Операция «Карибская рыбалка» - Сергей Зверев

– Ответь ему!

Хуан с наигранным испугом схватил микрофон и нажал кнопку передачи:

– Дельфин! Это Птичка! Рыбалка идет успешно, скоро поймаем самую большую рыбу!

– Удачи, Птичка!

Рация снова выключилась. Араб по-прежнему с испугом смотрел на кубинца. Тот театрально вытер пот со лба и расслабленно плюхнулся обратно в кресло.

– Я сказал им, что у нас все в порядке и что мы выйдем на связь позже, – сказал он первое, что пришло в голову. – Так мы сможем выиграть время.

Выглянув сквозь щели в шторке, он вырубил двигатели. Гидроплан по инерции продолжал двигаться к накренившемуся сухогрузу.

Болезненный тычок пистолетом под лопатку заставил пилота выполнить требование стоявшего позади араба. Превозмогая боль в ребрах, он стал махать рукой. Кричать было еще больнее, но пришлось делать и это.

– Я офицер береговой охраны Соединенных Штатов! Мы терпим бедствие! У нас есть раненые! Разрешите подняться на борт!

На судне их уже заметили. Подхватив автоматы, Полундра и капитан подошли к фальшборту. Посоветовав Мишину укрыться за металлическим ящиком, Сергей приготовил оружие к стрельбе и опустил автомат к поясу. С приближающегося самолета было видно только верхнюю часть туловища, и человек этот казался безоружным. А поднять автомат и открыть огонь, в случае чего, займет доли секунды. Гидроплан, который держал курс явно в их сторону, судя по бортовым знакам, принадлежал береговой охране США. Оригинальный способ передвижения для летательного аппарата – ползком по открытому морю! На его поплавке, теперь уже хорошо различимые, стояли двое американцев. Пилот в комбинезоне и морской пехотинец в темно-зеленом тропическом камуфляже. Полундра решил подпустить их поближе, чтобы лучше рассмотреть.

Вот самолет заглушил двигатели, и стали слышны оклики американцев. Пилот кричит, что они терпят бедствие. Это, конечно, многое объясняет: и потрепанный вид махавших руками людей, и неуклюжее движение крылатой машины. Странно только, что к ним на помощь не пришел катер береговой охраны, маячивший на горизонте, то появляющийся, то пропадающий из вида. Но над этим некогда задумываться. На гидроплане была рация – вот что важно! Можно выйти на связь с посольством. Это был шанс.

– На борт подниметесь вы один, – начал переговоры Полундра, обращаясь к пилоту. Червячок сомнения зародился-таки в его душе. Что-то странное было в поведении летчика. Может, при аварии пострадал сильно?

Мохаммед пристально рассматривал палубу сухогруза, отмечая в уме возможные огневые точки противника. Отпускать пленного янки к русским он, естественно, не собирался. Ткнув для убедительности еще раз в спину, он зашипел ему на ухо, не разжимая губ:

– Скажи, если им нужна рация, пусть спускаются сюда.

Летчик поморщился от боли, осторожно набрал в легкие воздуха и, стараясь беречь поврежденную грудную клетку, обратился к Полундре:

– У вас сломалась рация? Вы не отвечали на наши запросы! Если вам нужна связь, спускайтесь сюда!

Мишин, до этого внимательно слушавший переговоры, пригнувшись, перебежал поближе к Сергею. Присев на корточки, он прислонился спиной к фальшборту, сжимая в руках «АКС». Ткнув Полундру коленом, чтобы привлечь внимание, он горячо зашептал:

– У них есть рация! Давай я пойду туда и свяжусь с нашими в Гаване!

– А если это ловушка? – так же шепотом, не шевеля губами, спросил Полундра.

– Маловероятно, это же американский самолет! Даже если это так – все равно надо попытаться! Другой возможности может не подвернуться. Сам же говорил, что скоро будут кубинские гости!

– А почему ты?

– По кочану! Если пойдешь ты, то кто останется охранять груз? Я сроду в руках этой штуки не держал, – он потряс автоматом.

Сергей колебался. Отпускать Мишина одного неизвестно куда было опасно. Но и оставлять капитана на палубе, учитывая его невысокий, прямо скажем, боевой потенциал, – не менее рискованно.

– Нечего тут думать! – снова пихнул его в колено Мишин. – Хоть какой-нибудь от меня прок будет!

– Хорошо! Сейчас мы к вам спустимся! – крикнул пилоту Сергей и не торопясь скрылся из вида.

Закряхтели шлюпбалки, спуская на воду надувную лодку. Шлепнувшись на воду, она закачалась и попыталась самостоятельно отплыть, но натянувшийся фалинь не дал ей такой возможности. Путаясь в веревочном трапе, в лодку спустился капитан российского судна. Заводить двигатель он не стал и направился к самолету, по-молодецки налегая на пластиковые весла. Расстояние было небольшим, ветра почти не было, поэтому лодка довольно быстро добралась до самолета.

