Практическое демоноводство - Кристофер Мур

– Да кто ты такой, твою мать? – завопил Билли.

Монстр остановился посреди номера. Он весь скрючился, но плечами все равно упирался в потолок. Билли съежился у стеклянной двери, все еще пытаясь нащупать засов. Чудище оглядело комнату – его голова поворачивалась влево и вправо, как прожекторная установка. К изумлению Билли, оно протянуло лапу и включило свет. Кажется, тварь рассматривала кровать.

– А здесь есть “Волшебные Пальчики”? – спросил монстр.

– Что? – не поверил своим ушам Билли. Вопрос вылетел истошным воплем.

– Кровать оборудована “Волшебными Пальчиками”, правда?

Билли выдрал засов из пазов и швырнул его в монстра. Тяжелая стальная полоса ударила чудовище прямо в морду и с лязгом грохнулась на пол. Чудище словно не заметило. Билли дернул защелку на двери.

Чудовище сделало один шаг, протянуло лапу и захлопнуло дверь одним когтистым пальцем. В отчаянии Белли дергал дверь, но та не подавалась. И он рухнул монстру под ноги с долгим воплем агонии.

– Дай четвертачок, – попросило чудовище.

Билли смотрел прямо в огромную морду ящера. Ухмылка на морде была фута в два шириной.

– Четвертачок дай, – повторило чудище.

Билли полез в карман, выгреб горсть мелочи и робко протянул монстру.

По-прежнему придерживая дверь одной лапой, тварь сгребла монету, захватив ее двумя когтями, как китайскими палочками для еды.

– Спасибо, – поблагодарило чудище. – Я люблю “Волшебные Пальчики”. – Демон отпустил дверь: – Можешь идти.

Не успев ничего подумать, Билли дернул дверь и вынырнул наружу. Но не успел он подняться на ноги, как что-то сзади схватило его за пятку и снова втащило внутрь.

– Я пошутил. Ты не можешь идти.

Засовывая монетку в щель массажного устройства у кровати, монстр держал Билли за пятку вниз головой. Тот бился в воздухе, орал и царапал демона – но только ободрал ногти о чешую. Потом монстр взял Билли на руки, точно плюшевого медвежонка, и лег на кровать. Ноги его свисали с одного конца, голова упиралась в комод у противоположной стены.

Кричать Билли уже не мог – не осталось дыхания. Чудовище высвободило одну лапу и легонько ткнуло длинным когтем Билли в ухо.

– Ну как можно не любить “Волшебные Пальчики”? – сказало оно. И вогнало коготь Билли в мозг.

18

Рэчел

После смерти Мерла Рэчел носила траур ровно столько времени, сколько потребовалось суду, чтобы передать ей имущество покойного мужа. После чего она продала “чессну” и трейлер, купила себе старенький “фольксваген” и по совету женщин из приюта направилась в Беркли. Там, утверждали они, Рэчел найдет целую общину женщин, которые помогут ей больше никогда не попадать на колесо пыток. И они оказались правы.

В Беркли ее встретили с распростертыми объятиями. Помогли найти жилье, записали на курсы аэробики и самоактуализации, научили защищаться, питаться и, самое главное, уважать себя. Рэчел сбросила вес и окрепла. Она процветала.

Не прошло и года, как на остатки наследства она арендовала небольшую студию рядом с Калифорнийским университетом и стала преподавать интенсивную аэробику. Вскоре ее репутация крутой и властной суки-инструкторши упрочилась. На занятия записывались в очередь. Толстая некрасивая девочка превратилась в прекрасную сильную женщину.

Рэчел вела по шесть занятий в день, проходя все тяготы каждой тренировки вместе с ученицами. Через несколько месяцев такого режима она заболела: однажды утром сил хватило только на то, чтобы позвонить ученицам и отменить занятия. А одна из них, статная седая женщина за сорок по имени Белла несколько часов спустя стояла у нее на пороге.

Только войдя, Белла принялась распоряжаться:

– Снимай с себя все и отправляйся в постель. Сейчас принесу тебе чаю. – Голос у нее был низкий и сильный, но почему-то успокаивал. Рэчел подчинилась. – Не знаю, чем ты там думаешь, если считаешь, что заслужила такое наказание, Рэчел, – продолжала Белла. – Но этому пора положить конец.

Белла присела на край кровати, глядя, как Рэчел пьет чай.

– А теперь перевернись на живот и расслабься.

Белла намазала спину Рэчел ароматным маслом и начала втирать его длинными медленными движениями – сначала просто размазывая по коже, потом вонзаясь пальцами в мускулы, пока Рэчел не начала вскрикивать от боли. Когда массаж закончился, Рэчел почувствовала, что устала еще сильнее. И глубоко уснула.

А когда проснулась, Белла повторила тоже самое, заставив Рэчел выпить горький чай и размяв ей мускулы так, что они заболели. И снова Рэчел уснула.

