Цветок виселицы - Маргит Сандему

Когда страх слегка отступил, Дан спросил сквозь прерывистые дыхание:

— Так ты видел его самого?

— Подожди. — Ульвхедин с трудом переводил дух, ведь он бежал с самой вершины. — Я… я пока не могу говорить.

— Но я больше не чувствую его у нас за спиной! — воскликнула Ингрид.

— Ты права, — прохрипел Ульвхедин. — Его мысли уже не достигают этих мест.

И все-таки через весь ледяной туннель они продолжали бежать так, словно их преследовала свора адских собак.

Им казалось, что они бегут уже целую вечность. Они протискивались через узкие проходы, задыхаясь от страха из-за малейшего промедления, натыкались на камни и ледяные глыбы, захлебывались водой, их одежда давно промокла насквозь. Сухим оставался только короб с сокровищем Людей Льда, на этот раз в нем лежал и корень мандрагоры. По-крайней мере, внутри короб был сухой. Но, в конце концов, вода могла проникнуть и в него!

— Выбрались! — крикнул Дан, увидев во мраке тусклый зеленоватый свет.

Через несколько минут они выбрались из туннеля, твердо решив больше никогда не возвращаться в Долину Людей Льда.

Однако они не дали себе даже маленькой передышки. Подгоняемые безотчетным страхом, они быстро отыскали своих лошадей. К счастью, лошадь Дана так привыкла к своему хозяину за время его долгого путешествия по Норвегии, что тут же прибежала на его свист. За нею явились и две другие.

Мокрые до нитки, путники вскочили на лошадей и поскакали прочь.

Проехав плоскогорье, они стали спускаться вниз. Теперь, когда все успели отдышаться, Дан снова задал Ульвхедину свой вопрос о Тенгеле Злом. Они ехали бок о бок.

— Даже не знаю, его я встретил или нет, — задумчиво сказал Ульвхедин. — Там наверху я испытал много разнообразных чувств, мне было подано много знаков, некоторые — против воли Тенгеля Злого. Но ведь я был под действием очень сильного снадобья.

— Какого? — быстро спросила Ингрид.

— Тебе незачем это знать. Или ты хочешь пережить то же самое?

— Нет, ни за что!

Ульвхедин рассказал им о своей жуткой встрече в горах Долины Людей Льда, и Дан с Ингрид передернулись от ужаса, хотя опасность уже миновала. Они поняли Колгрима, который в беспамятстве бежал, увидев это загадочное существо — дух Тенгеля Злого.

— Объясни все-таки. Значит, это был не сам Тенгель Злой? — спросил Дан.

— Это был сгусток всего того зла, которое нес в себе Тенгель Злой. Это страшное существо или дух что-то стережет там в горах. Именно его видели когда-то Колгрим и Суль. Не знаю, что он стережет, но только не могилу. Могилы у Тенгеля Злого нет. И больше я никому не советую ее искать.

— Ладно, Бог с ней, с могилой, — нетерпеливо сказал Дан. — Ты так и не ответил на мой вопрос.

Ульвхедин поморщился и оглянулся. Ему стало легче — он окончательно убедился, что их больше никто не преследовал.

— Я понимаю, мои слова звучат невразумительно: но мне кажется, что я видел душу Тенгеля Злого… Я убежден, Тенгель Злой жив. Он где-то существует, но только не в нашем мире.

— Однако иногда он свободно ходит среди людей? — Ингрид вздрогнула.

— Нет, не ходит. Он отгорожен от нас. Я не мог бы прикоснуться к нему. Там, наверху, он закрыл от меня свои мысли, и я потерял представление о происходящем. Но где-то он существует, откуда-то он посылает свои мысли. Но пространство это ограниченно.

— Это Долина Людей Льда?

— В том числе и Долина Людей Льда. Как далеко. Но вспомните, про Суль говорили, будто она встретила его даже в Сконе.

— Значит, тем, кто отмечен проклятием, он может являться и в других местах, — заключил Дан. — Вернее, не он, а его неосязаемый образ, сгусток зла, носимого им в душе при жизни.

— Да, я представляю себе это примерно так.

— Благодарю вас, — сказала Ингрид. — Теперь я буду более осмотрительно принимать колдовские снадобья.

— Ты имеешь в виду этот мусор? — Дан махнул рукой в сторону короба.

— Не смей называть это мусором! — сердито воскликнула Ингрид. — Между прочим, Дан, ты забыл в долине свою фуфайку, она валялась на земле возле хижины.

— Я ее не забыл. Просто я бы все равно никогда больше ее не надел после того, что случилось.

— Я тебя понимаю, — сказала Ингрид. — Знаешь, Ульвхедин, я хочу отказаться от своего права на наследство Людей Льда. Мне не нужны все эти колдовские снадобья и магические предметы, которые лежат в коробе. Я получила хороший урок.

Ульвхедин понимающе кивнул. Он тоже как-то сник.

Только сейчас Дан и Ингрид смогли признаться себе в том, что произошло между ними на рассвете. Они переглянулись и тут же опустили глаза.

Действие отвара кончилось, на память о минувшей ночи им осталась только нечистая совесть.

В усадьбе, где они оставляли лошадь и снаряжение Дана, их как следует накормили. Они переночевали там и еще раз высушили свою одежду. На этот раз, несмотря на протесты Ульвхедина, Дан и Ингрид привели его с собой в дом, опасаясь, чтобы, ночуя на сеновале после прогулки по ледяному туннелю, он не заболел. Они заверили хозяина усадьбы и его домочадцев, что Ульвхедин, несмотря на свою грозную внешность, человек добрый и благородный. Сперва все отнеслись к нему настороженно, но постепенно он завоевал всеобщее расположение своей грубоватой приветливостью.

На другой день перед отъездом путники рассказали хозяину о Людях Льда.

— Мы так и думали, что вы направились в эту легендарную долину, — сказал хозяин.

Дан спросил, много ли преданий об их родичах ходит в селении.

Хозяин пересказал несколько расхожих преданий о колдуньях и колдунах, о страшном пожаре, уничтожившем в Долине Людей Льда все дома, но ничего нового в этих рассказах не было.

— А о Тенгеле Злом вам что-нибудь известно? — спросил Дан. (Почему-то он с трудом произнес это имя, словно боялся ненароком вызвать дух злобного предка.) — Правда, Тенгель был известен здесь задолго до нашего времени. Не знаете, что говорили о нем в ваших краях? Ведь вы ближе всех живете к Долине Людей Льда?

— Это верно. Да, о нем здесь ходило немало слухов. Но об этом поговорите лучше с моей матерью.

Пришла низенькая, сгорбленная, полуглухая старушка. Однако, когда ее попросили рассказать о Тенгеле Злом, глаза у нее загорелись.

Да, во времена ее детства о нем здесь ходило много преданий, но теперь их почти забыли, ведь Людей Льда уже не осталось в живых. Она понизила голос и прошептала с затаенным восторгом, что призрак Тенгеля Злого обречен вечно ходить среди людей, потому что Тенгель бессмертен!

— Как же так, матушка, — тут же вмешался Дан. — Вы говорите «бессмертный» и «его призрак»! Но раз у него есть призрак, значит, он умер?

— Нет, нет, не умер. Я слышала о нем одну историю, когда была еще совсем маленькая, — зашептала старушка. — Только это страшная тайна.