Не сводя глаз с приоткрытого входного люка гидроплана, Полундра держал палец на спусковом крючке. Что-то ему подсказывало, что затея эта не самая лучшая. Но теперь уже поздно было что-либо менять. Он пронаблюдал, как американский морской пехотинец помог капитану пришвартоваться и перейти на поплавок, и все вместе они скрылись в кабине. Что происходит там, Сергею разглядеть уже было не под силу, – мало того что стекла отсвечивали яркими солнечными бликами, так они еще и были закрыты изнутри теневыми шторками.

Пройдя, пригнувшись, через низкий входной люк, капитан очутился в тесной кабине пилотов. Слева сидел человек в темно-синем гидрокостюме, состоящем из тонких резиновых шорт и рубашки с короткими рукавами. Рядом с ним, на месте второго пилота, находился не менее странный тип. Мишин еще никогда не видел, чтобы американскими самолетами управлял давно не бритый араб преклонного возраста, одетый в мешковато сидящий, явно не по росту, летный комбинезон. Человек слева обернулся, радушно улыбаясь:

– Рад снова видеть вас, кэп, – произнес он на чистом русском языке.

Капитан не без труда узнал в этом моложавом подтянутом парне сутулого болезненного помощника лоцмана. Видя, что произвел на Мишина должный эффект, тот улыбнулся еще шире.

– Вы хотели выйти в эфир? Выйдете. Только скажете то, что я вам прикажу.

Глава 19

Корабль береговой охраны США

В аквариуме из прозрачного пластика, стоявшем в кают-компании, мелькали хищные тени небольших зубастых рыбок. Эдвард Ларнер с умилением погладил гладкую стенку тыльной стороной пальцев. Рыбки испуганно шарахнулись в разные стороны.

– Ну что же вы, глупенькие, – бормотал он себе под нос. – Я же вас специально на прогулку вывез, чтобы море увидели! А вы боитесь! Ах вы, мои маленькие, проголодались, да? Сейчас дядюшка Эд вас накормит, погодите.

В его руках появилась тушка морского окуня, специально предназначенная для кормежки. Стоило ей опуститься в воду, как она тут же была атакована маленькими хищниками. Выдирая клочья мяса острыми зубами, они проглатывали их и снова набрасывались на свою добычу. Скоро от тушки остались одни лохмотья. Не наевшиеся рыбешки, раззадоренные внезапно закончившимся пиром, стали безжалостно набрасываться друг на друга.

– Вот так-то, мои хорошие! – ласково улыбнулся Ларнер и отправился из каюты наверх, где его ждали доктор Бэнкс и Диего Родригес.

Те и сами лишь недавно вышли на палубу катера. Доктор, как всегда, занялся своими «учениками». А Родригес стал любоваться морем, время от времени прикладывая к глазам бинокль.

В бассейне, стоявшем на юте, разыгрались дельфины. Они устали от долгого нахождения в замкнутом резиновом кольце. Их сильные и ловкие тела требовали простора и свободы. А как только они увидели рядом с бассейном своего обожаемого доктора Бэнкса, их нетерпению и вовсе не стало предела. Шумно расплескивая воду, они кругами носились по бассейну. То и дело выскакивали из воды почти целиком, опирались на бортик своим светлым брюхом, рискуя вывалиться на палубу, и верещали на своем дельфиньем языке.

Бэнкс уже покормил их и теперь просто играл со своими подопечными. Транквилизаторы, которыми он успокаивал дельфинов на время пути, уже закончили свое действие. Новой дозы он не давал, так как в любой момент могли понадобиться их услуги. По словам Ларнера, недалек был тот час, когда результаты нелегких трудов доктора Бэнкса и других ученых наконец принесут реальную пользу государству. Но от этого не было легче.

Поглаживая лоснящиеся на солнце бока животных, он с тайной грустью заглядывал в умные глаза, словно прося прощения за людскую жестокость. Ведь послушным Тому и Джерри никто не рассказал, какая опасность ждала их при исполнении воли хозяев. А ничего не подозревающие дельфины искренне радовались общению. Раскрывая длинные пасти, усыпанные острыми ровными зубами, они звонко свистели и трещали, словно напоминая о своем желании поскорее оказаться на свободе.

Родригес, напротив, находился в прекрасном настроении. Десять минут назад он закончил сеанс связи со своим лучшим агентом – Суаресом. Судя по всему, тому пока удается действовать согласно их общему плану. Он благополучно добрался до дрейфующего гидроплана. Добрался незамеченным, так как специально для этого Диего приготовил ему акваланг. Удалось ему и остаться в живых, забравшись на захваченный террористами самолет. Как уж он там договаривался с арабскими экстремистами – оставалось только догадываться, но, видимо, уболтал их и теперь направлялся прямиком к русскому сухогрузу.