Пламенный вихрь - Бренда Джойс

Потом она со страхом сообразила, что пройдет месяца Два, пока Дерек сможет приехать за ней. Месяц потребуется, чтобы письмо дошло до него, и даже если он отправится немедленно, еще почти месяц уйдет у него на дорогу. Два месяца! Что, скажите на милость, будет она делать два месяца в городе, где все знают о ее падении?

Она не сможет никому взглянуть в лицо - ни знакомым, ни кузену, ни Марси, ни Бретту... Бретт. Одна мысль о нем приглушила ее страх, вызвав прилив теплоты, заставив ее кровь бежать быстрее, - теперь она понимала почему. Она вспомнила его губы, нежные, требовательные, вспомнила свою собственную необузданную реакцию и вспыхнула от смущения. Она думала о том, как он солгал о происшествии на берегу, чтобы защитить ее; как она еще не успела сообразить, что происходит, а он уже заслонил ее собой, словно щитом, когда Элен Сен-Клер наткнулась на них. И несколькими мгновениями позже заслонил ее своим сильным телом от Пола и всех остальных...

Но он не мог защитить ее от последствий ее собственных действий. Никто не мог.

"Мне очень жаль", - сказал он, и теперь она вспомнила огонь в его глазах, притягивавших ее словно магнитом.

Она думала, что ненавидит его. Неужели это было правдой? Сторм положила руку на грудь, словно желая сдержать переполнявшие сердце чувства, в которых была не в силах разобраться.

Отец будет так разочарован.

Бретт, отец; отец, Бретт, отец... Мысли об этих двух мужчинах вызывали в ней мучительную боль. А потом совершенно неожиданно, когда уже рассветало, ей пришла в голову ужасающая мысль. Папа убьет Бретта!

Она села, нисколько не сомневаясь в том, что, хотя она сама тоже виновата, Дерек захочет отомстить Бретту и застрелит его за осквернение дочери. Непременно. При этой мысли Сторм стало плохо.

Она встала с постели и принялась расхаживать по комнате, теперь уже действительно перепуганная. Она должна остановить его. Но как? Что бы она ни говорила, чтобы ни делала - ничто не сможет удержать Дерека от мщения. Она должна предупредить Бретта! За эти два месяца она должна убедить его уехать из города и держаться подальше, когда Дерек приедет за ней. Она заставит его послушаться. Обязательно.

Охваченная дрожью, она откинулась на подушку. Она не видела выхода из положения. Если она уедет из Сан-Франциско, то никогда больше не увидит Бретта. Казалось, эта мысль не должна бы ее волновать, но тем не менее волновала.

"Но ведь он даже не нравится мне, - думала она, окончательно запутавшись в своих чувствах. - Даже если я не пыталась остановить его, ему-то следовало бы знать. Ему следовало остановиться. Это он во всем виноват. А теперь меня отправят домой, и я никогда больше не увижу этого похотливого ублюдка".

Она заплакала.

Что еще ей оставалось? Она была опозорена, погублена, против своей воли увлечена высокомерным игроком, она застряла здесь еще на два месяца, - два месяца до того момента, как придется предстать перед отцом, который попытается убить Бретта... Хуже просто быть не могло.

***

Бретт налил себе двойную порцию бренди и в два глотка осушил половину. Отставив в сторону бокал и закрыв лицо руками, он рухнул в кресло. Что, черт побери, с ним творится?

Он никогда не забывался до такой степени. Никогда. Он почти лишил юную женщину девственности, почти погубил се, не задумываясь о последствиях. Он все еще понятия не имел, как это могло случиться. Он отчетливо вспомнил, как хотел остановиться и не смог. Как его захлестнула безумная страсть, отчаянное желание. И как она тоже хотела его, подгоняла, не пытаясь остановить. Боже милостивый!

Он закрыл глаза; голова его раскалывалась. Он все еще видел ее, полуодетую, выгнувшуюся к нему, ее полные роскошные груди, высвобожденные из платья, ее приглашающе раскинутые ноги. Она была такой влажной, такой готовой. Он слегка застонал, вспомнив, как довел ее до быстрого, потрясающего оргазма.

Проклятие! В саду Синклеров!

Он встал и, расхаживая по комнате, прикончил бренди. Ему пришло в голову, что Сторм, возможно, не была невинной; быть может, она - одна из тех юных леди из почтенных семейств, что притворяются невинными, а сами тайком встречаются с мужчинами. От этой мысли он окаменел, слепо глядя в ночь, пытаясь решить, не могло ли это быть правдой. Это казалось невозможным.

Но он ведь помнил, как безумно она поощряла его. Ни одна настоящая леди не стала бы этого делать.

Он вспомнил, как она выглядела, когда он впервые увидел ее, одетую, словно дикарка, в оленью кожу, совсем не осознающую, что она женщина. Но может быть, пользуясь полной свободой, она с юных лет отдавалась разным техасским Ленни Уиллисам. Проклятие! Он не знал, что и думать!