Проснувшись в четвертый раз, она опять приняла от Беллы чай, но теперь та велела ей лечь на спину. Руки Беллы нежно играли телом Рэчел, задерживаясь между ног и на груди. Сквозь чайный туман в голове Рэчел заметила, что Белла почти нага, и тело ее благоухает все тем же ароматным маслом.

Рэчел и в голову не пришло сопротивляться. Едва переступив порог ее дома, Белла взяла власть в свои руки, а Рэчел повиновалась. И в тусклом свете маленькой квартирки около Калифорнийского университета они стали любовницами. Прошло два года с тех пор, как Рэчел в последний раз была с мужчиной. Пока она обменивалась нежными ласками с Беллой, ей было наплевать, окажется ли она с мужчиной когда-нибудь снова.

Когда Рэчел окончательно встала на ноги, Белла познакомила ее с группой других женщин – раз в неделю они собирались у Беллы дома, устраивали церемонии и проводили ритуалы. Среди этих женщин Рэчел познала новую силу, которую носила в себе, – силу Богини. Белла учила ее всем хитростям белой магии, и вскоре Рэчел уже верховодила в их шабашах, а Белла взирала на нее со стороны, как гордая мать.

– Управляй голосом, – говорила она. – Что бы ты ни говорила, слова должны звучать, как заклинание Богини. Заклинание должно захватывать весь шабаш. В этом весь смысл чар, дорогая моя.

Рэчел отказалась от квартиры и переехала в отреставрированный викторианский особняк Беллы. Впервые в жизни она была по-настоящему счастлива. Разумеется, длилось это недолго.

Придя однажды домой, она застала Беллу в постели с профессором музыки – лысым, но с бакенбардами. Рэчел пришла в ярость. Она замахнулась на профессора каминной кочергой и выгнала голышом на улицу. Тот удрал, прикрывая свое возбуждение скомканным твидовым пиджаком и вельветовыми брюками.

– Ты же говорила, что любишь меня! – орала Рэчел.

– Но я тебя действительно люблю, дорогая моя. – Казалось, Беллу происшествие вовсе не расстроило. Голос ее был глубок и размерен, как заклинание. – Здесь все дело во власти, а не в любви.

– Если я не выполняю твои прихоти, скажи мне об этом.

– Ты самая изумительная любовница, которую я знала в своей жизни, Рэчел. Но доктор Менденхолл владеет закладной на наш дом. И заклад этот – беспроцентный, если ты не заметила.

– Ты шлюха!

– А разве мы все – не шлюхи, дорогая моя?

– Я – нет.

– И ты. И я. И Богиня. У всех нас есть своя цена. Будь то любовь, деньги или власть, Рэчел. Как ты думаешь, почему все женщины у тебя на занятиях соглашаются терпеть столько боли?

– Ты уходишь от темы.

– Отвечай, – настаивала Белла. – Почему?

– Им хочется иметь здоровое тело. Им нужен крепкий сосуд, чтобы хранить там крепкий дух.

– Да крепкий дух им – до крысиной задницы. Им хочется иметь тугую жопку, чтобы их хотели мужчины. Отрицать это они будут до смерти, но это так. И чем скорее ты это поймешь, тем скорее осознаешь собственную силу.

– Ты больна. Это противоречит всему, чему ты меня учила.

– Это самое важное, чему мне предстоит тебя научить, поэтому слушай хорошенько. Знай свою цену, Рэчел.

– Нет.

– Ту считаешь меня дешевой шлюхой, так? Думаешь, что сама выше того, чтобы продавать себя? Сколько ты платишь за жилье?

– Я предлагала. Ты сказала, что это неважно. Я любила тебя.

– Значит, вот твоя цена.

– Это не цена. Это любовь.

– Продано! – Белла встала с кровати и двинулась через комнату. Длинные седые волосы летели за ней. Она достала из шкафа халат, накинула и затянула поясок. – Люби меня такой, какая я есть, Рэчел. Так же, как я тебя люблю такой, какая ты есть. Ничего не изменилось. Доктор Менденхолл вернется, скуля, как щенок. Если тебе станет от этого лучше, можешь принять его сама. Или можем вдвоем.

– Ты омерзительна. Как ты могла даже предложить мне такое?

– Рэчел, пока ты видишь в мужчинах людей, у нас с тобой будет проблема. Они – существа низшего порядка, неспособные к любви. Как могут несколько мгновений животного трения с недочеловеком повлиять на нас? На то, что существует между мной и тобой?

– Ты говоришь, как мужчина, которого застали со спущенными штанами.

Белла вздохнула.

– Я не хочу, чтобы ты приближалась к остальным, пока не успокоишься. У меня в шкатулке с драгоценностями есть какие-то деньги. Возьми их и съезди в Эсален на недельку. Обдумай все хорошенько. Когда вернешься, тебе станет лучше.