«История евреев — наша история» - Сборник

В не намного лучшем положении оказалось еврейское население, эвакуированное в Казахстан из Измаила — ведь это покинутые дома, сломанные судьбы, расстрелянные немцами соседи, родственники.

Самая тяжелая участь выпала на долю тех евреев, которые оказалась в оккупации в городе. Это их расстреливали. Это их сожгли в синагоге по улице Пушкина, 13. Сейчас в Измаиле живут, в основном, потомки тех, кто успел эвакуироваться в первый день войны.

И, уже спустя много лет после войны, удалось обнаружить еще один факт фашистских бесчинств в Измаильском крае, еще один мемориал погибшим.

Есть в городе исторический мемориал-крепость. Когда-то заключенные рыли по приказу немецко-румынских властей траншею на территории этой крепости. Недалеко от траншеи находился старый колодец. Сегодня эту траншею найти невозможно, десятилетние осадки, местность, бурно заросшая растениями, травой. А возле самого колодца осталась лишь часть кладки. Возможно, никто бы не узнал о том, что там произошло, если бы не найденные работником музея Литюченко архивные документы. Фашисты выводили группами на рассвете заключенных к траншее и там расстреливали. Трупы падали в эту траншею, которую они еще вчера копали.

В колодце неподалеку на глубине 6,5 метров были найдены лежащие навалом, в беспорядке человеческие трупы, у некоторых из них сохранились веревки, которыми были связаны кисти правой руки одного человека и левой другого. Всего из колодца извлечено 56 трупов.

У половины извлеченных трупов черепа прострелены насквозь. Надо полагать, жертвы подводились к колодцу попарно связанные, одного из них убивали выстрелом сзади, и он, падая, увлекал за собой в колодец привязанного к нему человека.

Эта трагедия Измаильского Бабьего Яра никогда не исчезнет из памяти потомков. Это боль, которая никогда не утихнет.

1. «От Антисемитизма к Катастрофе», Массуа, учебно-мемориальный центр Катастрофы европейского еврейства.

2. «Жизнь в тени смерти», Массуа, Тель Ицхак, 1992 г.

3. «Будем знакомы», Массуа.

4. «Архив Гетто», Массуа, Тель Ицхак, 1995 г.

5. «Борьба за выживание в концлагерях», Массуа, 1995 г.

6. «Катастрофа европейского еврейства», Бейт Локамей ха-Геттаот, 1999 г.

7. Газета «Измаильские ведомости»; 13–19 мая 1995 г., с. 3

Феодосия 1941–1944 гг. Холокост и Сопротивление

Бутусов Алексей, г. Феодосия

Накануне Великой Отечественной Войны в Феодосии проживало 45 032 человека, в том числе 2 922 евреев и примерно 600 крымчаков.

С началом войны несколько сот евреев и крымчаков ушли на фронт. Точное их число определить крайне трудно, так как многие не указывали в документах национальность.

Немало евреев и крымчаков влились в формировавшуюся в Феодосии 1-ю стрелковую бригаду 320-й стрелковой дивизии. В сентябре 1941 г. части дивизии сдерживали врага на Арабатских позициях. Бойцы и командиры 320-й дивизии прошли долгий боевой путь. В трагическом мае 1942 г. часть из них вошла в гарнизон Аджимушкая, разделив трагическую судьбу защитников подземной крепости. Отступившие из Крыма участвовали в битве за Кавказ, освобождении Украины и закончили войну в Румынии.

В конце октября 1941 г. враг прорвался в Крым и 3 ноября занял Феодосию. К этому времени многие евреи эвакуировались, но немало и оставалось. Уже 11 ноября 1941 года на улицах был расклеен приказ, требующий, чтобы евреи носили на груди знак в форме шестиконечной звезды белого цвета и явились 13 ноября на регистрацию. За невыполнение — расстрел. В фондах ГААРК сохранилась ведомость зарегистрированных: явились 831 человек, в том числе 159 детей, 317 женщин, 184 мужчины от 18 до 60 лет и 171 старик. Прошли регистрацию и 449 крымчаков, в том числе 199 детей, 146 женщин, 90 мужчин от 18 до 60 лет, 14 стариков. Как видно из приведенных данных, боеспособные мужчины находились на фронте.

В Крыму нацисты не создавали гетто: ввиду нехватки продуктов и близости фронта было принято решение о скорейшем уничтожении евреев и крымчаков.

27 ноября 1941 г. в Феодосии был вывешен приказ начальника безопасности, требующий, чтобы все евреи города и окрестностей явились 1 декабря на Сенную площадь для переселения, имея при себе носильные вещи и пищу на два дня.

