Адаптация - Николай Гончар

иметь под рукой трут — грубо говоря что-либо для розжига: сухие листья там, трава — направить туда искры и пытаться зажечь. Процесс, как я понимаю, крайне неудобный, вот мне и предложили его оптимизировать. Начало было похожее на мою старую инструкцию. Как мне объяснил Хоук, это и был один камень, который он собственноручно разломал при помощи обуха топора, а теперь, мол, эти два можно магически обработать. Предполагалось, что я сделаю так, что этими кусками можно будет разжечь огонь гораздо легче, и после моей энергетической обработки вместо сомнительных искр, которыми надо пытаться что-то поджечь при ударе камня об камень, прямо из одного из них на несколько секунд выделится огонь. Почему из одного, а не из двух и из которого именно и почему именно из него? Не знаю и объяснений по заданному вопросу не получил, наш бравый вояка отбрехался, что он, мол, практик, а не теоретик, а посему бери по куску в каждую руку, а дальше по отработанной на стрелах схеме, входи в состояние, то ли полусна, то ли медитации, то ли вообще сна, раз у тебя это работает, и представляй, как эти вещи напитываются твоей энергий, да так, чтобы она в итоге осталась в этих кусках. Старайся при этом представить себе конечную цель — возможность что-то поджечь данной хреновиной, и каким-то образом мысленно впихни Пиро-элемент в конструкт. Объяснения были сумбурные, но интуитивно понятные. В общем, абсолютный примитив, и не очень удобно носить, ибо на каждый кусок полагался отдельный чехол или мешочек, защищающий от случайного самовозгорания, но лучше, чем ничего, если надо огонь добыть где-нибудь в лесу.

Получив приблизительные инструкции, я на несколько часов выпал из жизни, зажав в каждой руке по обломку камня. И результат был. Фишка в том, что у меня получилось не совсем то, на что мы с Хоуком рассчитывали! Точнее, один камень не изменился внешне, при этом энергией напитался, и вроде всё так и должно было быть, но вместо второго, острого и неказистого куска на моей ладони лежал плоский прямоугольник, если его можно так назвать, ибо углы были скруглённые. В общем что-то, по виду похожее на крупную флешку коричневатого цвета, а на поверхности одной из плоскостей был нарисован красный значок Пиро-элемента. Ну, как нарисован, скорее вплавлен, очень органично смотрелось и даже, я бы сказал, стильно.

— Что это? — спросил тогда Хоук, недоумённо разглядывая результаты моего колдунства. — Где камень?

— Плотину надо поднять рычагом. Я его дам. Канал нужно завалить камнем. Камень я не дам, — вспомнил я мемного динозавра из своего мира.

— Камень ты не дашь, я понял, — Джеймс сделал вид, что выкупил мем, — но где он? Их же должно быть два. И что вот это?!

— Вот это, видимо, вместо того камня я и наколдовал. Один остался как был, второй теперь в таком виде. Наверное, что-то типа зажигалки.

— Хм… Трансформация то есть, занятно… Ну, красиво даже…Со знаком Пиро ещё. А как ей пользоваться?

— Да я-то откуда знаю? Я ж понятия не имел про все такие штуки, пока ты меня не озадачил. Ты мне как объяснил, я всё чётко по инструкции!

— А ну дай сюда, — он забрал оба айтема, и стукнул трансформированной частью по обычной. И в месте удара прямо из камня загорелся небольшой огонёк, несколько секунд потрепыхался и потух. — Смотри-ка, работает, сделал-таки, поздравляю!

Он задумчиво посмотрел и поменял порядок действий: стукнул камнем по «зажигалке». Ничего не произошло.

— Ну, всё равно неплохо. Плохо, что при обратной последовательности не сработало, так бы может как-то доделал второй, и они были бы гораздо удобнее, чем два острых, носить проще, мешки не прорывают и так далее. Да и эстетичнее, что тут говорить.

Он вернул барахлишко мне, а я задумался и включил элементальное зрение. Хорошенько всмотревшись в созданный предмет, увидел, как проступают красные линии знака Пиро-элемента не только снаружи, но и внутри. Значит я его каким-то образом туда всунул, и почему-то кажется, что устройство вышло посложнее, чем тупо гладкий и похорошевший камень. Отключил зрение, и положив большой палец прямо в центр рисунка прижал его. Не работает. Да и непонятно, что именно должно работать. Но только я собрался убрать палец, как с торца камня выскочил огонёк, на который мы с Хоуком уставились, как два барана на новые ворота. Сработало! Долго мне с новой игрушкой развлекаться не дали, начальник гарнизона нагло отнял зажигалку и сам её затестил, у него тоже сработало. Решив продолжить эксперимент, позвал одного из проходящих мимо бойцов, и у него всё отлично зажглось. Отобрал и сам стал тыркать. Правда, наигравшись с занятной штуковиной, как два ребёнка или как два дикаря, впервые увидевших огонь, один из которых жил в двадцать первом веке, а второй сам был ходячей зажигалкой, точнее, ходячим огнемётом, мы быстро поняли, что она больше не работает.

— Брак гонишь, — предъявил Хоук. — Она что, одноразовая, что ли?

— Хрен знает. — Я взял в руки зажигалку и сделал то, с чего начали: стукнул по камню, спокойно выбив из того огонь. И тут обратил внимание, что красный знак огня на плоскости как будто выцвел. — По ходу тут бензин закончился.

— Что закончилось? Ах да, помню, какое-то ваше жидкое топливо. Думаешь, энергия ушла? Как-то быстро чересчур. — Он прищурился, явно отсматривая магический конструкт через элементальное зрение. — Да нет, всё нормально. Знаешь, наверное, надо просто подождать и посмотреть, что будет.

В общем, это оказалось правильным решением, так как через какое-то время рисунок стал ярче, и зажигалка снова стала работать по назначению. Ещё аж пара недель наблюдений принесла следующие сведения: энергия в ней восполняется сама собой и час условной «зарядки», без, собственно, какой-либо зарядки хватает на семь секунд поджига. Я засекал точно, по часам, если она лежит сутки или больше, максимальный срок работы: 7×24=168. Дальше ни-ни. А подряд ты это подожжёшь или по три секунды будешь пользоваться — дело твоё. А дальше снова подзаряжается, каждый час плюс семь секунд. О чём я и доложил Гроксу, любившему поломать голову над теми или иными вещами магической природы. Теоретически, потому что на практике, как он признался, всю артефакторику он люто ненавидит, она его склоняет в сон, самый обычный, никакой не медитативный, и на уроках, когда он учился в молодости, именно там он всегда получал