Невероятные случаи зарубежной криминалистики. Часть 1 - Вацлав Павел Боровичка

Доктор Карл Маранг ван Иссельвере из Гааги был совладельцем конкурирующей голландской фирмы. Его визит был неожиданностью. Невысокого роста, коренастый, с круглым лицом, этот симпатичный весельчак был самим воплощением представления о преуспевающем бизнесмене.

Господа сдержанно поклонились друг другу. Мисс Перкинсон предложила чай. Они согласно кивнули. Затем обменялись обычными учтивыми фразами. Оставшись наедине, доктор Маранг сказал негромко:

– Оставим формальности, сэр Уотёрлоу. Речь о весьма деликатной миссии. Прошу вас строго сохранять тайну и подчеркиваю, что это очень важно.

Сэр Уотёрлоу сосредоточенно курил сигару и молчал. Молчал даже тогда, когда доктор Маранг сделал паузу, чтобы дать ему возможность ответить. Сэр Уотёрлоу был опытным дельцом. Его невозможно было вывести из состояния душевного равновесия. И доктор Маранг продолжил свою речь:

– Я прибыл по поручению португальского правительства. Позвольте, сэр, представить вам документ, который позволяет мне заказать у вашей уважаемой фирмы изготовление шести тысяч пятисотэскудовых банкнотов.

– Таинственное вступление! Соблюдение тайны!.. – Усмехнулся сэр Уотёрлоу. – К чему этот спектакль? Может быть, в Лиссабоне хотят утаить от налога существование денежных типографий?

Оба рассмеялись. Ложечки зазвенели в чашечках с ароматным чаем. Доктор Маранг ещё раз открыл портфель, разложил кожаные папки, достал письмо. Обычный правительственный заказ. Подпись, заверенная юристом. Но сэру Уотёрлоу хорошо известны эти подписи! Не впервые он держит в руках подобный контракт. Прочитав текст, он отвел взгляд. Снял очки, протер глаза, словно хотел выиграть время, и как бы про себя задумчиво произнес:

– Аналогичная серия. Нумерация та же, что и на предыдущей… Точно такой же заказ мы выполнили год назад!..

– Я подчеркнул, что речь идет о чрезвычайных обстоятельствах, – объяснил доктор Маранг.

– Именно так это можно назвать. Я работаю в этой сфере уже немало лет, но мне еще не приходилось видеть, чтобы правительственный банк заказывал тираж банкнотов с номерами, которые уже в обороте…

– Я поясню!..

– Ведь речь идет о дубликатах, не так ли, господин Маранг? В обращение поступят вторично изготовленные купюры! И одна из серий не будет покрыта. И еще кое-что. Не обижайтесь, господин Маранг, но позвольте вас спросить: почему этот заказ принесли мне именно вы? Вы что, не в состоянии напечатать банкноты сами?

– Нет, сэр Уотёрлоу. Весь тираж должен быть изготовлен со старых матриц, а они в вашем сейфе.

– Но ведь это же обман! Самый настоящий обман!

– Я ожидал услышать ваши возражения, сэр… Дело в том, что в Лиссабоне предвидели, что вы будете против. И это одна из причин того, что приехал я, а не официальный представитель. Будьте любезны, ознакомьтесь с этим документом.

Еще одно официальное письмо. Сэр Уотёрлоу внимательно прочитал его и ужаснулся. Все правильно. Каждое слово. Президент Португальского государственного банка доверяет доктору Марангу выполнение деликатного задания. Подписи, печать. А доктор Маранг, которого не смутило недоверие собеседника, продолжал объяснения:

– Португалия на грани экономического кризиса. Государственную казну могут спасти только колонии. На территории португальской Анголы находятся богатства: алмазы, марганцеиая руда, медь. Вы англичанин, сэр, и вам хорошо известно, как бывает с богатством колоний. Хлопок еще никогда не стоил так дешево, кофе топят паровозы, тростниковый сахар совершенно обесценился, а на металлы и алмазы цены не падают. Но рудники необходимо финансировать, а у правительства нет денег. Поэтому вторая эмиссия, поэтому первоначальные матрицы. Пометку «Ангола» допечатают уже на месте. В этом нет ничего нового, сэр, многие министры финансов уже прибегали к подобным мерам.

– Потому что вкладчики не могут раскрыть карты банкиров.

– Оставим воспитание людей для проповедников, сэр, мы ведь не социалисты!

В этом доктор Маранг был прав. Сэр Уотёрлоу был прежде всего деловым человеком и политиком-реалистом. Он не бросался в крайности, у него и так было достаточно забот. Заключать сделки было трудно – время неспокойное. Для него это был бурный на события год.