Приказ вызвал страх и растерянность. По воспоминаниям очевидцев, на Форштадте евреи выставили на улицах столы со снедью, угощая соседей и прощаясь с ними. Многие плакали, чувствуя, что это угощение более напоминает поминки. С утра 1 декабря сотни людей потянулись на место сбора. Больных, стариков несли на носилках. Так, Соломона Ганаровского, парализованного незадолго до войны, несли его дочери Бася и Фира (по воспоминаниям соседей). Собравшиеся были загнаны в камеры городской тюрьмы и 4 декабря расстреляны у противотанкового рва в районе завода «Механик» палачами из айнзацгруппы «Д». По некоторым данным, маленьким детям предварительно смазали губы ядом. Дети впадали в забытье и умирали. Идея применения яда в целях экономии патронов принадлежит «врачу» Генриху Герцу. 10 декабря появился приказ городской управы — всем крымчакам явиться 12 декабря на Сенную площадь для «препровождения в отдельную часть города».

Предчувствуя, что их постигнет участь евреев, часть крымчаков попыталась скрыться из города, но удалось это немногим.

Явившиеся на сбор были помещены в тюрьму, а 13 декабря расстреляны. Гибели избежали лишь 9 семей ремесленников, необходимых городской управе.

В списках жертв нацизма, хранящихся в ГААРК, по Феодосии выявлены 540 евреев и крымчаков. Указаны их профессии: это учащиеся, домохозяйки, рабочие и работницы чулочной и табачной фабрик, столяры, слесари, портные, часовщики, шоферы, врачи, акушерки, аптекари и т. п. В числе погибших врачей и 80-летний Б.Р. Фиделев, лечивший 5 поколений феодосийских детей. Число жертв расстрелов 4 и 13 декабря 1941 г. в различных источниках колеблется. По показаниям городского головы Грузинова — около 1200 человек — 917 евреев и около 300 крымчаков. Представляется, что названные Грузиновым цифры близки к истине. Ведь еврейское население окрестностей Феодосии было крайне незначительным (в судакском районе проживало в 1939 г. 79 евреев), а массовая неявка на регистрацию при угрозе расстрела уклонившихся маловероятна. По нуждающимся в проверке рассказам очевидцев, смешанные семьи и евреи, принявшие крещение, были уничтожены уже в январе-феврале 1942 г.

Нацисты полагали, что Феодосия «освобождена от евреев». Но евреи в городе были. По-видимому, несколько десятков человек укрылись у своих друзей. Известны имена нескольких человек, спасенных «праведниками мира». Так, сестры Лидия и Августа Сиделкины укрыли пятилетнюю Наташу Веллер, Татьяна Маркова и ее дочь Тамара спасли семью Тюга — Елизавету Ефимовну и ее дочь Валентину. Каждую минуту эти люди рисковали жизнью — за укрывательство евреев грозил расстрел.

Сотрудник городской управы Дмитрий Козлов внес в список необходимых управе ремесленников своего знакомого Арона Ломброзо и этим спас его самого и его семью (из рассказа сына Арона Ломброзо — Иосифа).

29 декабря 1941 г. Феодосия была освобождена десантом частей 44-й армии, в рядах которой сражалось немало евреев. Так, комиссаром 251-го горнострелкового полка, одним из первых ворвавшихся в город был 23-летний Михаил Штаркман. Комиссар лично руководил боем и погиб, подняв бойцов в атаку на опорный пункт врага. В составе частей десанта сражались Иосиф Гильман, Яков Шварцер, Павел Софир, Илья Ривкин.

Хотя фашистам удалось 16 января 1942 г. вновь захватить Феодосию, высадка десанта сыграла большую роль в срыве планов гитлеровского командования.

Часть скрывавшихся в городе евреев успела уйти с десантом. Это наборщик типографии Михаил Барсук (погиб 4 сентября 1942 г. под Сталинградом), семья Черных — Анна и ее дочери Ева, Рива и ряд других. Большинство оставшихся в городе погибли. Так, только в апреле 1942 г. в ходе четырех облав было обнаружено и расстреляно эсэсовцами 30 евреев. 26 апреля 1942 г. нацисты объявили Крым «юденфрай» (свободным от евреев). Но евреи в Крыму были, они сражались: в феодосийском партизанском отряде воевали Д.В. Цирульник, Б.Д. Должанский, П.И. Марьяхин.

Политрук роты Цирульник погиб в бою с карателем 20 февраля 1942 г. Награжден медалью «За отвагу» (посмертно).

Весной-летом 1942 г. фашисты блокировали крымские леса, среди партизан начался голод, то немногое, что было, выдавали в первую очередь разведчикам и подрывникам. Начальник продовольственной службы отряда Должанский умер от голода в июне 1942 г., но не пытался украсть продукты у своих товарищей.

Боец Пейсах Марьяхин с честью сражался вплоть до освобождения Крыма и вернулся в родной город.

В составе городской подпольной организации боролась Мария Исааковна Трошина (Шихманович). М.И. Шихманович была замужем за врачом Трошиным, русским, и когда пришли немцы, скрыла свою национальность. Мария Исааковна избежала гибели после провала феодосийского подполья осенью 1943 г., но ее 17-летний сын Роман погиб в гестапо. Уроженец Феодосии военный разведчик Исаак Анджело был заброшен в Крым, но попал в руки врага и погиб в гестапо в феврале 1944 г. Его брат Яков погиб на фронте.