Если это не так, почему она поощряла его? В сущности, это не имело никакого значения. Ее репутация была погублена. И это он погубил ее.

Бретт не удивился, когда часом позже ему принесли записку. Пол Лангдон требовал, чтобы он был у него в восемь утра. Бретт мрачно скомкал записку и бросил в камин. Он не хотел жениться на ней, но ничего другого ему не оставалось.

Он провел беспокойную ночь, мечась и ворочаясь, и ровно в восемь прибыл в дом Лангдона. Барт провел его в кабинет и объявил о его приходе. Пол Лангдон неподвижно стоял среди плюшевой мебели. Он мрачно кивнул:

- Входите, Бретт.

- Спасибо. - Бретт подошел ближе и внимательно вгляделся в суровое лицо друга: - Доброе утро.

Не отвечая, Пол только окинул его мрачным взглядом.

- Пол, мне очень жаль, - искренне сказал Бретт. Он испытывал пронзительное чувство вины за то, что предал друга почти соблазнив его кузину. Однако, уже смирившись с карой, которую должен был принять, он чувствовал себя немного лучше.

- Мне тоже, - сказал Пол. - Вы один из моих ближайших друзей. Я доверил се вам. Скажите, ваши поездки верхом были невинными?

Лицо Бретта исказилось.

- Проклятие! Вы прекрасно знаете, что да!

- Вы женитесь на ней, - тоном, не допускающим возражений, произнес Пол.

Лицо Бретта потемнело. Хотя от уже знал, что дело идет к этому, Пол даже не давал ему возможности самому совершить достойный поступок. Это раздражало его, и он застыл, выжидая.

- Я отвечаю за нее, - тяжело вздохнул Пол. - Я не смог бы с позором отправить ее домой, тем более что скомпрометирована она из-за моей небрежности и моим другом.

- Я не лишил ее девственности, - сказал Бретт, сверкнув глазами. Делая это заявление, он с осторожностью подбирал слова: ведь он все еще не был уверен в невинности Сторм. Он никогда не забудет проявленной ею страсти и своей неуправляемой реакции.

- В следующую субботу, - сказал Пол. - Сделаем все скромно и тихо, только позовем Фарлейнов в свидетели.

До следующей субботы оставалась неделя. Бретт пришел в ярость:

- Насколько я понимаю, невеста согласна?

- Конечно.

Бретт прошел к камину и встал спиной к Полу. Не было ли все это ловушкой с самого начала? Конечно, Сторм не прочь выйти за него замуж - он самый завидный жених в Сан-Франциско. С какой стати ей отличаться от всех этих жеманных юных леди, которые с радостью пошли бы на то, чтобы их застали с ним в неприличных обстоятельствах и он был бы вынужден жениться? Ему следовало знать.

- Скажите, - слегка обернувшись, холодно спросил он, - это идея Сторм или ваша?

- Это не имеет значения, - так же холодно ответил Пол. - Вы женитесь на ней, Бретт.

Бретт рассвирепел на себя, на нее, и его нежелание жениться превозмогло недавно взятое на себя обязательство поступить порядочно.

- Уверен, что найдется достаточно молодых людей, которые с радостью женятся на мисс Брэг.

- Я разорю вас, - тихо произнес Пол. Бретт уставился на него:

- Что? - Он слышал, но не верил своим ушам.

- Я разорю вас, - резко повторил Пол. - Я не стану продлевать ваши займы. Я закрою вам кредит. У вас нет наличных, Бретт, и вы слишком размахнулись. Вам придется ликвидировать половину ваших владений.

Бретт лихорадочно размышлял. Он моментально понял, что, если Пол настроится против него, он - банкрот. Он не станет бедняком, но будет долго ползти туда, где находится сейчас, и на этот раз может и не получиться.

- Вы занесете меня в черный список.

- Совершенно верно.

- Ну что ж, - сказал Бретт, - это упрощает решение. Пришлите кого-нибудь сказать, в какое время мне следует явиться на мою свадьбу. Широкими, с трудом сдерживаемыми шагами он направился к двери и вышел.

Он не собиратся из-за какой-то глупой девчонки терять ни своей империи, ни своей репутации, заработанных таким тяжким трудом. Он не позволит мимолетной страсти все разрушить. Он женится на Сторм Брэг.

***

Сторм завтракала поздно, уже в полдень. Она вела себя как трусиха, не решаясь сейчас никого видеть, даже слуг. После восхода солнца ей удалось поспать несколько часов, но она чувствовала себя не только не отдохнувшей, но еще более усталой. Она почти не могла есть, и это было необычным для нее состоянием. Ее тошнило от страха, пока она ожидала приказа явиться. Наконец ее вызвали.