Британское правительство не так давно признало Советский Союз, но в то же время реакционные круги развернули активную кампанию против английской коммунистической партии и лейбористского правительства Рамсея Макдональда. Рабочие бастовали, правительство пыталось покончить с волнениями при помощи крайних мер. Еженедельник коммунистов «Уоркерз уикли» призывал солдат не стрелять в своих братьев – бастующих рабочих. Реакция считала, что это призыв к военному мятежу.

Всего три дня спустя после подписания англо-советского общего договора (8 августа 1924 года) полицейские вторглись в редакцию «Уоркерз уикли» и пытались обнаружить компрометируг ющие материалы. Но ничего не нашли. В конце октября правительство Макдональда подало в, отставку, а сотрудник советской секции британского министерства иностранных дел Грегори, позднее осужденный за банковские махинации и подложные чеки, преподнес общественности фальшивку, вошедшую в историю как «письмо Коминтерна» или «письмо Зиновьева». Эта акция была направлена на торпедирование нормализации отношений между двумя странами, должна была спровоцировать антисоветскую истерию. Вскоре после этого сэр Уиндем Чайлд из Скотленд-Ярда заявил, что речь идет о дерзкой подделке, «совершенной иностранными агентами».

Британское общественное мнение колебалось, общество охватила неуверенность, явившаяся одной из причин экономической нестабильности. Сэру Уотерлоу было известно об этом, поэтому он взвешивал каждый заказ. Оба собеседника заботились о своей чести и добром имени фирм, поэтому настаивали на ясных формулировках и надлежащих гарантиях.

Доктор Маранг откланялся. Сэр Уотерлоу продиктовал секретарше, мисс Перкинсон, письмо: «Президенту Португальского государственного банка, господину Амашу Родригешу. Секретно! Лондон, 17 декабря 1924 года. Сэр! Сегодня меня посетил уважаемый господин доктор Маранг ван Иссельвере из Гааги и попросил нашу фирму напечатать банкноты, которые должны быть направлены в Анголу, а также предложил мне контракт, составленный, шестого числа прошлого месяца (как и соответствующим образом оформленное поручение господину доктору Марангу). К контракту прилагался пятисотэскудовый банкнот, один из тех, которые наша фирма напечатала для вашего банка. Для осуществления заказа мы должны использовать матрицы, на которых была напечатана последняя серия.

Вам наверняка известно, уважаемый господин президент, что при размещении заказа на печатание денег является общепринятым, чтобы контракт заключал непосредственный представитель банка, облеченный всеми полномочиями. По этой причине позвольте просить Вас со всей определенностью подтвердить разрешение печатать серию со старых матриц. Будем Вам также весьма признательны, если Вы укажете способ доставки изготовленных денег…»

Письма со столь важными сообщениями не посылают по почте. Их можно доверить только надежному курьеру. Однако сэр Уотерлоу не нашел никого, кто мог бы отправиться в Португалию. Но такого человека знала мисс Перкинсон. Доктор Маранг накануне, беседуя с ней, вскользь упомянул, что возвращается в Лиссабон. И сэр Уотерлоу попросил своего коллегу оказать ему небольшую услугу. Доктор Маранг вежливо поклонился: само собой разумеется. В конце концов, он сам заинтересован в том, чтобы как можно скорее покончить с формальностями. Они распрощались, и голландец отбыл в Лиссабон.

6 февраля он снова появился в Лондоне и вместе с сердечным приветом из Лиссабона вручил сэру Уотерлоу конверт с государственным гербом, соответствующими печатями и надписью: «Португальский банк. Офис президента. Португалия».

Содержание сообщения было однозначным. Каждое слово доктора Маранга соответствовало истине. Президент Португальского! государственного банка подчеркивал, что акция секретная, поэтому банк не будет входить с типографией в непосредственный контакт. Доверенное лицо доктор Маранг облечен всеми полномочиями и позаботится о доставке изготовленных банкнот.

Сэр Уотерлоу сделал все, что ему подсказывали совесть и правила бизнеса, и со спокойной душой отдал распоряжение напечатать купюры. Когда часть эмиссии была готова, вновь появился доктор Маранг, который прибыл получить часть заказа. Он очень торопился.

– Я что-то не заметил, чтобы с вами была охрана, – удивился Уотерлоу. – Полиция ожидает вас у входа?

– В этом нет необходимости.

– Так значит, бронированная машина?

– Вы забываете, сэр, что речь идет о весьма секретном деле. Ничто так не привлекает внимания, как вооруженный эскорт. У входа стоит такси. В нем два чемодана. Пожалуйста, распорядитесь принести их наверх.