Аромат искушения - Энн Макалистер

Флинн, Дэв и Сара проговорили полночи. Флинн не чувствовал усталости и не переставал восхищаться Сарой, чей источник идей по преобразованию замка и организации мероприятий досуга для гостей казался неисчерпаем.

Около трех часов утра в кабинете появился заспанный Лайам в сопровождении О'Молли.

– Почему вы не спите? И почему так темно?

– Потому что сейчас ночь, – ответил Дэв.

– Да? – удивился Лайам. – А я хочу есть.

– Разве ты не ужинал? – удивилась Сара.

– Ужинал, но я все равно хочу есть.

– Как ты нас нашел?

– Сказал О'Молли найти папу, – пожал плечами Лайам.

Флинн встал.

– Ну, идем на кухню? Как ты смотришь на бутерброды с чаем?

– Отрицательно, – заявила Сара, но, подумав, добавила: – Но не сегодня.

Когда Флинн с Лайамом вернулись в кабинет, неся поднос с чаем, бутербродами и печеньем, Сара встретила их теплой, хоть и усталой улыбкой:

– Мы тут с Дэвом поговорили насчет его конюшни. Думаю, у нас все получится. Я хочу напечатать это прямо сейчас, так что уже завтра ты сможешь пойти в банк. И только пусть они попробуют нам отказать!

– Это они умеют, – усмехнулся Дэв. Флинн поставил поднос на стол и подошел к Саре. Рывком подняв ее на ноги и не заботясь, что они не одни, поцеловал. Своим поцелуем он хотел выразить свою признательность за ее тревогу о судьбе замка и предложенную ею помощь, сказать ей, как он рад, что она приехала, несмотря на свою занятость.

В аэропорту по приезде в Ирландию Флинн едва коснулся губ Сары в мимолетном поцелуе, слишком хорошо помня, что произошло в ее доме, когда он позволил своему желанию взять над ним верх. Но и сейчас, стоило ему только приблизиться к ней, как его охватило пламя. Недели разлуки ослабили волю Флинна, и в эту секунду он мгновенно забыл о том, что хотел ухаживать за Сарой, дать ей время привыкнуть к себе. Тело уже реагировало на ее близость, желание пронзало его тысячами электрических разрядов, горяча кровь.

Губы Сары приоткрылись. Их языки сплелись в давно знакомом танце, дразня и лаская.

– Не могли найти другого места? – пробурчал Дэв. – Лайам, дай мне, пожалуйста, вон тот сэндвич.

Сара отскочила от Флинна как ошпаренная кошка. Флинн тяжело опустился в кресло, пытаясь вернуть контроль над своим телом. Но он не хотел никакого контроля. Он хотел унести Сару в свою спальню, раздеть ее и заниматься с ней любовью…

– Сэндвич хочешь? – весело хмыкнул Дэв и протянул ему бутерброд.

– Не понимаю, зачем мне идти с тобой в банк. Я здесь чужая, – протестовала Сара, когда они подошли к банку.

– Никакая ты не чужая. Ты составила план.

– Да, но замок твой. К тому же план только предварительный.

– Тогда ты тем более мне нужна. В конце концов, кто из нас профессиональный бухгалтер? – Флинн пропустил Сару вперед. – Если мы получим кредит, я сделаю для тебя все что угодно.

Например, скажешь, что любишь меня? – подумала Сара, потому что единственное, что ей от него было нужно, – его любовь.

В банке с ними разговаривал мистер Монагэн. Это был невысокий худой мужчина с тоненькими усиками, в небольших очках, которые постоянно сползали у него с носа и которые он постоянно поправлял. Монагэн внимательнейшим образом выслушал Флинна, затем заговорил, к каждой своей фразе присовокупляя «милорд», но в конце концов с сожалением сказал, что «банк ничем не может ему помочь».

– Может, этот бизнес-план изменит ваше решение?

С явной неохотой мистер Монагэн взял протянутую папку. Через несколько минут его брови немного приподнялись, и он стал читать, выказывая все большую заинтересованность.

Сара и Флинн молча ждали. Сара смотрела на служащего банка, пытаясь по его лицу понять, что он думает. Наконец Монагэн вскинул голову. Увидев, как на его губах впервые показалась улыбка, Сара поняла, что они выиграли.

– Что ж, должен сказать, этот проект меняет дело. Конечно, потребуются еще кое-что уточнить, но я не вижу причин отказывать вам в кредите, милорд. Разумеется, последнее слово останется за советом директоров банка, но, думаю, просмотрев ваш бизнес-план, они согласятся со мной. Надеюсь, вы сможете сделать Данмори популярным местом отдыха. Я позвоню вам, когда подготовлю все документы.

Через три недели после того, как банк выдал кредит, Флинн с удивлением понял, что наконец-то воспринимает Данмори как свой дом. И дело было не столько в новой крыше, свежей краске на стенах, современном отоплении или в букетах цветов, которые Сара расставила во всех жилых комнатах замка.

Впервые в жизни замок не казался Флинну мрачным и угрюмым. Теперь в нем поселилось солнце, не исчезавшее даже тогда, когда за окном шел дождь. Флинн знал, что этому ощущению тепла и уюта он обязан Саре. Благодаря ей и Лайаму в замке царила атмосфера смеха и радости – то, чего не было в его детстве. Как не было и семейных обедов за большим кухонным столом вместе с Дэйзи и ее сыном Имоном, ставшим верным товарищем Лайама по играм.

Однажды на кухне появилась миссис Афэм и попросила разрешения присоединиться к их дружной компании. Флинн внутренне напрягся, ожидая услышать ее неодобрение того, как велись дела в замке, но, к его удивлению, она скупо похвалила Сару. Флинн знал, что это была высшая похвала, которой он не был удостоен ни разу.

Сара ни минуты не сидела без дела, так что Флинн даже стал волноваться за ее здоровье. Если не было работы в замке, она корпела над бухгалтерскими документами своих клиентов, которые привезла с собой в Ирландию, тогда как Флинн хотел заботиться о ней, оградить ее от всех тревог. Но запретить ей он не смел. Вот если бы она была его женой… Однако Флинн помнил, как Сара решительно отвергла его предложение, и боялся вывести ее из себя своей настойчивостью. Флинн молча терзался, но внешне это проявлялось только в том, что он стал с ней более нежен и предупредителен.

Сара заметила эту перемену. Ее сердце пело, но она упрямо гнала от себя любые глупые мечты, хотя в последние дни это становилось сделать все труднее, и невольно ее мысли возвращались в Элмер. Она уже с нетерпением ждала и надеялась, что он снова предложит ей стать своей женой, и понимала, что в этот раз не откажет ему.

Однажды вечером они гуляли вдоль озера, обсуждая то, что им еще предстояло сделать. Сара сказала, что посоветовала Дэву завести пони для детских конных прогулок, и он согласился.

– Как тебе удалось склонить Дэва на свою сторону? – спросил Флинн, зная нелюбовь своего брата к маленьких лошадкам.

– Я объяснила ему, что многие матери будут меньше бояться за своего ребенка, если он сидит на невысокой лошади, ведь не все дети умеют ездить верхом. Встречаются и те, кто лошадей боится.