Бесконечная жизнь полная бесконечной похоти (СИ) - Никита Кита

В два прыжка Амон сократил расстояние между ними и вновь разразился серией точных безупречных приёмов. Он сменил стиль и теперь атаковал прямыми пальцами. Хоть и немного, но это позволило удлинить руки.

Хлопки от столкновений конечностей дуэлянтов звучали по десять раз в секунду и накладывались друг на друга. Их предплечья, кисти, голени, бёдра, плечи и лбы стремительно обрастали царапинами, ссадинами и синяками. Но ранить противника по настоящему, не удавалось ни одному, ни другому.

Посреди очередного размена Синзингай выхватил кинжал из чехла на поясе. Как и предполагал Вейгер он атаковал им, когда кудрявый здоровяк начал вдыхать, перед приготовлением нового выпада. Отсриё сжатое в ладони смотрело вниз. Ничего серьёзного из такого положения белогривый предпринять не попытался. Он просто взмахнул им наискосок, стараясь оставить на подбитой ранее руке длинный порез.

«Ты шутишь⁈ Ранить меня такой атакой⁈ Будь серьёзен, грёбаный пёс!» — успел мысленно возмутиться легендарный боец.

Его запястья столкнулись крест-накрест, перехватывая заточку и разбивая её в крошево. Прошла одна двадцатая секунды и прямые когтистые пальцы Амона выстрелили в шею волка в безрукавке. Того буквально снесло назад, рывком его собственных ног.

Оппоненты взаимно остановили непрерывное сражение и замерли, переводя дух. Это заметили оба… Рослый самец нанёс удар быстрее прежнего. В столкновении с достойным соперником Вейгер Брод постепенно раскрывал потенциал молодого и крепкого тела лесной твари.

В встревоженных серых глазах дикаря напротив, перерожденец прочитал очевидную мысль:

«Да когда же ты уже выдохнешься⁈»

А другого пути, кроме как выматывать зверюгу-переростка, у ловкого метальщика ножей попросту не было. Слишком велика разница у них в весе, росте и длине конечностей. Так-то Синзингай намеревался победить за счёт превосходства в боевых навыках. Но в старого знакомого Вайтрамона вселилась какая-то бесовская сила, дарующая ему невообразимые реакцию и опыт.

Выражение на морде белогривого поменялось. Теперь он скалил клыки и, кажется, испытывал неподдельную ненависть к соплеменнику. Это осознание собственной слабости на него так повлияло?

По мелким деталям Вейгер догадался, что снова на плотный контактный бой его противник не согласиться. Увеличение скорости ударов внука напугало ловкача, который и так выкладывался на полную, чтобы не пропустить сокрушающий убийственный крошащий кости кулак.

Не дожидаясь, пока Амон снова перейдёт из отдыха в нападение, Синзингай ломанулся в случайную сторону. Вернее, это перерожденец сначала так подумал. А когда метатель подобрал с пола ожерелье из зубов и, заодно, брошенные ранее кинжалы, человек в теле волколюда всё понял…

От точки с упавшими снарядами, белогривый сразу побежал по кругу, заходя к оппоненту с левого бока. Прямо на ходу, взмахом одной руки, он запустил одновременно три ножа. Один летел в голову, второй в рёбра, третий в ногу. Приём назывался: «попробуй отбей, параллельно решая, какая часть организма тебе важнее».

Вейгер определился, что ему одинаково важно всё. Поэтому он и не пытался перехватывать, а мгновенно начал уклоняться всем телом. Против такого мастера, которым несомненно являлся Синзингай, обычный уворот помог лишь отчасти. Заточки прочертили три глубокие царапины на волосатой коже. Пока они пролетали дальше, в голову перерожденца, вдруг проникло осознание, какую ошибку он допустил.

Кости, от которых он уклонился, упадут на поверхность арены и станут повторно доступны убегающему сопернику для использования. В то же время, встать рядом с ними и не дать их подобрать, означает подарить схему своих действий столь опасному и хитрому бойцу. Вейгер уже видел у себя в голове, как белогривый забрасывает его ножами на опережение, понимая куда он побежит. А если попытаться наклонится и подобрать, то пару дротиков тут же окажется у тебя в почках. Тоже самое касается игры в догонялки. Гоняясь за юрким мелким волком по кругу, здоровяк в любом случае устанет раньше, да и к тому же обрастёт кучей новых ранений.

«Вот же ойрово отродье!» — ругнулся славный воин, пока снежно белый зверёныш проносился слева от него — «Так значит, всё это время ты дрался со мной на кулаках, просто чтобы испытать свои возможности? С самого начала ты мог расстрелять меня, выкидывая сразу по три или больше ножей. Значит настоящая дуэль для тебя стартовала только сейчас⁈»

Картина всего дальнейшего боя предстала перед глазами мужчины. Синзингай убегает, бросает заточки, уворачивается, держит дистанцию, подбирает, бросает, подбирает, бросает, снимает клыки с ожерелья Зарганона, использует их как оружие. Пол часа беготни и Амон сдыхает, истекая кровью или потеряв силы на сражение вплотную.

Можно конечно попробовать сыграть по правилам метателя и постараться отбить все броски в землю, стоя на месте. Тогда сучонок не сможет подбирать дротики повторно, ведь стоит ему приблизиться к точке сосредоточения снарядов, как ему разнесут на кусочки всё, чем он вздумает защититься. Но такая перспектива не очень нравилась Вейгеру. А вдруг соперник решит метнуть одновременно шесть костей? Сколько из них отобъёт перерожденец? Дай Зельдад, чтобы хотя бы половину.

И тут старого предводителя воинов Арханура пробило на смех. Оценка ситуации говорила о том, что он уже проиграл. Нет никаких шансов одолеть настолько сноровисто и ловкого зверолюда в текущих условиях. Будь это не бой на арене с определенными правилами, он бы нашёл выход в окружении. Но сейчас у него был только один путь — сдаться, чтобы спасти свою жизнь, и удовлетвориться наградой в виде утешений от Сиановаты.

Или…

Длинноногий Амон сорвался с места и побежал за Синзингаем, что есть мочи. Он развёл свои гигантские лапищи в стороны, показывая всем видом, что собирается схватить мелкого и заключить его в смертоносные объятия.

— Р-а-а-а-а! — завопил кудрявый здоровяк, нагоняя жути.

О чём думал в этот момент белогривый ловкач? Наверное о том, что соперник окончательно слетел с катушек и собирается раздавить его в одном рывке. И конечно, быстрейший волк Занзидара, сделал самое очевидное в таком положении. Он побежал наперегонки, вокруг арены, прижимаясь боком к подъёму, для максимальной амплитуды. Сейчас он покажет, что в тупую догнать будущую легенду Сапфирового Леса, точно не получиться. Даже если ты верхом на крылатом коне, он убежит и закидает тебя своими кинжалами до полусмерти.

Когда Вейгер убедился, что оппонент удирает на всех парах и не думает обернуться назад, ведь это сулит ему мгновенное поражение, он потянулся к раненому предплечью и вынул дротик торчащий в нём.

«Вот ты и допрыгался, снежок…»

В следующий миг, мощная конечность метнула заточенную кость с неистовой силой. Не видевший этого Синзингай ничего не предпринял, чтобы увернуться. Нож вошёл ему в голень, по самую рукоять. Как и Амон, низкорослый самец отреагировал хладнокровно.