклюзивными видами торговать.

Ехать было рядом – вниз от сквера,