Скандальный поцелуй - Джулия Энн Лонг

Леди Уиндермир назвала фигуру, которая требовала, чтобы они положили руки друг другу на плечи.

Время, казалось, остановилось. Словно со стороны Синтия наблюдала, как их руки поднялись, а затем его рука легла ей на плечо. Если бы они сошлись чуть ближе, то оказались бы в объятиях друг друга. И казалось насмешкой, что танец сближает их и в то же время удерживает на расстоянии.

Глаза Майлса потемнели. Когда он заговорил, его голос прозвучал так вкрадчиво, что у нее по спине пробежали мурашки.

— Чего вы хотите, мисс Брайтли?

Синтию бросило в жар. Она наклонила голову, прячась от его взгляда. Ей хотелось закрыть глаза и отключиться от всех ощущений, кроме тяжести его руки на ее плече и запаха его белья, чистого и свежего. И еще больше хотелось снова пережить те эмоции, которые охватили ее во время их поцелуя.

Она сделала вдох, отгоняя наваждение.

— Я хочу, чтобы вы ответили на мои вопросы, мистер Редмонд, — сказала Синтия, подняв голову.

Она заставила себя отвернуться от него, скользнув взглядом по залу. За линией танцоров виднелся чистый профиль леди Джорджины, пальцы которой порхали по клавишам фортепиано. Лорд Милторп, переворачивавший для нее ноты, перехватил взгляд Синтии и улыбнулся ей, показав свой потускневший зуб.

Синтия улыбнулась ему в ответ.

Рука Майлса крепче сжала ее плечо, и она почувствовала, как напряглись мускулы его предплечья под ее рукой. Удивленная, она вскинула на него глаза.

— Кстати, — поспешно сказал он, — Аргоси суеверен. Его притягивает все сверхъестественное. Он посещает сеансы медиумов и клянется, что разговаривал с духом своей покойной матери.

Синтия невольно вздрогнула. Неужели лорд Аргоси действительно искал общения с обитателями потустороннего мира?

— Его мать умерла? — спросила она, обнаружив нечто общее между собой и Аргоси.

— Его воспитала мачеха. Подруга моей матери. Приятная женщина и весьма привлекательная. Впрочем, его отец не стал бы связываться с невзрачной женщиной. И не сомневаюсь, что Аргоси — тоже, — добавил Майлс насмешливо.

— Вы довольно много знаете об Аргоси, мистер Редмонд, — заметила Синтия.

— Люди делятся со мной своими мыслями, мисс Брайтли. Вот не знаю только, почему так происходит.

— Боюсь, я не смогу пролить свет на эту загадку, мистер Редмонд.

Он рассмеялся, и Синтии вдруг показалось, что его смех вселил в него какой-то необъяснимый восторг…

— Позвольте спросить вас, мисс Брайтли… Если бы вы могли выбрать себе мужа — по собственному желанию, — то какие черты характера вы бы предпочли?

Синтия нахмурилась.

— Я считаю подобные фантазии совершенно бессмысленными.

— Мне просто любопытно…

— Да-да, я знаю: вам просто любопытно, мистер Редмонд. А я считаю фантазии пустой тратой времени. Как вы ранее заметили, брак — это деловое соглашение. Я предпочла бы мужчину с характером…

— С каким характером?

— …И несмотря на удовольствие, которое я получаю от музыки…

— Музыки? Какой именно? — перебил он.

— Я практичная женщина, и я не…

— Так какой характер должен иметь ваш избранник?

— Я не желаю говорить об этом. Особенно с вами.

Майлс приподнял брови. Ее горячность лишь раззадорила его.

Он отвесил один из своих глубокомысленных кивков — словно был уверен: это лишь вопрос времени, когда он выведает все ее секреты. Возможно, он напишет научную статью и будет разъезжать по стране с лекциями о них.

— К чему такая спешка, мисс Брайтли? Можно подумать, что вами движет нечто большее, чем амбиции и алчность.

Это была пощечина. А также свидетельство раздражения и досады.

Синтия, поморщившись, отпрянула.

— Я полагала, что вы — человек слова, мистер Редмонд. Вы обещали помочь мне в обмен на…

— На что? — Он приподнял брови, явно провоцируя ее произнести слово, на котором она запнулась.

Синтия снова нахмурилась.

— Пожалуйста, не думайте, что я легко совершаю подобные поступки, — заявила она.

Под «подобным поступком» подразумевался поцелуй, которым они обменялись в нише. Это был самый честный и исчерпывающий ответ из всех, что она могла дать ему.

Музыка закончилась громким аккордом. Мужчины отвесили поклоны дамам, те присели, и танцоры разошлись в поисках новых партнеров.

Майлс, однако, медлил, будто размышлял в задумчивости над полученной информаций и пытался решить, что делать дальше.

— Так что же вас все-таки интересует, мистер Редмонд? — спросила наконец Синтия.

«Вот вопрос, на который у меня, похоже, нет ответа», — подумал Майлс. Помрачнев, он пробурчал:

— Меня интересует все.

Коротко кивнув, он покинул ее.

Покинул как раз в тот момент, когда леди Мидлбо согласилась заменить леди Джорджину за фортепиано. Та восторженно захлопала в ладоши, предвкушая танцы. И тут же обрела, к своему удовольствию, партнера в лице Майлса Редмонда.

Глава 9

А Синтия наконец-то заполучила лорда Аргоси в качестве партнера по танцам.

Он появился перед ней с выражением спокойного удовлетворения — без тени нахальства, но с абсолютной уверенностью, что она хотела именно этого. Он выглядел свежим как огурчик, ничуть не утомился от кадрили, которую только что танцевал с леди Мидлбо, и лишь щеки его чуть порозовели.

Аргоси одарил Синтию улыбкой, полной скрытого смысла, но она, к счастью, никогда не была простушкой, поэтому смогла ответить такой же улыбкой.

Он поклонился, она присела, и комнату тотчас заполнили веселые звуки очередного танца. Леди Мидлбо была менее искусна, чем леди Джорджина, но играла точно по нотам, со свойственным ей темпераментом.

Казалось странным танцевать с более стройным и не таким крупным, как Майлс, лордом Аргоси — словно она приноравливалась к менее устойчивому экипажу, который могло сдуть с дороги сильным порывом ветра.

— Вам нравится гостить у Редмондов, мисс Брайтли?

Итак, он решил начать с дежурных любезностей.

— Да, спасибо. А вам, сэр?

— Конечно. Я всегда ценил приятное окружение и приятную компанию.

— А теперь вы сделаете комплимент моему платью? Я хотела бы знать — чтобы подготовить надлежащий ответ, — с усмешкой сказала Синтия.

Аргоси весело рассмеялся:

— Простите меня, мисс Брайтли, если я скатился к банальностям. Видите ли, я отвык от общества английских девушек, так как последние несколько месяцев путешествовал по Франции и Италии, а мой набор любезностей на иностранных языках весьма ограничен. Позвольте задать вам вопрос: мы с вами раньше не встречались? Я совершенно уверен, что запомнил бы вас. Тем не менее, я не могу избавиться от ощущения, что ваше имя мне знакомо.