Овермун - Диана Чауш

Не нужно верить слухам о том, что их постигла бесполезная смерть. Нет! Их смерть уничтожила так много темных, что Войско Потустороннее не скоро сумеет восстановить свои ряды. Не верьте и тому, что Белая армия больше никогда не вернется. Не верьте, что ее воины давно мертвы. Нет! Они живы, пока хоть один предмет, напоминающий о них, покоится в земле или в море. Они живы, пока цел флаг Овермуна, пока цела Золотая книга. Они живы, пока великие Овермунские браслеты не попали в руки темных военачальников... И если есть свет в душах ваших, они придут вновь. Не говорите с тоской: их нет. Они живы, пока их помнят! А в старом мире помнить их будут до тех пор, пока не померкнут Солнце и Луна...

...И даже если суждено в мире новом тысячу лет быть забытой этой славной империи и ее воинам, вновь напомнят о себе те, кто возродится. Тогда соберутся снова у Калиатры два величайших войска и поведут новую битву, сражаясь три дня и три ночи. Тогда силы их будут равны: два браслета сразятся друг против друга, и один из них, меченый, вновь призовет на подлунную землю воплощение Тьмы, того, кого страшатся даже самые храбрые воители. И этот бой решит давний спор: кто же победил тогда, в тот великий день под стенами Калиатры?.. Истребленное Войско Потустороннее или погибшие воины Белой армии?.. Однако даже если и в следующий раз смерть настигнет последнего из них, новые жизни вернут их в новый дом, в новый край. Им будет дан шанс, всем до единого.

Да свершится правосудие!

На чью же сторону склонится Равновесие, того не знает никто... Ибо Великий Цикл не начат и не завершен. Быть может, Тьме стоит взять верх?..

Так сказала Аделина - любимое созвездие Акиллера, воплощение его беззаветно погибшей возлюбленной. О чем и возвещаю я вас, те, кому дорога судьба подлунной империи.

Да сохранит вас великая Луна!

Летописец и звездочет Эваллах"

КНИГА ПЕРВАЯ. ДОРОГА, ВЫБРАВШАЯ НАС

Глава первая. Перепутье

"...И увидел я новое небо и новую землю. И были они отличны от земли прежней. Не увидел там я великих царей и бесстрашных полководцев... Не увидел я порождений Тьмы. Под новым небом и на новой земле они прятались, словно крысы, пробираясь в души тех, кто жил там. Как аспиды они вонзались в сердца и склоняли на свою сторону.

И понял я, какова цена новому миру... И укрыл я браслетами Овермуна свою империю под лучами старого солнца и старой луны, и не суждено ей явиться там, где уже не было великих царей и бесстрашных полководцев. Тогда решил я оставить земле этой надежду, будущего защитника... Своего сына. Пусть процветает род мой там, куда не пробраться старому солнцу и старой луне!.. Пусть род мой восстановит славное наше имя и соберет заново вновь рожденных воинов и мои святые оковы, которым суждено явиться здесь, как ни старался я предотвратить это..."

("Откровение Акиллера", из последних страниц Золотой книги)

...Она неспешной походкой прошла вдоль моста. Легкая поступь выдавала абсолютную непринужденность и свободу ее натуры. Эта девушка в больших солнцезащитных очках и гранатовом ожерелье, изящные движения которой открывали в ней нечто благородное, отчего-то не похожа на других... Одета красиво и просто - в светлую безрукавку и довольно скромные джинсы. На округлые плечи накинута тонкая бежевая курточка, укрывающая от холодного ветра.

Редкие прохожие обращали внимание на еще одну туристку.

Город, куда она приехала в тот день вовсе не из соображений отдыха, показался ей приветливым и не лишенным некоего шарма. Узкие, густо переплетенные улочки были во многих местах укрыты крупным булыжником мостовой. Гуляя по этим улицам, девушка и забрела в одно из мест достопримечательностей - к красивому мосту с живописным видом на зеленые берега, укрывавшие своими деревьями невысокие белокаменные дома; на неспешно плывущие катера и лодки. Мост был довольно большим, чистым. Нечастые машины пересекали здесь реку, а сами жители города, занятые повседневными делами, редко проходили тут, спеша. И потому в будний день это тихое место казалось особенно пустынным.

День был погожий, хотя и ветреный. Яркое весеннее солнце не скрыто плывущими неподалеку кучевыми облаками. Белесые и желтоватые солнечные зайчики отбивались от воды, играя на серых сводах моста. А сама вода, явно очень холодная после суровой зимы, была как никогда чиста и почти прозрачна. В ее зеркале всякий прохожий мог увидеть свое отражение, чуть подрагивающее от быстрого потока.

Увидела его и девушка.

За каменными, достаточно широкими ограждениями, в мостовой тени, показалось едва улыбающееся лицо. С большой высоты моста она, конечно, не могла увидеть всех деталей, впрочем, и так прекрасно знала, как выглядит.

Темные очки не давали понять, каков цвет глаз, спрятанных за ними, однако плавные черты густых ресниц были лучшим доказательством, что глаза эти не лишены красоты. Словно по-детски пухлые губы небольшого рта девушки изредка растягивались в полуулыбке: мысли о чем-то заставляли ее улыбнуться. О чем-то размышляя, она иногда забирала за ухо волосы. К слову сказать, ее волосы были тем самым сокровищем, дарованным отнюдь не каждой особе. Длинные, почти до пояса, они были густыми с основания и едва ли не до самых кончиков. Мягкая роскошная волна так и сияла отливающим золотом, глубоким каштановым цветом.

"Я снова здесь, - думала она, с улыбкой глядя в голубое небо, - прячусь от всех за очередной поездкой... До чего обидно, что именно прячусь! - Одной рукой она безмятежно поглаживала приятный на ощупь гранатовый камень. - Тайные поклонники, что вы знаете обо мне? - усмехнулась. - Клятвы в вечной любви, написанные на открытках и подарках... просто смешно! Неужели вы думаете, что я поверю? Лжецы! Видите во мне только богатую дочь влиятельного родителя... И еще беспечную девицу, которая, как вам кажется, готова продаться за бриллиантовые кольца?.. Да, я именно так вам представляюсь... Я знаю это наверняка, потому что сама придумала свой образ. Но я знаю еще больше: стоит мне сделать шаг прочь со своей вершины, как вы сразу же забудете обо мне! Думаете, я не в курсе, что вам нужно?.. - она тяжело вздохнула на этот раз. И вновь ей вспомнилось: - Все, что я имею, зависит только от меня и принадлежит только мне. Если я потеряю это, мне никто ничего не вернет... Отец - точно. Отец... Только его покровительства вы хотите... Только он ценен во мне. Без него... Без него... Мое счастье, что никто из вас не знает о нашей ссоре"