Элла. Путешествие в поисках себя - Анастасия Мандич

кожа да кости. Ты себя изведёшь с этим веганством или как там его, — посетовал отец, когда за столом младшенькая опять начала выбирать себе еду. Изучая каждое блюдо на предмет запрещённых продуктов.

— Пап, до веганства мне ещё далеко. Я вегетарианка, скорее всего, хотя не хочу примыкать ни к какой группе, мне просто нравится есть определённые продукты.

— Бери пример с Эллы. Посмотри, какая она у нас, кровь с молоком.

— Папа, я бы не советовала тебе жестить с такими комплиментами. Ща нарвёшься на новый поток слёз. Элка вообще-то разкаб… поправилась и похудеть хочет.

— Зачем? — синхронно воскликнули родители.

— Затем, что жопа в джинсы еле влезла.

— Дри-и! — зашипела Элла на сестру.

— А что Дри? Что я, неправду сказала?

— Девочки, не ссорьтесь, — прервала назревающий скандал мама. — Элла, ты мне не поможешь на кухне?

— Конечно, мам.

На крохотной кухне душно и жарко. А как иначе, если весь день пыхтела духовка и работали все четыре конфорки. Взор упал на мягкий уголок, где они когда-то всей семьёй завтракали. Тёрли картофель и лепили цеппелины18. Домашние цеппелины. Как же это вкусно и как давно это было. Дри тогда ещё могла брать мясо в руки и делала комочки для начинки, а Элла облепливала их картофельным тестом. Отец брал её ладони в свои и учил, как делать правильную форму. Получались небольшие дирижабли. На плите кипела вода, и мама понемногу опускала их в большое плавание.

— Доченька, у тебя всё хорошо? — прервала воспоминания дочери мать.

— У меня? Да-а, а что? — немного смутившись, ответила Элла.

— Да глаза у тебя какие-то грустные. С Кириллом поссорилась? Он тебя чем-то обидел?

— С чего ты взяла, мам? У меня всё хорошо.

— А чего ты тогда у Адрианы живёшь?

— С чего ты так решила, ма?

— Вы долго не можете в одном помещение прожить. Сразу начинаете друг друга доставать. Ты — нудить, а она тебя жалить своими колкими фразами. Сколько ты у неё уже прячешься? Месяц? Два?

— Три, — вздохнув, произнесла Элла, усевшись на краешек мягкого уголка.

— О-о-о! — мама только подняла глаза кверху и сделала смешное лицо. От чего Элле стало как-то не так. Себя жалко, и вся эта ситуация перестала выглядеть унизительной.

— Мам, а куда мне податься, не к вам же? А оставаться с ним на одной территории я не смогла. А точнее, не хочу. В общем, там всё очень сложно, — замахала руками дочь, словно отгоняла от себя назойливые мысли.

Мать, стараясь не смущать дочь, ещё больше отвернулась к кухне и потихоньку стала сгребать с грязных тарелок остатки еды. Затем включила кран и споласкивала их водой, прежде чем отправить в посудомойку.

— А ты не думала обзавестись своим жильём? Ты же копила на первый взнос, тебе, скорее всего, хватило бы, — сказала мама, заметив, что Элла немного успокоилась.

— Своим жильём? Блин, я об этом не думала, — растерянно сказала Элла и начала моргать глазами, как от долгого сна, — Мам, а это идея. И тогда, я смогу, если что, кого угодно выселить.

— А уже есть кого выселять? — лукаво подмигнув, спросила мать.

— Да нет, это я так, образно. Просто эта вся история с Кириллом, она такая неприятная. — Элла снова потупила взор и начала пальцами крутить край своей широкой рубашки.

— Доченька, что он сделал? Ты прямо сама не своя.

В голосе мамы звучала тревога. Если сейчас разговор зайдёт о Кирилле, то Элла выпалит всё. О его унижениях, насилии и изменах. Всё как на духу, только вот выдержит ли это мамино сердце — неизвестно. Какая мать примет спокойно такие страсти про своё дитя? Залюбленное, родное дитя, и не важно, что перед ней сидит уже не её маленькая девочка, а взрослая женщина. Она всё равно осталась в памяти той крохой с цеппелином в руках. Хорошо, что перед тем как идти в гости, Элла приняла последнюю таблетку. Она смогла собрать себя и не упасть в объятия матери с новой порцией слёз.

Глава 21. Ущемлённый рай

Квартира оказалась трёхкомнатной, но довольно маленькой. Из коридорчика можно попасть в одну комнату, а уже из неё в другую, возможно, это позднее поставили перегородку. Слишком уж крохотные были комнатушки. Не разбежишься. Да и обстановка — словно декорации к какому-то фильму в жанре фэнтези: один только стеклянный шар вместо люстры чего стоил и красное постельное бельё в третьей комнате, которая больше остальных и выходила окнами во двор. Прямо в ветви плакучей ивы.

Про себя Элла подумала: «Надо же, как, оказывается, люди живут! Надо съездить посмотреть».

Месяц Элла жила в обнимку с компьютером и шерстила все возможные и невозможные варианты жилья. Предложений оказалось немного по её деньгам — в метраже сильно не разгонишься, да и на что ей хоромы, она же одна. Порой ей казалось, что все эти поиски без толку и она навечно поселиться жить с Дри — это был её самый большой кошмар. Как бы сильно она ни любила сестру, но та часто становилась сущим демоном, подсвечивая все Эллины недостатки. В такие моменты в душе теплилась только вера. Вера в то, что найдётся квартира, которая примет её как родную и станет для неё пристанищем. Где всё можно будет сделать по-своему. Забрать Басту у Дри и с ней проводить вечера на подоконнике вместе с бокалом белого сухого вина.

— Вы, скорее всего, Элла? — открыла дверь корпулентная женщина, в вязаном пончо со странным рисунком в виде лесных холмов. — Мне Давид сказал, что вы к двум должны подъехать. Давид — это мой племянник. Он и продаёт квартиру, только он сейчас в отъезде. Свалил всё на тётку и был таков. А мне возись, поезжай из другого конца города. Забирайся на четвёртый этаж. А лифта нет. А у меня суставы. И вес, будь он неладен. Ах, да, что это я вас ненужными разговорами отвлекаю, проходите, чувствуйте себя как дома, даст Бог, так и будет, а то я вся измаялась. Место-то неплохое, почти центр, ах да, что это я, всё, молчу-молчу.

Женщина прижала обе ладони ко рту и тихонько попятилась, давая возможность Элле разглядеть всё самой. Не разуваясь, Элла медленно начала продвигаться по квартире, разглядывая, как музейный экспонат. Ремонт был старый, но это её не пугало. Обидней, если бы он был свежим, а так Элла могла иметь целый плацдарм для личного творчества. Окна выходили на солнечную сторону и во двор, который утопал в свежей, только